Девчоночки «фабричные»

о слухам, Сати Казанова покидает группу «Фабрика», а по другим – вовсе не она, а Саша Савельева. Дело пока темное, но кастинг объявили, на который вместе с сотней соискательниц отправилась наш корреспондент. Процедура оказалась не для слабонервных…

Колыбельная для Кадырова

Прослушивание талантов продюсер группы Игорь Матвиенко устроил в пафосном караоке-баре в центре Москвы. За полчаса до отбора около входа уже собралась толпа длинноногих красоток. Прорвавшись внутрь заведения, мы все переодеваемся прямо перед сценой: менеджер просит занимать очередь в туалет только тех, кому по нужде.

– Сати, а стоит оно того? – спрашиваю у действующей солистки, пока одна из претенденток как-то хитро приподнимает себе грудь.

– Ну да, – просто отвечает мне Казанова. – Если ты пройдешь, у тебя будет интересная жизнь. Мы порой за один месяц до 30–35 концертов даем.

– И это все по России гастроли? – ужасаюсь я.

– В основном, – вздыхает Сати. – Но бывает, нас и в Германию возят.

– Платят-то хорошо? Говорят, что вы за новогодние праздники получили 200 тысяч долларов на троих.

– Нас высоко ценят, но мы заработок еще с продюсерским центром делим. Разве деньги главное? Здесь, помимо прочего, завязывают отношения с высокими политиками и бизнесменами. В России только Медведев с Путиным корпоративов не устраивают. А жаль… С Владимиром Владимировичем мы все же познакомились, когда его предвыборную кампанию поддерживали.

– Круто, – соглашаюсь.

– Еще круче с региональными президентами. Вот я родилась в Нальчике, и меня сделали заслуженной артисткой соседней республики – Адыгеи. А ты где родилась?

– В Грозном.

– Ой, тебе повезло! – восклицает она. – В Москве таких, как мы, не больно жалуют, а Кадыров нас всех любит. Он даже знаешь, кого наградил? Пьера Нарцисса (морщится) и Сережу Зверева (вздрагивает).
(Нарциссу присвоено звание народного артиста Чеченской республики, а Звереву- часы за 100 тысяч евро - автор.)
А Катю Лель (спокойно) балует за то, что поет ему по сотовому перед сном на чеченском. И ты раздумываешь, когда у тебя в перспективе колыбельная для Рамзана?

Аргумент сразил наповал. Ради такого стоило поработать локтями и прорваться на сцену!

Лысая луна

Да, но ведь еще надо и петь уметь… На выбор, как оказалось, предлагались пять хитов «Фабрики». Из репертуара группы я знала одного «Лёлика», и то первые две строчки. Стыдно! Его к тому же в этом списке не было. То, что дело происходило в караоке, спасало не всех. Экран с бегущей строкой повесили за десять метров от сцены. Как ни крути очки и ни щурься – ничего не видно.

Мне пришлось импровизировать. Мы выходили четверками и пели по очереди несколько строчек. Встала к девушкам, которые выбрали «Про любовь», третьей по счету, чтобы на меня выпал припев. Его я выучила за две минуты до выхода и радостно явила публике. Для пущей убедительности чуть-чуть сплясала, там как раз по музыке пауза образовалась. Ритмично ли – не знаю. В полумраке и в волнении видела только лысую голову Матвиенко, светившую, как луна. По окончании Игорь Игоревич сказал мне: «Спасибо». Правда, говорит он так, если не отвлекается, каждой. Подкрадываюсь к Тоневой, чтобы точно выяснить свои перспективы.

– В ноты ты попадала, поздравляю. Однако сильно сдавливала звук, – расстроилась моей неудаче певица. Странно, я ведь, наоборот, всегда по-простонародному широко акаю.

– Вы там у себя в жюри хоть какие-то пометки делаете? – насторожилась я.

– Разумеется, – пожала она плечами.

На столике «фабриканток» стояли коктейли и чайники, лежали конфеты и телефоны. Девчонки мило болтали о чем-то друг с другом. Листов для записей ни у кого не было. Тем временем выступала шестидесятая участница. Вот это память, подивилась я. Или… это рекламный трюк и нас в открытую разводят?

На корпоративах пристают

В перерыве подошла к Игорю Матвиенко, который с начала отбора ни с кем, кроме своих, не общался.

– Вы правда хотите взять новенькую? Кто-то уходит?

– Да, хотим, но не вместо кого-то, – печально произнес он и добавил скороговоркой: – То, что я готовлю для Саши Савельевой сольную карьеру – не более чем слухи.

– Восемь лет «Фабрика» спокойно пела втроем, и почему сейчас понадобилась четвертая?

– Мне недавно исполнилось 50 лет. Поймите, у меня кризис среднего возраста. Мне не-об-хо-ди-ма еще одна девушка. Необходима, – тихо поделился он и впервые за кастинг улыбнулся.

Думаю, выбирал он все же честно. Хотя бы потому, что мучил себя в тот вечер. Мало того что ограничил возможные мелодии до пяти, так еще и 90 из 150 девушек, я считала, не сговариваясь, выбирали из них одну и ту же песенку. Ту самую, что прокричала в свое время и я. Игорь Игоревич, бедный, зажмуривался всякий раз, как они ее затягивали. Один заход конкурсанток даже установил своеобразный рекорд, пропев «а у неба нету дна, как билетов нет в кино» 30 раз подряд. Когда следующая пролепетала «зажигают огоньки озорные светлячки» (это, кто не в курсе, из другой композиции), Матвиенко подпрыгнул и зааплодировал ей.

– Как хорошо, – поддержала его Савельева. И обратилась ко мне: – Кстати, насчет «озорных светлячков». То, что к нам на корпоративах пристают, да, такое есть. Но мы контролируем ситуацию, так что, если тебя пригласят, соглашайся.

Ладно, подумала я и засобиралась домой. На каждой ступеньке лестницы на выход стояли по две девушки. Они ждали своей очереди по четыре часа и, дабы не потерять настрой, хором репетировали «Про любовь». После моего совета они хором перешли на «Рыбку». Бабушки, спешащие на всенощную в церковь рядом с баром, крестились на них.

Видео с события вы можете посмотреть здесь.