Куда марширует армия?

Глава Минобороны Анатолий Сердюков объявил о начале самой радикальной реформы ВС – армию сократят и реорганизуют.

Лучше меньше, да лучше?

Со времен перестройки реформу объявлял каждый новый министр обороны. Каждый раз это сводилось к небольшим изменениям структуры и большим сокращениям – за последние 20 лет армию ужали почти вчетверо. Нынешняя реформа почти то же самое, но с небывалым размахом. По слухам, она стала одной из причин конфликта Генштаба с новым главой Минобороны и увольнения Юрия Балуевского. Высшие армейские чины уже тогда шептались, что «мебельщик» (глава МО – из мебельного бизнеса) наломает дров». Повод для опасений был, ведь эта реформа рекордная по числу увольнений, и резать начнут с самых верхов.

По плану Сердюкова, к 2012 году в рядах армии должно остаться около миллиона человек. Такого тотального сокращения ВС – почти на 200 тысяч – не было со времен Хрущева. В первую очередь армейского пайка лишатся 221 генерала – вместо 1107 их станет 886.
– Правильно, генералов у нас в избытке, – считает глава Центра военного прогнозирования Анатолий Цыганок. – В Штатах один такой чин на 870 человек, а у нас – на 200.

Другой рациональный и крайне самокритичный шаг – резкое сокращение высших штабных кабинетов. Центральный аппарат МО и органы военного управления сейчас насчитывают аж 22.000 человек. Останется 8500. Эта «лесорубка» и вызвала такой протест в военных верхах – армейский оклад за мирным письменным столом всегда терять неприятно.

Но сокращать будут и более 200 тысяч полковников, майоров и капитанов. Их у нас слишком много – 32% от всей армии (в странах НАТО – по 10–20%). Как заметил Анатолий Сердюков, наша армия напоминает «яйцо, раздутое посредине». Причем 40 тысяч должностей и так пустует – эти «мертвые души» сократят в первую очередь. Потом уволят тех, кто отслужил по возрасту. А потом еще почти 130 тысяч офицеров, «раздувающих яйцо».

– Сокращение оптимизирует ряды армии, – считает глава Лаборатории военной экономики Виталий Цымбал. – Ведь урезать планируют вспомогательные, тыловые, небоевые части, всякие военные конторы, где людям иметь погоны необязательно. И главное, части неполного состава, где на одного офицера – один прапорщик, а солдат вообще нет.

Куда денем отставников?

Пропорции армии придут в норму. Но вот что будет с теми молодыми и боеспособными офицерами, которые распрощаются с ней в таком количестве? Эксперты опасаются того, что случилось при хрущевской реформе – уволенные могут остаться без работы, квартир и пенсий.

– У гражданских лиц пенсионная система накопительная, – продолжает Виталий Цымбал. – А офицерам-контрактникам на счет ничего не капает, и если они отслужили 10–15 лет и ушли на гражданку, пенсия у них будет мизерная.
А скопить на старость большой гражданской зарплатой бывшим офицерам тоже будет непросто – несмотря на все обещания, работу им государство искать не станет.

– По закону уволенным по сокращению полагается четыре месяца гражданской переподготовки. Но я знаю очень немногих, кто ее прошел, она мало что дает, и на деле эти люди окажутся предоставлены самим себе, – утверждает капитан 1-го ранга, глава Общероссийского союза военнослужащих Олег Шведков. – Что касается жилья, его не хватит на оставшихся, не говоря уже об уволенных.

Однако в пятницу Госдума приняла поправки в бюджет, серьезно увеличивающие оборонзаказ. Депутаты уверяют, что часть денег перепадет и нуждающимся офи­церам.

– 60 миллиардов выделит непосредственно Минобороны, из них 21 пойдет на социальные нужды военнослужащих, в первую очередь покупку жилья, – говорит первый зампред комитета Госдумы по обороне Юрий Савенко. – Не забыты тут и те, кого будут сокращать по реформе. И хотя в целом офицеров станет меньше, престиж армии с помощью этих денег будет высоко поднят – на другой соцпакет мы сможем наконец набирать лучших из лучших.

То бишь количество сэкономит деньги на качество и военный потенциал не ослабнет. Хотя этот момент все же можно оспорить в свете серьезных сокращений в военной медицине.

– Тревожит приказ министра на 80% сократить Главное медицинское управление – уже сейчас закрывают военные поликлиники, санатории на местах, – говорит Олег Шведков. – А если с военного врача снимут погоны, он просто уйдет в гражданскую медицину, где больше денег. И негде станет лечиться не только служащим, но и ветеранам ВС.

Для кого перестройка?

Сокращенная армия и строиться будет по другим принципам. Нынешняя вертикаль подчинения «военный округ – армия – дивизия – полк» изменится на «округ – оперативное командование – бригада».

– Таким образом, армия должна стать компактной, динамичной, мобильной, – считает первый зампред председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству генерал-полковник Валерий Федоров. – Ведь сейчас в мире совсем другие стратегии, условия, виды вооружений.

Однако некоторые эксперты отмечают недостатки такого построения. Например, что оперативные командования и округа будут фактически дублировать друг друга.

– Гораздо логичнее была схема, которую до ухода предлагал генерал Балуевский, – уверен полковник Цыганок. – Создать командования по стратегическим направлениям «Север» – «Восток» – «Юг». Но при этом убрать военные округа и подчинить командования непосредственно Генштабу. Потому что эти округа со времен Крымской войны никому не нужны.
Что действительно повысит мобильность армии – отмена полков и дивизий. Бригады будут оперативно разворачиваться и формироваться в зависимости от обстоятельств разными родами войск. Однако не во всех обстоятельствах, отмечают аналитики, скорость лучше численности.
– Бригады, полки, батальоны – более компактные формирования, они больше подходят для тех операций, которые мы ведем в последние годы на Кавказе, – говорит капитан 1-го ранга Шведков. – Но с учетом нашей большой территории и для серьезной войны необходимо дивизионное построение, иначе результаты будут плачевными.

Бригадный принцип хорошо бы сработал в той же Южной Осетии. Кстати, новую систему эксперты считают реакцией именно на этот конфликт. Но вот действовать на большой территории Дальнего Востока в случае угрозы, например, со стороны Китая бригады не смогут.

– Озвучили схему, но не определили, для чего она такая, кто наши вероятные противники, – говорит завотделом Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. – А без этого трудно однозначно оценить новую структуру.

Знания или деньги?

Наиболее спорным оказалось объявленное сокращение военных вузов. Из 65 университетов, училищ и академий создадут 10 «системо­образующих центров» по территориальному признаку. Эти центры будут головными офисами, а училища и академии сольются и станут чем-то вроде филиалов. В этой новой системе планируют эффективнее готовить младших офицеров, которых в армии не хватает. Их число, согласно реформе, планируют увеличить с 50 до 60 тысяч.

– Заодно при этом произойдет экономия генеральских должностей, потому что у нас во главе каждого вуза начальник с лампасами, а тут останется один на весь центр, – считает Виталий Цымбал. – А главный плюс – это будут центры и образовательные, и исследовательские. В 60-е годы сделали большую глупость, разделив военное обучение и науку.

Но большинство аналитиков за науку как раз опасаются. Ведь при переводе вузов на новые места большинство преподавателей на новое место работы не поедут, просто уволятся. Так было при переезде Академии химзащиты в Кострому три года назад. Сейчас тот же процесс сопровождает перевод ВВИА им. Жуковского в подмосковное Монино в рамках объединения с Академией Гагарина.

– Переезжают единицы, – говорит преподаватель из Академии Жуковского. – К примеру, я 12 лет ждал квартиру в Москве, а при переводе в Монино мне теперь и жилье светит только там. И для чего мне это? Я плюну и уйду зарабатывать на гражданку. Как и сотни моих коллег.

Аналогичные процессы уже сейчас объявили и в Питере. И там настроения такие же. К тому же перевод вузов дает повод для подозрений другого рода.

– Таким образом освобождаются дорогие здания в центре Москвы и Питера, – говорит военный аналитик Евгений Глущенко. – Это очередной коммерческий шаг руководства Минобороны.

Прибыль от этого шага действительно будет большая. И пока никто не говорил о том, куда она пойдет. Хорошо, если на строительство жилья и довольствие, а не в чей-то карман.

– Трудно судить, военный бюджет настолько непрозрачен, – считает Виталий Цымбал. – Пока на словах в этой реформе с деньгами все хорошо и логично. Сокращения освобождают средства для лучшей службы оставшихся. Но как сложится на самом деле, неизвестно.