Готовы ли вы продаться полиции?

МВД обещает платить россиянам за помощь в раскрытии тяжких и особо тяжких преступлений. Так, награды за информацию об особо тяжких преступлениях составят от 500 тысяч до нескольких миллионов рублей. «Готовы ли вы помогать полиции за деньги?» – спросили мы у известных людей.

Владимир Бурматов, депутат ГД:

– Это нормальная практика в мире. Нигде такая помощь не рассматривается как элемент наживы, а просто дополнительно стимулирует граждан к сотрудничеству. Думаю, многие будут даже отказываться от вознаграждения… Лично я не могу представить ситуацию, в которой я бы взял деньги – готов помогать бесплатно. Будете смеяться, но в детстве я уже однажды помог следствию. Мы увидели браконьеров на реке, быстро доехали до ближайшего поста милиции и всё рассказали. Выехал наряд и всех повязал. Никакого вознаграждения не дали, да мы и не просили.

Михаил Пашкин, председатель профсоюза милиционеров г. Москвы:

– Инициатива хорошая, но следить за исполнением обещаний МВД должен некий гражданский институт. Например, общественный совет. Иначе оперативники будут списывать расходы якобы на оплату информации, а сами эти деньги присвоят себе. Ведь именно о таких порядках в своем подразделении рассказывал в интернете известный майор Дымовский.

Ольга Кормухина, певица:

– Скорее всего я бы сотрудничала бесплатно. В моей жизни уже были ситуации, когда я обращалась в полицию и предупреждала людей о мошенниках. Несмотря на то, что преступники мне потом угрожали, я все равно продолжала помогать людям избежать опасности… Так что если полиция хочет работать, то давайте ей поможем. Хотя бы за деньги.

Александр Невзоров, журналист:

– Мое мнение в этом вопросе категорично. Любое стукачество, во имя чего бы оно ни было, – омерзительно. Даже если человек хочет сообщить о серьезных преступлениях, даже если он преследует благородные цели и действует в интересах общества… Для меня всё едино. Разумеется, сам я сотрудничать со следствием никогда не буду. Ни за деньги, ни бесплатно.

Игорь Трунов, адвокат:

– Формально институт вознаграждения в России существует, но он не работает. Сегодня я не знаю ни одного уголовного дела, которое раскрыли бы подобным образом. Хотя деньги из бюджета на информаторов ежегодно выделяются. Но куда они уходят – мутная вода. Если у полиции спросить: «Куда деньги-то делись?», она отговорится: «Информация о свидетелях секретна!»

Механизм поощрений эффективно работает в цивилизованных странах. Нам нужно перенимать их опыт. Также это касается ДТП: например, в Германии свидетели аварии всё фотографируют и отсылают в полицию. В России же система, которая в автоматическом режиме делает снимки, часто не фиксирует нарушения машин с блатными номерами.