Олигарх с «Альфы»

Теплое место в середине десятки российских богачей по версии «Форбс» Михаил Фридман занимает уже много лет. На самый верх не стремится. Но и вниз его тоже никому не удавалось спихнуть, хотя желающие, конечно, были.

Как закалялась сталь

В детстве Фридман был разносторонним ребенком. Учился в хорошей школе в центре западноукраинского города Львова, посещал музыкалку по классу фортепиано. Старшее поколение Фридманов было советской номенклатурой, но во Львове рассказывают, что главные еврейские праздники в семье тоже чтили, хотя, по понятным причинам, и не афишировали. Фридман-старший в составе коллектива разработчиков был отмечен Госпремией за систему опознавания для военной авиации. Спустя годы сын лауреата тоже прославился своими «разработками», но совсем в другой сфере – бизнесе.

– Он пришел к нам в НИИ на должность рабочего первого разряда сразу после школы, потому что не поступил в какой-то московский институт, – рассказали «Собеседнику» в Львовском физико-механическом институте. – Он был умный и амбициозный. Говорил, что все равно будет учиться только в Москве, усиленно готовился и вообще был очень активным малым – все решал какие-то задачки по физике и математике, играл в ансамбле, был в комсомоле. И все это – помимо основной работы.

Выступал с Грушевским

Даже рабочий стаж не помог Фридману поступить в желанный Московский физико-технический институт (возможно, из-за пятого анкетного пункта о национальности), и умненький мальчик сделал маленький шаг назад. Который, впрочем, на деле оказался колоссальным шагом вперед. Фридман влился в ряды студентов Московского института стали и сплавов (МИСиС). И действительно, на курсе Фридмана сложился очень полезный студенческий «сплав»: зам. главы администрации президента Владислав Сурков, влиятельный политжурналист Владимир Соловьев, пародист Михаил Грушевский. Сам Фридман тоже был не промах: еще в студенческие годы он занялся бизнесом – распространением дефицитных тогда театральных билетов. Смышленый молодой человек работал не ногами, а головой – отвечал за организацию процесса. Говорят, у колонн крупнейших театров тогда можно было завести массу полезных знакомств – от криминальных до светских, от деловых людей до силовиков.

– Театральные билеты были своего рода валютой, которая помогала заводить и поддерживать нужные связи. Я сам благодаря Фридману посмотрел многие знаменитые театральные постановки и могу сказать, что по крайней мере мне эти билеты доставались без переплаты, – рассказал «Собеседнику» Михаил Грушевский. – Миша жил тогда в общежитии МИСиС в московском районе Беляево и делил комнату с другим моим однокурсником. Так вот, когда сосед Фридмана только просыпался, Миша уже успевал развить бурную деятельность. Например, он создал в общежитии клуб «Земляничная поляна», куда приглашал выступать популярных тогда артистов и исполнителей.

Однажды, когда я выступал с пародийным номером и у меня не было аккомпаниатора, Фридман согласился мне подыграть на фортепиано, и у нас вышел хороший совместный номер. При этом он еще и экзамены сдавал на «отлично». Способности Михаила еще тогда, в 80-е, приносили свои неплохие плоды. Помню такую историю: как-то Фридман пришел ко мне в гости в супермодных и дефицитных кроссовках «Адидас», про которые тогда только слышала модная молодежь. И помню, моя мама, которая не знала про эту обувь, очень пожалела его и сказала мне: «Бедный Миша, ну что же он в таких легких кроссовках зимой, ему, наверное, надеть нечего».

Это мог быть последний случай, когда Михаил Фридман вызвал жалость. Потому что его дела достаточно быстро пошли в гору.

ТНК грязи не боится

Неизвестно, стал бы Михаил Фридман лить и плавить сталь, но началась середина 80-х, и речь уже шла не о театральных контрамарках, а о билетах в лучшую жизнь. После окончания МИСиС Фридман отработал пару лет инженером на заводе в Электростали, но вскоре влился в более перспективное кооперативное движение – создал сначала фирму «Курьер» (помывка окон), потом – «Альфа-Фото» (продажа техники).
Дальше – больше. В период приватизации рачительный Фридман не только не променял свой ваучер на ящик пива, как делали многие, а, наоборот, стал скупать ценные бумажки у населения, заложив основы «Альфа-Капитала». К которому позже добавились «Альфа-Банк» и прочие «альфа»-слагаемые будущей империи. Фридман уже научился ценить полезные связи, поэтому пригласил возглавить банк бывшего министра внешнеэкономических связей Петра Авена.

Именно Михаила Фридмана считают прототипом главного героя романа адвоката Павла Астахова «Рейдер», девизом которого может стать «Рейд всегда, рейд везде». «Вольтовцы славились нахрапистым стилем и поразительной всеядностью, а их босс, Марк Фрид, «Рейдер №1», – пишет Астахов. И действительно, в пасьянс «Альфы» посыпались самые разнообразные активы – все, что плохо лежало, ненадежно охранялось, мало ценилось, но в будущем могло принести прибыль: магазины, супермаркеты, заводы… А вскоре появились и «любимые игрушки»: нефть (ТНК) и мобильная связь (пакеты акций «Вымпелкома» и «Мегафона») – активы, с которыми можно действительно играть по-крупному.

В 1990-е пошла ожесточенная борьба за черное золото. Именно тогда Фридман заложил фундамент одной из крупнейших нефтяных компаний России – ТНК-ВР, которую за методы в бизнес-среде быстро прозвали «танки». Шла эпоха бизнес-войн. Главная борьба развернулась за «советский Кувейт» – месторождения Русского Севера и Сибири.

– Михаил Фридман наряду с Владимиром Потаниным считается одним из самых сильных и успешных переговорщиков, – прокомментировал «Собеседнику» эксперт Центра политической конъюнктуры Дмитрий Абзалов. – И несмотря на то, что иностранная пресса назвала Фридмана «бизнесменом с детским лицом», многие в бизнесе пожалели, что слишком доверились внешне мягкому впечатлению. Фридман известен умением тонко вести корпоративные конфликты. И в большинстве случаев он их выигрывает. Так было и с ТНК, где был задействован весь актуальный в 1990-е годы арсенал: банкротство, арбитражное управление, захват помещений с применением технологий типа «маски-шоу», затяжные суды. Следующий конфликт – с «Бритиш Петролеум» (вторая часть ТНК-ВР), который сейчас тоже исчерпан. Но самая крупная его победа – это долгий конфликт с министром связи Леонидом Рейманом, в результате которого Фридман остался с пакетом акций «Мегафона», а Рейман после ряда международных арбитражных судов и информационных «накатов» потерял министерский портфель.
Реймана считали «другом Путина», но Фридмана это не остановило. Сейчас в разгаре «разборка» с крупным дебитором «Альфы» Олегом Дерипаской.

– Главное, что выгодно отличает Михаила Фридмана от его коллег-олигархов и что позволяет ему достаточно долго преуспевать – это понимание реального механизма власти, – считает политолог Станислав Белковский. – В отличие от Михаила Ходорковского, который рассчитывал на поддержку 2–3 фигур в высших эшелонах власти, Михаил Фридман создал разветвленную структуру архиэффективных собственных «бюрократических группировок» в разных регионах, которые состояли из гражданских и силовых чиновников и судей. На поддержку этих «дружественных сил» Фридман всегда и опирался. Это можно назвать «принципом Фридмана». Принципом, который лучше всего работает в российских условиях.

Сегодня те, кто владеет нефтяными и сотовыми вышками, владеют миром. Наверное, поэтому Фридман не стремится быть на виду. В политсреде известно, что Фридман поддерживал Бориса Немцова, но прекратил это делать, когда Немцов вышел за рамки «системной оппозиции». Спонсировать «врага Кремля» у Михаила Фридмана рука не поднялась.

– Ассоциации с именем Немцова опасны, поэтому Фридман не появился на недавнем 50-летнем юбилее оппозиционера. В отличие от Михаила Прохорова, который не побоялся там присутствовать.

Михаил Фридман был одним из наиболее влиятельных членов «cемибанкирщины» – 7 банкиров, которые в 1990-е годы контролировали 50% экономики, а также влияли на принятие важнейших политических решений. Интересно, что сегодня большинство из этой группы избранных – Борис Березовский, Владимир Гусинский, Михаил Ходорковский, Александр Смоленский, Владимир Виноградов – потеряли основную часть могущества и приобрели проблемы. Без потерь из всех катаклизмов вышли только Владимир Потанин и, конечно, Михаил Фридман.