Как кабак назовешь...

У всех звезд, особенно тех, в ком есть что-то от благородных жуликов-мазуриков, имеются свои кофейни-рестораны-таверны-«тошниловки». И никто не представляет, до какой степени эти заведения похожи на своих полпредов (не путать с «хозяевами»; помните, что артисты используются как приманка – за деньги, конечно, количество которых зависит от калибра артиста).

При этом оставим в стороне жизнеспособность самих заведений: все они сдохнут. Заметка про другое. Про их сходство с конторами, которым они дали свои имена. Надо учесть тут такой деликатный момент, что публика безо всякого пиетета относится к артистам. Ну, или с минимальным почтением, но уж точно с избирательным. То есть к Кобзону (магия имени, инерция, как угодно!) еще туда-сюда, а вот к Лепсу и Михайлову… – пусть не обольщаются.

Вот с Лепса и начнем, с одноименного бара. Любой гость там – страх господень. Молодые и старые, веселые, глумливые, на вас с дорогой душой чихающие; из характеристики ударение делать след на «глумливых». Не поймите меня дурно: нувориши везде нувориши, к каждому из них подходит диалог из моего любимого сериала «Антураж»:

– Простите, вы его знаете?

– Да, он третий в списке самых мерзких людей на планете.

У Медяника собираются ну… которые «братва». А чё? Под шансон перетереть – самое то… В этом месте, вооружившись обращением «старина», вы хотя бы уложитесь в 100 баракообамов. К Лепсу без десяти сотенных можно зайти только «на капучино».

Андрей Григорьев-Аполлонов всегда окружен болтливыми модниками. Темпераментными, нечеловечески оборотистыми мужичками и нечеловечески ловкими девицами, в рассуждении которых и Лепс, и Медяник, и АГА, и даже я давно затвердили шакировский постулат Hips don’t lie («Ляжки не врут»). Во всех означенных заведениях ляжки – приманка. У Лепса наипаче прибыльная. Но не в «Тинатин». Там все-таки мужи собираются с дальними разговорами про Вечное.

В какие-то (к Лепсу) заходят люди с сумеречным состоянием, в какие-то (к Рыжему) – имитирующие сумеречное состояние (так гламур велит), в какие-то (к Медянику) – из-за этого состояния валявшиеся на нарах, к Канделаки ходят просто с состоянием люди. И все похожи на тех, на кого ходят.