Original Material
Сокуров придумал Фаусту отца
Александр Сокуров, чье имя Европейская киноакадемия внесла в сотню лучших режиссеров всех времен, наскреб-таки денег на окончание своего «Фауста». Уже в конце августа фильм увидят первые зрители: он включен в конкурсную программу престижного Венецианского кинофестиваля.
– Зачем вам «Лев»? Вы уже, кажется, всем всё доказали.
– Я-то вообще считаю, что конкурсная система в том виде, как сейчас, себя изжила. И честно говоря, лично я не был сторонником участия в каком бы то ни было фестивале. На этом настаивал продюсер Андрей Сигле.
– И дружба – с ним – победила!
– Я понимаю, что кинофестиваль нужен для продвижения картины. А в случае с «Фаустом» это особенно важно. Предыдущие три части тетралогии («Молох», «Телец», «Солнце». – Авт.) показывались во многих странах. Надеюсь, что и четвертая часть получит хороший прокат. По крайней мере обладатели прав на всемирный прокат уже определены.
– Европа к вам всегда внимательна. А каковы шансы, что «Фауст» доберется до России?
– Очень сложный вопрос. Государство распродало все кинотеатры, передав их в частные руки. А у российских предпринимателей, владеющих залами вкупе с американскими корпорациями, нет никакого стремления прикладывать усилия к прокату отечественного кино.
– Может, вы сами лишили себя проката, сняв «Фауста» на немецком языке?
– Не только на немецком языке, но и с «их» артистами. Но лишь потому, что произведение Гёте – европейская история, а она европейскому зрителю, конечно, ближе.
– Насколько сильно вы переделали первоисточник?
– Фильм основан на первой части трагедии, но, скажем, Мефистофель и Фауст у нас не мифические персонажи, а реальные люди. Мы с Юрием Арабовым придумали и совершенно новые линии, героев. Например, ввели в действие отца Фауста, которого нет у Гёте… Изменения есть, но говорить о них преждевременно. Надо, чтобы сначала фильм увидели зрители.
– Вы снимаете все больше за границей. Признаться, вообще удивляюсь, почему вы еще в России.
– У меня пока есть возможность работать на родине. Если лишусь и буду еще в силах, стану искать место, где эта возможность будет.
– Найдете?
– Думаю, что да.