А вас когда-нибудь привлекали?

Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) собирается открыть «СИЗО для чайников» – тех, кто впервые привлекается к уголовной ответственности. Таким образом неопытных подследственных хотят отделить от матерых уголовников. «А вас когда-нибудь привлекали?» – поинтересовались мы у известных людей.

Эдуард Лимонов, писатель:

– Я столько раз побывал в заключении, что рассказывать о каких-то случаях просто не хочу, поймите меня. Трудно сказать, получится ли что-то из идеи ФСИН, пока мы не получим нечто осязаемое, но я не исключаю, что они действуют из лучших побуждений. С другой стороны, есть же тюрьмы и изоляторы для малолеток, и порядки там жестче, чем во многих зонах для взрослых.

Лев Пономарев, правозащитник:

– Беспредельничают чаще первоходки, еще не знакомые с кодексом. Я сам в СИЗО не был, но отбывал административный арест. Со мной сидели несколько гастарбайтеров и человек, который напился и кинул бутылку в какое-то учреждение. Мы все нормально общались. Вот только туалет в комнате, где спят и едят, – это унизительно.

Светлана Мастеркова, олимпийская чемпионка:

– Один раз я вызволяла из милиции друзей, которые «удачно» сходили в клуб. Мы с милиционерами вместе хохотали над тем, что мои друзья говорили. Так что не все так страшно. А последний раз я общалась с милицией, когда ограбили мой дом. Сказали, что, судя по списку украденного имущества, заявление проще не писать, потому что больше нервов потрачу. Так что в отделение я так и не поехала.

Григорий Пасько, журналист:

– Зэки не страшнее наших ментов, судей и прокуроров. Все эти тюремные страшилки типа «попадешь туда – мигом опустят» – вранье. Это если и случается, то по указке все тех же вышеперечисленных. Вообще, мне нравятся разговоры о домашних арестах и СИЗО для первоходок, но не мешало бы изменить и правила содержания под стражей. Мне доводилось бывать и в Матросской Тишине, и в Бутырке – там есть прекрасные камеры, но люди и в них умирают…

Анастасия Мельникова, актриса:

– Ко мне иногда обращаются с просьбой помочь. Например, мальчику, которого избили при задержании. И я помогаю, разбираюсь. Естественно, что милиция ко мне относится предвзято – я с ними бок о бок 15 лет «работаю». Я уверена, что и в милиции, и в СИЗО больше хороших людей, чем плохих. Больше тех, кто помогает, чем недостойных носить погоны. Инициативу создать отдельный СИЗО я только приветствую – у человека, оказавшегося в таком месте, больше шансов выйти на свободу с непокореженной психикой.