Смерть из конверта

На прошлой неделе должны были, но так и не объявили результаты посмертной экспертизы заместителя директора Института кристаллографии Светланы Желудевой...

На прошлой неделе должны были, но так и не объявили результаты посмертной экспертизы заместителя директора Института кристаллографии Светланы Желудевой, которая скончалась в середине мая при странных обстоятельствах, вскрыв пришедший по почте конверт с белым порошком. Несмотря на кажущуюся ясность, в этом деле много вопросов.

Трудный диагноз

Доктор физико-математических наук Светлана Желудева не была широко известна при жизни. Но ее смерть наделала много шума. Обстоятельства были слишком необычными: внешне абсолютно здоровая женщина вдруг впала в кому, а через несколько дней умерла, потому что у нее разом отказали почти все внутренние органы – печень, почки, головной мозг.
– Процесс шел так стремительно, что даже лучшие врачи Склифа ничего не могли поделать, – пояснила «Собеседнику» коллега по Институту кристаллографии Алиса Константинова. – Из Англии и Америки приехали два брата Светланы Ивановны, оба были готовы стать донорами печени. Но уже ничего нельзя было сделать…
Тихий научный институт разделился на две половины: тех, кто верит в официальную версию гепатита, и тех, кто сомневается. Главный аргумент недоверчивых: слишком быстро были даны ответы на все вопросы. Главный санврач России Геннадий Онищенко в первый же день заявил, что порошок безвреден. Чем успокоил широкие народные массы (этого и добивался) и посеял недоверие в рядах узкого круга специалистов. Химическая экспертиза, которая только и может точно ответить на все вопросы, так быстро не делается. А если речь идет о нанотехнологиях, говорят специалисты, скорее всего вообще ничего не найдут – имеющиеся приборы просто не обладают достаточной чувствительностью, чтобы обнаружить, например, нанояд.
Родственники Светланы Желудевой заявили, что настаивают на независимом расследовании и не верят в официальный диагноз: скоротечное развитие гепатита В. Правда, уже несколько дней спустя после своего выступления в печати муж и дочь Светланы Желудевой отказались отвечать на вопросы «Собеседника».
– Не сейчас. Потом мы, может, сами вас найдем, – загадочно бросил муж Георгий Гусев.
– Светлана Ивановна была у нас на даче накануне того, как ей стало плохо, – рассказала «Собеседнику» родственница погибшей Лилия Бутрым. – Чувствовала себя хорошо, была активна, как обычно, все спешила…

Отправитель-«отравитель»

Автора рассылки порошка невозможно застать на рабочем месте. Новосибирский ученый Сергей Бардаханов в этом деле тоже в какой-то степени потерпевший. Разработал нанотехнологию, которой восхищаются коллеги, на радостях разослал ее авторитетным ученым в разные города. Говорят, хотел избраться в академики РАН. А теперь вместо Нобелевского комитета Сергей Прокопьевич рассказывает про свое ноу-хау в прокуратуре. В конверте, который запечатал Бардаханов, был усовершенствованный им диоксид кремния. Но он ли был в конверте, который вскрыла Светлана Желудева? А если он, не подвергали ли его какой-то обработке, после чего он мог поменять свои свойства на смертельно опасные? И не факт, что этот переход сегодня можно обнаружить – возможно, сейчас этот порошок уже не опаснее стирального или зубного. Следователям предстоит стать немного учеными, немного фантастами. Это первое преступление с приставкой «нано».
А в Интернете уже вспыхивают дискуссии на тему, так ли уж безопасны наноразработки – новый культ в ученом мире. Меня поразило, с какой легкостью научные сотрудники, с которыми я общалась, готовы предположить, что даже невинный по характеристикам нанопорошок мог вызвать индивидуальную аллергическую реакцию, приведшую к смерти, или стать спусковым крючком для имевшегося заболевания (если оно было). Родственники, как ни силились, ничего более подозрительного, чем недавнее катание на горных лыжах в Австрии и употребление экзотического коктейля в одном из ресторанов, в цепи событий перед смертью Светланы Желудевой припомнить не смогли.

Кому и зачем это… нано?

Профессия Светланы Желудевой – тихая научная работа. Так и было бы. Если бы не одно слово – «нанотехнологии». О нанотехнологиях сегодня известно в основном то, что о них никому ничего не известно (даже маститые ученые плавают в этой узкой теме), кроме того, что они обладают уникальным свойством притягивать к себе огромное количество денег.
– Светлана Ивановна всю жизнь занималась изучением наноструктур, – рассказала «Собеседнику» ответственный секретарь журнала «Кристаллография» Алиса Константинова. – Электронография, многослойные системы, синхротронные структуры.
Как администратор и ученый Светлана Желудева была одной из наиболее крупных и авторитетных фигур в наноотрасли. Тем более что много лет была ближайшей коллегой, а в последнее время и правой рукой директора двух ведущих институтов – Курчатовского и кристаллографии – Михаила Ковальчука. Известно, что именно Курчатовский полугласно назначен «главным ответственным за нанопрорыв». А Михаил Ковальчук – родной брат того самого Ковальчука-банкира, которого считают одним из близких друзей Владимира Путина. Племянник Михаила Ковальчука работает в правительственном департаменте по реализации нацпроектов. А родной сын Кирилл занимается бизнесом. Интересы у него разные, например, он владеет люкс-поездом «Гранд-Санкт-Петербург». Но самое интересное для него – это стык науки и коммерции, тут без модных «нано» тоже никуда.
Кстати, тот злополучный конверт был как раз на имя Михаила Ковальчука. Правда, ни для кого не было особым секретом, что корреспонденцию слишком занятого шефа чаще всего вскрывала его зам Светлана Желудева.
Малоприметный указ, подписанный Путиным в последние дни его президентства,
30 апреля, объявил преобразование Курчатовского института в национальный исследовательский центр, основными направлениями в работе которого станут нанотехнологии и энергетика. В течение четырех месяцев правительство должно утвердить проекты, программу исследований и объем финансирования. Этот скромный с виду документ на самом деле дал старт гонке за большими деньгами.
– Как все будет выглядеть в итоге, я вам пока рассказать не могу, это документ с грифом «Для служебного пользования», – сказал «Собеседнику» пресс-секретарь Курчатовского института Александр Писаревский.
Учитывая вес и связи Светланы Желудевой в этой сфере, легко предположить, что она не осталась бы в стороне от такой большой и важной работы. Но 17 мая ее не стало.
Какую роль в смерти Светланы Желудевой сыграли модные частицы «нано», должны сказать эксперты и следователи. Но они пока молчат.