A вас переписали?

Перепись населения подошла к своему логическому окончанию. Правда, некоторым эту акцию удалось продинамить, несмотря на пример, который подал сам президент, первым отдавшийся в руки переписчиков. «А вас переписали?»— спросили мы у известных людей.
Генри Резник, адвокат:
— Ко мне переписчики не пришли. Они сказали, что, если есть желание быть переписанным, нужно посетить наш местный спорткомплекс. Я ведь живу в коттеджном поселке. Так как я человек очень ответственный — пошел сдаваться этим ребятам. Ими оказались две приятные женщины. Они засыпали меня вопросами. И я все честно рассказал. Мне скрывать сведения о себе нет резона. Что я еврей, все знают, что у меня сын монах — тоже. Так, посидели, поговорили и разошлись...

Никас Сафронов, художник:
— Меня пока не переписали. Сижу жду. На мой взгляд, это совершенно необходимо. Вот раньше, при Леониде Ильиче Брежневе, был такой товарищ Крючков, возглавлял КГБ. Так вот, он настаивал на создании всеобщей базы отпечатков пальцев. То есть к вам домой пришли бы не вопросы задавать, а снимать «пальчики». Это, как мне кажется, является самым что ни на есть нарушением человеческих прав, а перепись вполне безобидна.

Наталья Белохвостикова, актриса:
— Перед началом переписи народ пугали тем, что бандиты будут маскироваться под переписчиков и всех подряд грабить. Было как-то боязно. Но, несмотря на все эти пугалки, вся моя семья «сдалась» в самый первый день. К нам домой пришел замечательный молодой человек, который у всех вызвал доверие, и общение с ним доставило необычайное удовольствие. Когда я провожала его, порадовалась, что в нашей стране еще много порядочных людей.

Максим Дунаевский, композитор:
— На днях мне позвонили из домового кооператива и предложили три варианта: визит переписчика домой, перепись на специальном участке и опрос по телефону. Мои домашние остановились на последнем варианте. Не хочу никого пускать к себе домой. Пусть это будет расчестнейший человек. Он просто может где-нибудь что-нибудь обо мне сболтнуть. Лучше сразу себя обезопасить. Что я, собственно, и сделал.

Владимир Лукин, депутат:
— Когда переписчики приходили домой, я был в больнице, поэтому на все вопросы отвечала жена. Рассказала, что позвонили в дверь, она посмотрела в глазок и увидела молодого человека. Он в руках держал удостоверение, поэтому она открыла ему дверь. На моей памяти это уже третья перепись, в которой я принимаю участие. Я всегда ответственно подхожу к этому вопросу. Вот только мне кажется, что вопросы не очень подробные, я бы еще включил вопрос о вероисповедании. А еще как-то странно получилось. Жену спросили, имею ли я ученую степень, а моему сыну такой вопрос не задали...

Элла Памфилова, политик:
— А меня переписчики дома не застали. Так они оставили анкеты у консьержки, я их дома заполнила и отнесла все той же консьержке. Так что я свой долг выполнила. Хочу заметить: мало вопросов! Мне кажется, что нужно было копать глубже, чтобы составить многомерный портрет России. Я бы включила в переписные бланки вопросы о том, чем живет наше население, чего хочет.

Юлия Бордовских, телеведущая:
— Я к переписи абсолютно равнодушна. Возможно, это связано с тем, что я не смогла прочувствовать ее необходимость. Я живу за городом, и что-то переписчики ко мне не доехали. Причем я ни от кого не скрывалась. Тем более что липовые переписчики к нам при всем желании не смогли бы пробраться — наш поселок очень хорошо охраняется.

Юрий Мороз, режиссер:
— Я не смог выполнить свой гражданский долг, так как находился в Минске. Но Бог свидетель, я хотел оставить след в Истории. Не получилось. Мои знакомые все хвастают, на какие вопросы отвечали, как долго все это было. А мне обидно. В следующую перепись обязательно буду сидеть дома.
Мария Кутырева,
Анна Монаенко,
Татьяна Попова.