Ravement d'Ecclésiaste

"There is no such thing on Earth as an uninteresting subject; the only thing that can exist is uninterested person"

(Gilbert Keith Chesterton of hundred and twenty years young Heretics)

Не нужно быть еретиком, полнокровным лондонским католиком, биполярной звездой аргентинского футбола или ложной нескромности абитуриентом межконтинентальной платформы для третирующих предварительно взлелеянную самовыразительность - чтобы прозреть (или хотя бы принять образ мальчика при сачке на плечике, по-рыбьи лоснящихся в уфологической тени полей соломенной шляпы щеках, с максимально горьчащими усищами, исто славянской самоотдачей служившими некогда обувной щёткой поколениям красноподмёточной и белопортковой интеллигенции по мать-и-мачеховой линии, под пылающим красным карликом недавней археологической экспедиции эскимосской фаланги в самые недра арийского, excusez l'expression, носа - пацанёнка, следящего за неумолимым сближением милиционера$, чьи первые шаги, уведомляющие о ступлении на путь пенитенциарного интима, были, alas! - заглушены георгиевской полигамией земноводных расподов, - и будто впервые испытанного им, мальцом, неполовозрелого стыда) насколько вневременно-глубоко проницает [не разделяемую никем] повседневность приведённая выше латиница; достаточно вполне обладания кухонными, диссидентскими, анархо-социалистическими познаниями синтаксиса языка [без устали] уважающей [исключительно] себя иноагентуры, героем чьего объявленого в розыск времени, alas! - не может стать незабвенный, потому как первостепенный, покровитель всех овладевших пресловутой Грамотой околокавказских поручиков.

כָּל־הַדְּבָרִ֣ים יְגֵעִ֔ים לֹֽא־יוּכַ֥ל אִ֖ישׁ לְדַבֵּ֑ר לֹֽא־תִשְׂבַּ֥ע עַ֨יִן֙ לִרְא֔וֹת וְלֹֽא־תִמָּלֵ֥א אֹ֖זֶן מִשְּׁמֹֽעַ - "даремні слова, ніхто не вміє мовити, око не задовольнити баченим, вуха не сповнити почутим"

[по некоему мнению, независимому от Ирана, Ливана, Йемена, Египта, Палестины, и прочей не по-ширски стриженной компании, не совсем и ничуть не] Сэр Гилберт Кит Честертон, как апологет христианства$, без сомнения, не одобряет настойчивости в употреблении цитат, если не источник, так священная сущность каковых [в отличие от Нобеля мира] не рождает требующих чрезмерно-интеллектуального напора или несравненно-спиритуалистического труда дискуссий в цивилизованном поддержи-военного-обществе [и поныне]. Однако: разве могут цитаты из Книги Неизвестного, по недальновидности назвавшегося Екклесиастом (не страдавшим тщеславием в той степени, что позволила бы остаться Неизвестным), сравниться с уникальной возможностью безнаказанного толкования сводок, бевозмездно предоставляемых в демократической общественности полное распоряжение интригующей разновидностью сознательных (в научно-популярном осмыслении, равноудалённом от корейского кинопроизводства и планетарно-повседневной одержимости домашними питомцами) паразитов, несущих тот же [будто] крест, а всё же - не просто корреспонденции какой иной, а именно ВОЕННОЙ$?

Что на свете может сравниться с возможностью обменять 6000 плацебо, лишённых жизни, мысли, права, истории и души - с единственной [из озвученных прижизненными легендами озвучивания] целью: собрать в 50000 большее число добровольных плейсхолдеров, только и рождённых для того, чтобы однажды быть анимированными Всеблагим (поверим, одними молитвами никем не одобряемых пан-исламистов) Пискелем?

Числа суть - жертва. Числу нет нужды служить атрибутом избалованного всеобщим вниманием Зверя. Достаточно час от часу принимающего человеческий вид Чина, Последнего Стоика, на протяжении нескольких$ лет логически увязывающего рост и экспансию Числа (остающегося неизменным) с близостью Рая, Мира, Земли и всяческой Коммунизьмы.

שַׁלַּ֥ח לַחְמְךָ֖ עַל־פְּנֵ֣י הַמָּ֑יִם כִּֽי־בְרֹ֥ב הַיָּמִ֖ים תִּמְצָאֶֽנּוּ - "хліб свій пусти водою, і знайдеш його знов за днів багато"

По мнению критикуемой левизны, замечания и претензии, время от времени направляемые, стрелы зеноновы, в сторону взглядов и действий, предпринимаемых и провозглашаемых её, левизны, без страха и упрёка (с альманахом, под Аллахом в очереди за хот-догом, протянувшейся от новенькой плахи к доисторическому Кенотафу, и обратно к кухонному порогу) рыцарством - они, претензии и замечания, не могут исходить из источников иных, не считая (а) тимчасово оппортуністичних і (б) позачасово капіталістичних. Однако - перечитав нацеженное с начала абзаца 5 словами ранее необходимое количество раз изобилием обидчивых глаз, любой, владея стихийно превозносимым веками языком в мере, превосходящей товарища Умероусова и Его товариществу подотчётных вместе взятых, среднеобразованец обращает внимание на порядок существительных и причастий (говорят, довольно-таки страдательных), из чистого озорства потасовавших осмысленность: Лёвочка, Розочка, а взгляды-то, гляньте, "предпринимаются", и действия, ишь, "провозглашаются", alas! - такого сорта рокировки разумение часто остаётся за читателем. Так мне ли, ступая против и наперерез исконной любви к самооклеветанию богоязвленных патриархатчиков, браться за объяснение до пошлости очевидного?

Существо милитаристическое, пролистав Книги Екклесиаста, выводы делает удобные для дальнейшей милитаризации собственного существа. Существо правозащитное, перечитав Книгу Екклесиаста, заключает, что в недалёком будущем следовало бы перечитать неоднократно читанное прежде ещё раз - дабы иметь возможность, отложив чтение, продлить собственное правозащитное существование. Существа эссеистского тоже не стоит упускать из виду: кромсающего Книгу Екклесиаста в одному ему остающихся неизвестными целях, зато при полной иллюзии аполитического скептицизма. Затем, подкопивши требуемого общественным признанием, excusez l'expression, эпатажа, Некто Ариманович Райземельный, аппетитно шлёпнув трудоголической губою по заботливо выделяемым из личных запасов собственным потомкам медным трубам, непременно вспомнит о существе пролетарском, мировосприятье чьё Екклесиаста с книжицей помещает на одну полку с обилием сэров, герцогов, самоубийц, семантических антисемитов и их антисемантических одно-ка-шек, нейрохирургов, анархического толка колумнистов [под карболкой], на каких только расщедрится WHOtube - существе, полифоничность чьих профессиональных, надклассовых то бишь, навыков сравнима с многогранностью казусов, фабрикуемых свободолюбивыми лидерами для поддержания синего пламени в войнах за [скоропостижно присваиваемую] независимость.

Ни одно из названных некрукотворных, процедуру макклассификации$ с начала абзаца, предваряющего следующий, претерпевших не осмыслит ни слога из Екклесиастом с недоступным воображению ChatGPT трудом компилировавшихся слов в качестве критики, направленной не против читательского жизненного выбора (чему не грешно воспротивится, как не..пчхи..справедливости, прошу простить мои аллерго-лингвистические реакции), однако - против читательского выбора, воплощающегося в безжизненности - против бесперспективности тщательно отбираемой и будто даже претерпевающей систематическую переоценку библиотеки.

А ведь что хлеб, упоминаемый Книгой Екклесиаста, если не совокупный опыт человечества, испытавший ту или иную степень [не]благодарного читательского внимания?

Что есть хлеб, уносимый течением, если не сюжет, избегнувший и авторства твоего и участия, читатель?

Однако неизбежно прибытие ещё одного недолгожданного и недолговечного Однако:

- допустимо читать [не испытывающего нужды в сопроводительном комментарии] Валентина Пикуля, [чрезвычайно благосклонного к мольбам нуждающихся в сопроводительном комментарии] Алоизиуса Бертрана, [просто] Стива Айлетта и [увага, самочинна, тому і безцінна реклама!] исследование Античного театра, проведённое и изложенное уроженцем Кембриджа и просто скромнейшим из англичан по имени Робин$ (время от времени перебиваясь спонтанной декламацией Саши Чёрного или, чем чёрт не шутит, Екклесиаста в оригинале) - при этом находя время и "силы" для сочинения экспериментальной музыки по мотивам "Унесённых ветром", каковая едва ли принесёт [тем же ветром] сопроводительные комментарии в виде знаков без зазрения денежных;

- можно осилить 55 томов Владимир Ильича и всю оставшуюся жизнь реинтегрировать их, без сомнения, содержательно содержавшееся с гибели [не этого, бесповоротно эксгумированного, а другого, более одарённого и ответственного, зычногласого и просто влюбчивого] Владимира Владимировича содержимое на ежедневных субботниках, ежесубботних мальчишниках ПМОПСС$ под покровительством рядового Леонардовича, при содействии, Геката упаси, ячейковидных желёз ФАС$ или иных каких Свидетелей Евровидения.

Однакость состоит в том, что верить существам, ставящим перед читателем выбор так, что читатель_ниц оказывается мнимо вынужден показательного одного из унизительных двух придерживаться - можно лишь в мере, в какой читатель_ниц, знанием ситуации вооружившись, выбирает ответную постановку выбора, из орудий трудовреда обходясь одним невинным [мамкиным] зеркальцем. Выбор меж одой Кропоткину или Геваре и эпиграммой на Солженицына или Селина не существенен, потому как лишён дара воплощения - нет причин и для пренебрежения творчеством Ганса Гейнца Эверса или Эзры Паунда, исходя из одних лишь [разошедшихся с читательскими] политических преференций.

Померещилось, или кто-то в настолько армейский унисон выкрикнул фамилии парочки осовремениваемых мыслекопателей, что получился несусветный Хайдугин?

כִּי־מִי֙ אֲשֶׁ֣ר יְחֻבַּ֔ר (כתיב יְבֻחַ֔ר) אֶ֥ל כָּל־הַֽחַיִּ֖ים יֵ֣שׁ בִּטָּח֑וֹן כִּֽי־לְכֶ֤לֶב חַי֙ ה֣וּא ט֔וֹב מִן־הָֽאַרְיֵ֖ה הַמֵּֽת - "ті, хто має зробити вибір, обирають безпеку життя власного, адже живий пес краще за мертвого лева"

Простейшее из правил: любой текст следует толковать критически, пока возможности толкования, каковыми текст (нередко помимо воли автора) располагает, остаются ощутимо (концептуально) ограниченными;

"лев обязан быть мёртвым, дабы псу предоставлена была возможность жить в безопасности" (чьей волей определяется гибель льва, если пёс не может подвергнуть себя риску претерпеть сопротивление жертвы? И что служит основанием для безопасности, приносящей льва, тапира, скунса или аллигатора в жертву, не считая аллигатора, скунса, тапира и льва?)

"лев потому мёртв, что Эволюцией было отдано предпочтение псу" (какие аргументы можно привести к представлению Эволюции 'силой', избирающей безопасность в качестве конечной цели или золотого сечения, кроме как аргументы жизни пса и смерти льва? Кто, как не пёс, скажет о мёртвом льве, дескать почил не напрасно, болезный, уж точно не за Кузькину мать?)

"пёс жив тем, что мёртв лев, а лев избавлен от обязанности умерщвления пса выживания ради, то бишь Еккль Кохелет-Сиастович иным ничем не занимается, кроме как пропагандой насилия - и одностороннего, сиречь бесперспективного" (в таком случае, какой, при всём уважении, кобыле понадобится хвост наследующей* рассматриваемой сентенции? В то же время, какие могут существовать гарантии того, что знание живого о смерти даёт преимущество над незнанием мёртвого не просто всего, а и того, что повергло в неизбывность незнающего состояния, то бишь угробило?)

[наконец, предельно популярное] "пёс жив, ибо жизнь за него отдал лев" (стал ли пёс, wulu, объективно 'лучше' - дальновидней, ответственней, 'культурней', чувственней - со смертью льва или же превосходство и определило участь львиную? Так или иначе, актуализируется сравнение чем или кем - мертвечиной или предваряющим улучшение жизненным этапом?)

[в качестве десерта с послевкусием плоти человеческой] "и пёс и лев, хоть трижды троцким будь тот, никак не влияют на однозначность даруемого им выбора, на принудительность преимуществ выбора, сохраняющего непосредственное в том участие, во что в равной мере и Аслан и Того рано или поздно посвящались под видом и эгидой Жизни" (truth be told, 'the beasts' cannot in any way influence the decision of 'Superviseur et Punisseur' of giving preference to their symbolic value over their natural, living, value, for:

"there is one thing that is infinitely more absurd and unpractical than burning a man for his philosophy, which is the habit of saying that his philosophy does not matter"*)

Смерть льва не 'оправдывает' жизни пса [в человеческом обществе] в той мере, в какой сферы их деятельности (по необходимости - не без) не пересекаются. Столкновение интересов не подкрепляется "столпами" и не менее фигурно-символическими принципами, расположившимися в основании функционирования [отдельного] человеческого общества. В обратном случае, общество теряет в человечности в той степени, какая позволяет перегринам со стуком и suffrage-fourrage колхозницам славить порядок божественный, сиречь исходную бесчеловечность$ системы - законодательно-исполнительную и исполнительно-законодательную. Акцент на исполнении, исполнительности (цивилизацией лишённой полноты). Бесчеловечность не страдает от нечёткости в определении границ компетенции, свойственной [сугубо] человечности. Безусловно, в среде обитания и скитания существ правозащитных встречаются типажи, отличающиеся юнармейской готовностью by speaking in the interests of the public$ узреть в инстинкте - профессиональный навык едва ли достижимых [без каннибалистического воссоединения с духом предков$] высот; мне ли, посетившему в сознательной жизни около двух Маршей зверей в защиту прав животных (без учёта пары тоннельных ЛГБТК+П) - мне ли с зоофрейдистами да зооюнгианцами в предсказуемо венчающийся спор вступать?

מִ֣י יוֹדֵ֗עַ ר֚וּחַ בְּנֵ֣י הָֽאָדָ֔ם הָֽעֹלָ֥ה הִ֖יא לְמָ֑עְלָה וְר֨וּחַ֙ הַבְּהֵמָ֔ה הַיֹּרֶ֥דֶת הִ֖יא לְמַ֥טָּה לָאָֽרֶץ - "хто знає дух людський, злітаючий, і хто тваринний знає дух, додільний ?"

Человек мыслящий - помимо гонора, побочного следствия любого рода надуманной самодостаточности - вынужден вновь и вновь возвращать оспоримость слову написанному, чаще всего принудительно, без учёта какой-либо благодарности [в виде признания необходимости и принятия на себя соответствующих обязанностей], вне расчёта на обеспечение тем сохранности собственной жизни, здоровья (прежде всего психического), имущества, позволяющего выражать оспоримость в той или иной [не превосходящей опыт цивилизованности] форме. Существо эссеистское, в свою очередь, позволяет перекладывать прежде оговариваемую часть стилистических обязательств на крылья его непреклонного аппарата, занимающего всё то же, предуготовленное миллионами тысяч лет [не без пота лица Эволюции], причинно-следственное место [alas! - не всегда точь] посерёдке Великого Мимичекого Плато (le Sublime Plateau Mimique). Ожидать совпадения [благих] намерений и [отдающих честной блажью] плодов сотрудничества человека и паразитирующего на нём существа, не станем кривить душой, не следовало бы.

Книга Екклесиаста не может служить Инстанцией Крайней, как не будут ею служить Конституция, Бусидо и манжеты минувшего вечера. Дух воспаряющий принадлежит человеку в той только мере, в какой о духе высказывается человек, признающий, что перед тем как дать себе волю в Песнях Соломоновых - неплохо бы, пищеварения не нарушая да перед сном совести не будоража, признать суетность всего, певца приведшего к насущной потребности и песнопению. Дух нисходящий в равной мере имеет прямое отношение к потенциальному рапсоду, исходя из того же принципа - осёл не нуждается в чётком определении курса, какового мог бы придерживаться Дух ослиный - не потому что осёл [гипотетически] не может иным, кроме осла [в дисциплинарных целях воображующего себя мотыльком], ничем предстать и при предельно моральном облике; ослом не быть не может человек, с колюще-режуще-интеллигентным пристрастием судящий о духовном потенциале пренебрегаемой всеми, от копыт избавленными судьбой, соседом, йогой, и верными копытам своим, судьбой, соседом, генной инженерией данными, Лошади.

Возвращаясь к Числу и исчислимости:

кто может чётко сформулировать [якобы-1 "дарованное" рождением в границах якобы-2 рождением же обязывающей к исполнению жертвенного "долга" страны] право быть осведомлённым о конкретном количестве погибших в войне?

Кто из страждущих матерей, жён, дочерей, сестёр хоть однажды пытался - во сне, бреду, приступе пения, дневниковых вздохах - побыть среди поля, устланного полумиллионом мертвецов? Возможно, из побывавших кто испытает-таки насущную потребность назвать после побывки поле такое "площадью"? При условии, разумеется, неприкасаемости тел. Их можно бальзамировать в том положении, в каком сыны, мужья, отцы, братья идентифицируются сёстрами, дочерями, жёнами, матерями - и ни при каких обстоятельствах не тащить за колесницей через всю пыль-страну, для воодушевления раболепно преклоняющих колени [как и разной меры роскоши выше] СО (-граждан, -юзников, -отечественников, -племенников, -трудников, -участников, -ветников из -бутыльников) и даже КО (-ллег, -ллаборантов, -злов отпущения и прочих -мсомольцев).

Для кого станет секретом, что (вообразим же его!) здравомыслящий человек сил, времени, флегмы не обязан изыскивать - для времяпрепровождения в одной комнате с квинтетом разнящейся "свежести" мертвецов, к прижизненным заслугам чьим (узы крови или дела) либо к посмертным процедурам (анатомический театр, идеологические квазирелигиозные практики и криминалистика) не находятся факторы, связывавшие бы [мыслящее во здравие] человеческое поведение?

Не стоит жалеть времени, вопреки стыду и ожиданиям - от глотка кофе, итальянского, четырежды поднявшегося в оккупации комсомольского национализма, до жужжания очередного беспилотника не признающего интернациональности беатифицированного самомнения - банальность о влиятельности l'Étranger, сообщающую, что στίγμα, chevron, label, герб, [даровая] слава иже с ними, без самых ничтожных усилий со стороны аппарата$ распространяются [и] на тело - [и] в превосходящей прогнозы [аналитику, экспертную оценку, деконструкцию, феноменологическое 'вынесение за скобки'] степени, нежели теоретические и практические достижения индивидуального интеллекта, нежели, одним пропахшим сельдью и луком словом - Наследие. Доброволець в лавах Національної гвардії або збройних сил будь-якої сучасної країни є без вагомих затрат замінним кадром Приватної військової компанії, філіалом котрої слід за підписом в контракті стає для добровольця все, що деколи могло нести в собі зернятко [просвітницької] національної ідеї. Труп, приглашаемый в увлекательное турне улицами городов, разрушаемых исключительно по причине поразительной сохранности в трупе инстинкта JD - никогда не составит для обмирающих по его приближении юродивых того, кем он являлся до подписания контракта. К примеру, суфлёр Ильич с момента пересечения им порога Мавзолея - ныне и присно не автор 55 томов, и не повод для свержения полюбившейся голубям фигуры с пьедестала. Пока место не потребуется для секвойи или оливы, тенью бы сокрывавших плантации Питера Тоша или Скарлетт О'Хара от солнц межусобных.

Ни один из стремящихся с неподражаемым драматическим пылом представителей так называемого Тыла к тому, чтоб вернуть себе право собственности, если не на жизнь и выбор, так хоть на прах и славу бесценного родственника, брудершафтера или партнёра - ни один из глашатаев неоднократно предсказывавшейся "несправедливости" не имеет малейшего представления о том, что тот же [exsusez l'expression, заезженный и разъезженный] Верещагин с важностью уверовавшего богоборца поместил искомую черепушку в одну - кощунство-то какое, куси меня на небеси! - горку с проклятым этими самими "тыловиками", поддержи-военного-общественностью, полумиллионом черепушек, по недоразумения обронённых врагами всё того же аппарата. Нужно ли зваться Василием, как отца принять человека, зовущегося не иначе как Василием, не взирая на пожалованный дворянский чин, съездить перед войной в стан противника за сувенирами и вскоре подорваться на мине вместе с царским броненосцем по имени Степан - чтобы [попытаться] донести до идеологических каннибалов, что "реальные" потери во время [прокси-консенсуса] войны наделяются либо этическим весом либо сугубо экономическим, непосредственно войну и потери отправдывающим?

עֵ֣ת לַֽחֲב֔וֹק וְעֵ֖ת לִרְחֹ֥ק מֵֽחַבֵּֽק - "є час обійм, є час відчуження"

Время отчуждения позволяет трансформировать течение времени обобществляемого - то есть и объятий, каковые без сопротивления сводятся к производству и потреблению, в частности окситоцина, изощряясь метафизически, дружелюбия [без учёта гостеприимства].

Противовоздушный планктон, спасая шкуру гипотетического генерала-фуражира, инициативностью своей приводит к гибели 2048 сограждан (детей, женщин, пенсионеров, сознательно небронированных и в кафельной тишине инакомыслящих). Затем, трепеща фен-усищами, является на место гекатомбы, срывая бурные овации [не прибалтийской ли] делегации в процессе награждения Орденом и обеззараживающей орден Медалью. Планктон, не без его прямоугольного согласия, засим сплёвывают в объятия, каковые с момента политического рукопожатия будут сопровождать его, переродившийся в признании жертвы, по-двиг вплоть до преклоняющего на тротуарах колени Тыла. Не забываем, что планктон, просыпаемся, просыпаемся - добровольно временный; со временем - в данных Книгой Екклесиаста вариациях, как минимум - не соприкасающийся. Планктон не находит удовлетворения в объятьях, по скоротечности их и непостоянстве; не может испытать и отчуждения тот, чья добрая воля в основании ставящихся перед нею задач содержит (глянь, снова это красивое иностранное слово!) ressentiment - страх и зависть, по-скамеечному. Ибо ненависти без уважения не бывает, а завидовать, не теряя уважения, смог бы разве что Стефан Цвейг, потому-то он и не уродился Степаном.

Противовоздушный планктон едва ли отличается от оператора дронтов, ворвавшегося в моду, штанов ничьих не порвав, кроме дражайших для сердца, жиром патриотического порыва мучечинически заплывшего, идеологических ползунков, - что желательно бы учесть на близящемся Юлианехобском (Какортокском, Куяллекском и Юкантбайасском, в зависимости от угла и окна, из которого угол максимально комфортно созерцать во время какого-нибудь реабилитированного арго) процессе. И никак иначе, ведь:

"The evil of militarism is not that it shows certain men to be fierce and haughty and excessively warlike; the evil of militarism is that it shows most men to be tame and timid and excessively peaceable"

No god has ever blessed anybody by whom any god has been blessed, let us let it continue.

9:0528250:6

*вымерший фрукт, по непоседливости и озабоченности социальной справедливостью разбивший целых три полуторалитровых банки, сбивая украинские беспилотники над федеральными шаурмичными

*в свою очередь, могу ли я, по удивительному стечению фамильных мыслей и взглядов не целовавший креста при рождении, нехристианин - могу ли я, весьизсебякая, воздержаться и [не] выступить с апологией апологетики, как минимум, сэра Гилберта?

*ударение зачастую упирается малохольным острием в не заслужившую ничем такого внимания, непроизвольно лишь наводя на анархо-социалистические раздумия, "Е" - присутствие не на шутку раскатавшегося "О" по соседству с партийной Э-легантностью обесценивало акции наделения конфликта гласных чертами прокси-мероприятия

*Ближний Восток изобличает бессилие школьной арифметики рядового парламентария перед лицом ассимиляции её астрофизикой Министра по делам обобществлённости: "несколько" - это и чёртова дюжина и столетие и безразмерная эпоха, в совершеннейшей из достижимых временем и историей синхронизации

*McClassification - for language must behave more or less clarified with all the downpours and cloudbursts outside our doors

*Plague and the Athenian Imagination (Mitchell-Boyask, 2007)

*Пост-Модернное Общество Пост-Советских Социалистов

*Чем отличаются инстасамки от донатбичей? Вопрос на засыпку, а кому - и присыпку

$9:5

$November 5th 2021, 12:16AM

Закат - неоконченный жест,

простирающийся в бесконечность;

Бог - слишком человеческий манифест,

ему свойственна бесчеловечность*

*Gil save the Quin (1904)

*по обычаю, об инкриминируемом духе предки рассуждали в тоне духа, благодарными потомками чьими они, предки Ваши, права и воли не имели оставаться

*механико-органический избирательно-правовой нарост на теле Земли

*what a Great Reproductive Joy our Division is!