Старье берем - добро даем

Корреспондент «Собеседника» поработала в единственном в России благотворительном центре, где берут любое добро – одежду, обувь, игрушки, книжки, бытовую технику, даже косметику, лекарства и посуду – и раздают тем, кто в добре нуждается.

Универсам мечты: всё есть, а цен нет

У многих, в том числе у меня, квартиры похожи на мини-склад гуманитарной помощи – одежда, которая не носится, книги, которые не читаются, приборы, которыми не пользуются. Хранить все это невмоготу, выбрасывать жалко, а «осчастливить» – например деревянными детскими лыжами – некого. Я пыталась пристроить вещи в детдома, но по новым правилам одежду можно приносить только неношеную, желательно в фабричной упаковке, мягкие игрушки под запретом из-за пыли, а катать детей на лыжах условий нет.

На севере Москвы работает центр, где без всяких препятствий можно как сдать, так и взять все, что душа пожелает. С виду – универсальный магазин, только без ценников и цен. Три длинных ряда с одеждой: ближе к входу разложены кофточки, дальше – брюки и юбки, на задворках сложены куртки и шапки. Рядом – примерочная с занавеской, пуфиком и зеркалом в полный рост. За ней – огромные, в десять полок, стеллажи: на одних только книги, на других только игрушки и посуда, на третьих обувь и сумки. Между ними – горшки с цветами.

– Это не только для красоты, их тоже можно забрать домой, если понравятся, – объясняет руководитель центра Мария Студеникина. – Нам не жалко!

Маша определяет меня на рабочее место: ставит дежурить у рядов с одеждой. Следить, чтобы не унесли без учета, то есть не украли, проще говоря? Оказывается, нет – помогать «клиентам» выбирать. Между рядов как раз суетится бабуля, и я иду к ней с легкой тревогой: несмотря на первое приятное впечатление, боюсь, что здесь ничего стоящего нет – хорошее все-таки люди не отдают. Подхожу к бабушке, стараясь не смотреть ей в глаза…

Сто одежек и все с застежками

– Ну как, дочка, к лицу мне? – кокетливо спрашивает она, вертясь перед зеркалом в блузке в горох. – Вроде неплохо. Пожалуй, я к ней пиджак возьму.

За полчаса, что мы примеряли обновки, ни разу не увидела чего-нибудь, что было бы стыдно не то что отдать, но и продать. Ни рукава с оторванной пуговицей, ни грязного воротничка – ничего, что выдавало бы возраст вещей.

– Без этих людей я, наверное, в одной кофте всю пенсию и проходила бы, – говорит бабушка, прикидывая на груди желтую водолазку.

В итоге мы набрали нарядов на шесть выходов в люди и пошли отмечаться к волонтеру: в базе данных на каждого посетителя заведен файл, куда записывают, сколько, когда и что человек брал. Напоследок пенсионерка взяла еще иконку, коих тут целая полка, пожелала всем хорошего дня и была такова.

– Теперь мы ее увидим только через три месяца, – говорит Мария. – Это чуть ли не единственное наше правило. Из взрослой одежды мы разрешаем брать до 10 вещей за один раз, на детей – до 15, на новорожденных – до 25. Приходить за вещами можно четыре раза в год. Мы так решили, чтобы не допустить злоупотреблений.

Однако со временем в центре смягчили правила: например, если молодая мама за первый визит не найдет всего, что ей нужно – допустим, детские маечки были, а комбинезонов нет, ей разрешат приходить еще и еще, пока она полностью не «оденет» малыша.

– Недавно стало понятно, что неудобно людям каждый раз приходить и что-то спрашивать – мы все-таки не в центре города, – объясняет Мария. – Поэтому теперь мы у каждого клиента спрашиваем телефон и пожелания-заказы, и как только появляется то, что требуется, звоним и сообщаем. Инвалидам и пожилым людям наши волонтеры вообще на дом все подвозят.

Естественно, бесплатно. И работают тут тоже бесплатно, потому что центр никто не спонсирует. Открыли его по инициативе РПЦ, а зал в 200 квадратных метров в безвозмездную аренду предоставил бизнесмен, которому принадлежат соседние шиномонтаж и кафе. Помещения еле хватает: у моих ног постепенно вырастает гора из пакетов, которые всё несут и несут. В них – десяток зонтов (легко открываются и закрываются), комплекты шашек и шахмат. Их мы с дежурными сразу расставляем по полкам.

– Учет принятого мы нигде не ведем, сразу выставляем, – поясняют они. – Если бы все вещи описывали для статистики, загнулись бы. К нам каждый месяц приходят по 400 человек сдающих и по 600 нуждающихся.

Пришла воровать – ушла читать

Всё, кроме одежды, можно брать в неограниченных количествах. Мария ведет меня в соседнюю комнату и показывает высокую, до потолка, гору из тюков с вещами, не поместившимися в основном зале. Раз в месяц волонтеры отвозят их в Иваново, Смоленск, Рязань, Воронеж, Ижевск и Кострому – и раздают там в притворах местных церквей или арендуя на пару дней пустые склады. Отправлять «дотации» в регионы стараются почаще. Как-то один завод хотел пожертвовать московскому центру три тонны сахара, а другой – пять тысяч штор, но пришлось отказаться, потому что места для хранения просто не было.

К тому же многие клиенты вещи… возвращают обратно. Практически всегда – детские коляски и автокресла, поэтому порой их отдают не только матерям-героиням и одиночкам, но и обычным небогатым семьям. В последнее время приносят обратно и книжки, которые я помогаю выбирать женщине в поношенном пальто. Она призналась, что два похода в этот центр перевернули ее жизнь.

– Раньше я брала с этих полок все, что на глаза попадается – Кафку, учебник биологии за 10-й класс, справочник по редким растениям, и никто не удивлялся, зачем мне все это. Брала книг по 30 за раз, – говорит женщина. – Зарабатывала я на них. Относила к развалу у метро, где их продают по 50 рублей за штуку, и отдавала перекупщику по 20. Он меня и спросил: мол, откуда ж у тебя столько разных изданий? Призналась ему, и вдруг так стыдно стало... Я же их ворую, получается! С тех пор только почитать беру.

Волонтеры женщину эту не только простили и разрешили в будущем приходить в центр за помощью – человек она все-таки небогатый, но даже… сделали в ее комнате в коммуналке ремонт – поменяли ветхий паркет и переклеили обои. Оказывается, здесь можно не только взять что-то из вещей, но и оставить заявку на проведение косметического ремонта. Волонтеры приедут в течение месяца, осмотрят квартиру и, если сочтут ее малопригодной для жизни, бесплатно всё починят и заменят – стройматериалы жертвуют часто, они не залеживаются, и можно быть уверенным, что все точно пошло в дело.

Как и все остальное, что в этот центр приносят. Жаль только, что он такой один.

Путеводитель

Центр гуманитарной помощи находится по адресу: Москва, ул. Дубнинская, д. 79. Проезд от станции метро «Петровско-Разумовская» автобусом №677 до 13-й остановки «Микрорайон «Дубки». Центр находится напротив, через дорогу. Открыт он в пятницу – воскресенье с 12 до 20 часов. Узнать, что сейчас нужнее всего и есть ли в наличии вещи, которые требуются вам, можно по телефону +7 (495) 972-97-02. При себе нужно иметь паспорт и справки, доказывающие вашу принадлежность к одной из льготных социальных групп. Документы можно не приносить только погорельцам и пострадавшим от других ЧП.

Центр не обслуживает бездомных – им сотрудники несколько раз в месяц раздают гуманитарку на площади трех вокзалов в Москве, о чем заранее вешают объявления на месте.