Разговор с Генри Резником

Ведущая Марьяна Торочешникова

Марьяна Торочешникова: Для большинства из нас профессия "юрист" представляется чрезвычайно серьезной, еще бы. Ведь от этих людей зависит наша жизнь. Однако и в юридической среде существует множество баек. И об адвокатах и о прокурорах придумано масса анекдотов.

Чтобы развеять миф о заскорузлости и черствости профессии юриста, мы пригласили Генри Марковича Резника, адвоката, президента адвокатской палаты города Москвы. Генри Маркович, вы согласны с тем утверждением, что юристы - это такие канцелярские жуки?

Генри Резник: В отношении судебных адвокатов, по-моему, этого мифа никогда не существовало. Потому что если бы люди просто поинтересовались очень известными судебными процессами, то какой-то предрассудок был бы сразу развеян. Потому что, например, произнесение судебной речи вообще никогда не должно быть скучным, все-таки адвокаты должны слушать. Но уж, скажем, выступление в суде присяжных...

Известны многочисленные случаи, когда именно остроумие, такое меткое словцо высвечивали правовую ситуацию именно так, что она становилась абсолютно ясна судьям. Вот пример такой самой яркой короткой речи. Я привожу не из практики адвокатской Плевако, а был такой знаменитый адвокат Оскар Грузенберг. И вот это по воспоминаниям Чуковского. Чуковский издавал до революции журнал "Стриж и чиж", всякие забавные разные вещи были. Сотрудничали с ним многие остроумные люди, Саша Черный, например. Саша Черный появляется, выходит журнал, и Саша Черный, его какие-то едкие строки, которые как бы привязаны к рисунку, а там похожее на слона животное с короной. Возбуждается дело, оскорбление его величества.

Марьяна Торочешникова: Это серьезное обвинение.

Генри Резник: Еще бы. По воспоминаниям Чуковского, ему посоветовали идти к Грузенбергу. Вот он пришел. А адвокат как-то не произвел на него впечатления, потому что он там какие-то бумажки перебирал, невнимательно слушал. Ну, говорит, мне посоветовали. Начинается процесс. Разгромная речь прокурора. То есть, он говорит, я в состоянии абсолютной раздавленности, зал в панике, все сочувствующие. Единственное, мой адвокат чего-то сидит, рисует каких-то чертиков. Я думаю, что такой несерьезный человек, куда я попал?! Слово передается адвокату. Речь Грузенберга состояла из трех фраз. "Господа судьи, на странице 311 номера пятого журнала "Стриж и чиж" нарисовано какое-то животное с короной. Господин прокурор утверждает, что это государь император. Так кто же порочит честь?". Вскакивает судья и говорит: "Нам ясна ваша мысль, господин адвокат!" Вот такого значит плана.

Марьяна Торочешникова: Генри Маркович, я сейчас как раз вам предлагаю нам перенестись немножко из прошлого в настоящее, и как связь предложить материал, который подготовил Михаил Саленков. Это материал о существующих ныне законах, которые не всегда оказываются серьезными.

Михаил Саленков: "Взорвавший ядерную бомбу в черте города будет оштрафован на 500 долларов" - гласит закон американского города Чико (штат Калифорния). Такой же штраф придется заплатить мужчине в городе Кармел (штат Нью-Йорк), если он наденет брюки и пиджак разного цвета. Несмотря на то, что законотворчество и судопроизводство занятие очень серьезные, иногда их результатом становятся законы или решения, прочитав которые трудно сдержать улыбку. Лидером в этой области считают США. Например, в штате Техас запрещено разрисовывать чужих коров, в Лос-Анджелесе муж имеет законное право бить жену ремнем, но только в том случае, если женщина дала свое письменное разрешение на проведение такого мероприятия, а ширина ремня не превышает двух дюймов. Не забыты законами и четвероногие друзья человека. В Калифорнии животным запрещено спариваться ближе, чем на 500 метров от школ, церквей и точек общественного питания. Кстати сказать, в другом американском штате (Индиане) за курение в неположенном месте однажды осудили и показательно наказали обезьяну. Похвастаться смешными законами могут не только в США. Во Франции законом запрещено целоваться на железной дороге, нельзя назвать свинью Наполеоном - оштрафуют и заставят переименовать животное, а в курортном местечке Лело Ванду даже умереть спокойно не дадут. Мэр запретил горожанам отдавать концы, пока не построят новое кладбище. В Лондоне после 9 часов вечера запрещено бить жену, потому что крики женщины в это время могут помешать другим горожанам. Нельзя переворачивать марки с изображением монарха клейкой стороной вверх, по британским законам это приравнивается к государственной измене. С большим уважением относятся к королевской власти в Таиланде. Здесь нельзя наступать на местную валюту, так как на монетах и банкнотах изображен король страны. Нарушение закона влечет не только тюремное заключение, но и возможное физическое наказание. В Швейцарии по воскресеньям закон запрещает сушить белье на улице, мыть машину и пользоваться газонокосилкой. Многие из перечисленных законов существуют благодаря прецедентной системе права. Другие приняты очень давно, и у чиновников не доходят руки их отменить. Тем не менее, не забывайте, что незнание закона от ответственности не освобождает.

Марьяна Торочешникова: Генри Маркович, скажите, пожалуйста, приходилось ли вам сталкиваться с какими-то абсурдными, пусть не законами, но постановлениями, может быть, следователей или какими-то юридическими документами, которые в принципе очень серьезные и важные, но написаны настолько абсурдно, что вызывают улыбку.

Генри Резник: Почему же, у нас и законы, конечно, изредка формулируются, постановления в высших судебных инстанциях. Например, до самого последнего времени, и сейчас еще в практике не устоялось, скажем, указано в законе - компенсация за моральный вред. Моральный вред по закону - это нравственные и физические страдания. До сего времени практика такая, правда она склоняется, что у нас при рассмотрении дела о порочении деловой репутации юридического лица в арбитражных судах не взыскивается, потому что арбитражный суд пришел к выводу, что все-таки нет страданий у юридических лиц. Страдать может все-таки одушевленное имя существительное. А вот в судах общей юрисдикции у нас до сего времени юридические лица страдают. Скажем, нравственные страдания испытывают корпорации, предположим. Так что это не только постановления. В свое время удивительные конечно были, например, из протокола осмотра места происшествия. Описывается обстановка, в том числе указывается, что под кроватью лежал труп и еще дышал. Знаете, я довольно активно практикую по делам защите чести и достоинства, что просто не хватит передач для того, чтобы привести все курьезные решения. Например, упоминая десятилетней давности решение, когда очень известный журналист одну даму (администратора, за ее действия, которые она предприняла) назвал внучкой Яшки, это слуга из "Вишневого сада", и дочкой Шарикова. Она обиделась и подала в суд. При этом суд искренне ее удовлетворил, ведь смысл вот какой. Закон говорит о том, что сведения подлежат опровержению, и суд признает их не только порочащими, но и несоответствующими действительности. Вот этот журналист потом прибежал ко мне, я не участвовал в первой инстанции. Во второй инстанции я написал жалобу, где, конечно, я не отказал себе в удовольствии поиронизировать. С точки зрения констатации факта, решение вообще неотменимо, потому что живой человек не может быть близким родственником литературных персонажей, но отменили все-таки решение. Потом, Господи, недавно, поразительно, еще дело не прекращено, но мы гордо сказали, что как возбудились, так и успокаиваются. Вот дело, которое возбуждено в отношении Владимира Сорокина по порнографии. У него в книжке есть такое описание, виртуальное совокупление клоунов - Хрущева и Сталина. Вообще, по определению, вроде бы, если вы согласитесь, что должно иметь место привлечение к уголовной ответственности за порнографию. В общем, тут общественная опасность преступления в том, что как бы порнографические середины возбуждают такую грубую похоть. Буквально что-то прочитал или увидел, тут же начинаешь искать какую-нибудь выемку, отверстие. Но как, на какие сексуальные подвиги может позвать описание совокупления Сталина и Хрущева? Мне, например, это непонятно. Поэтому это даже может отбить интерес к сексу.

Марьяна Торочешникова: Навсегда.

Генри Резник: Ну, что вам сказать... Мне вспоминается дело Валерии Новодворской. Это прелесть, что такое было. Значит, 96-й год, февраль. Арестовывается Александр Никитин и возбуждается уголовное дело в отношении Леры Новодворской. Ну, понятно, 96-й год, вспомните. Рейтинг надежности президента Бориса Николаевича стремился к нулю. Рейтинг "папы Зю" зашкаливает, где-то 20-25%. Наши славные органы, по-моему, это мое мнение такое, они готовятся преподнести подарок будущему президенту-коммунисту. Возбуждается дело в отношении Новодворской. Характеристика с места жительства. Что в характеристике с места жительства обычно пишется? Человек живет, живет постоянно, платит - не платит, заливает соседей, не заливает, бузит - не бузит. Характеристика, 96-й год начинается. Первая фраза: "Новодворская Валерия Ильинична - лицо еврейской национальности". Смешно, да? Это рядом было, это было пять лет назад. Лера: "Генри Маркович, я свою генеалогию высчитала. У меня действительно 1/16 еврейской крови, 3/16 польской, 12/16 русской. Я - русская. Может быть, они правы? Лицо у меня действительно еврейской национальности..."

Марьяна Торочешникова: Прежде чем продолжить наш разговор о курьезах в жизни юристов, давайте послушаем материал, который подготовила Лада Леденева.

Лада Леденева: Этой осенью близ Пятигорска в бурных водах горной реки Подкумок утонул поросенок Боря. Увидев на противоположной стороне реки более сочный корм, он отбился от стада и бросился в пучину вод. По мнению его хозяев, Боря погиб по вине бездушных колхозников, которые были свидетелями произошедшего, но не пришли животному на помощь. Однако восстановить справедливость в судебном порядке и наказать виновных в гибели поросенка так и не удалось. По данному факту следственными органами был составлен отказной документ. Говорит независимый эксперт, юрист, правозащитник Татьяна Детлук.

Татьяна Детлук: В моей практике не раз встречались документы, содержание которых до такой степени курьезно, что в любом нормальном варианте развития событий они не могли быть документами. Но наша жизнь, как и наша страна, в принципе отличается совершенно неудержимым чувством юмора. Поэтому эти документы были надлежащим образом зарегистрированы, надлежащим образом утверждены. Я думаю, любой исследователь в своей практике встречался с такими материалами, например, по факту гибели поросенка Бори. Когда дознаватель почти на страницу расписывает трагическую судьбу поросенка, который, увидев на другой стороне реки лучший корм, не рассчитал свои силы, пытается ее переплыть, тонет, и очумелое стадо носится по берегу, не в силах помочь своему товарищу. А колхозники на противоположной стороне реки не замечают трагической ситуации. То есть буквально никто не приходит на помощь поросенку Боре, и он трагически гибнет. Или вот еще подобный материал, когда три тонны зерна, опрокинутые с машины, склевываются воробьями. По факту заявления о пропаже трехтонника с зерном, следователь должен вынести какое-то постановление. Поскольку практически безнадежный вариант, то есть доказать пропажу зерна иным другим способом невозможно. Это наша практика, когда следователь, загнанный в процессуальные рамки, которые он не может перешагнуть нормальным образом, пишет такое курьезное постановление о том, что воробьи склевали три тонны зерна.

Лада Леденева: За 12 лет судебной практики Татьяна Анатольевна сталкивалась с целым рядом подобных казусов.

Татьяна Детлук: Я видела очень много курьезных документов, которые, к сожалению, сейчас нет журнала "Крокодил", кроме как в журнал "Крокодил" в принципе никуда не могли попасть. Однако это действительно были реальные документы и реальные случаи из жизни. Например, один из них.

Когда в судебном заседании в нашем пятигорском суде одна из сторон попросила для ознакомления материал гражданского дела, быстренько вырвала расписку на сумму долга и быстро ее слопала. Совершенно точено известно, что доказательством по долговым обязательствам является только письменная расписка и только ее подлинник. Поэтому никакие другие доказательства в принципе больше не имеют силы, и это единственное доказательство было съедено стороной.

Лада Леденева: В основе других курьезных случаев и забавных документов - элементарная безграмотность юристов, далеко не все из которых выражаются высоким штилем.

Татьяна Детлук: Например, в моей практике встречалось, когда следователь с большим затруднением пытался обозначить, как называется дело, которое он возбуждает. То есть, он пытался называть его делом об "утопителе", почувствовал, что что-то не так, буквально на слух не звучит. Потом дело об "утопании", в результате он его назвал делом об "утоплении". Но самым большим шедевром в этом деле была фраза из протокола осмотра места происшествия, буквально эта фраза звучала так: "На берегу реки обнаружен труп, установить пол трупа не удалось, разницу раки съели".

Лада Леденева: Курьезный случай из собственной практики вспоминала юрист-правозащитник Татьяна Детлук.

Марьяна Торочешникова: Генри Маркович, вот здесь в материале уже говорилось о том, что действительно и следователь бывает загнан в процессуальные рамки, а с другой стороны, и может быть когда-то неграмотные сотрудники в прокуратуре, и этим вызвано множество курьезов в постановлениях? А с этим можно как-то бороться? Потому что нам-то смешно слушать, а судят-то людей конкретно. На основе этих документов возбуждаются уголовные дела, судьба человека зависит от этих глупостей.

Генри Резник: Мне кажется, что ссылка на процессуальные рамки не корректна. Потому что когда пишется об утоплении, об утопании... в данном случае, конечно, это проблема все-таки не права, не самих процессуальных документах. Это проблемы субъектов, которые способны такие выражения употреблять, такие фразы вставлять в документы. Я тут же вспоминаю. В свое время в Павлодаре, было это очень давно, я работал следователем. Кстати сказать, то, что вырывались документы и елись, этим могут поделиться многие следователи. В принципе даже когда для ознакомления дела являли, то изготавливали копию, в обязательном порядке надо было. У меня, например, по одному делу один бухгалтер, который обвинялся, тоже съел накладную. Мы спокойно смотрели, как он жует, воды не было, давится слюной, потому что копия была. А относительно курьезов, я вспоминаю в Павлодаре. Там один сосед на другого подал жалобу, что тот украл у него кур. И следователь, надо сказать, что довольно творческий человек, он сделал так - он всех кур, это был районный центр, он их привез на площадь местную. И провел следственный эксперимент, куда они пойдут, это интересно. Но ведь курица же птица глупая, они пошли абсолютно в другую сторону, как мне говорили, близко к дому самого этого следователя. И в конце в протоколе этого эксперимента было написано, что курицы сбились в кучу, идти дальше категорически отказались и вообще никого не признавали. Что сказать, у нас жить весело.

Марьяна Торочешникова: Да, это весело, но от этого зависит судьба хозяина куриц, которому вернут - не вернут, не известно теперь. Как-то борются с этим внутри, вы работали одно время в органах прокуратуры, как-то борются с такими ляпами, может, выговоры выносят?

Генри Резник: Было такое выражение известного деятеля прокуратуры, сволочь страшная была, конечно же, палач, но умен. Например, когда на совещании судей, которое было в 36-м году, докладчик с упоением говорил о том, какое количество судей стало с высшим образованием, как оно выросло. Так вот президиум его прервал, это был Вышинский, и сказал так: "Беда в том, что наши судьи, имея высшее образование, не имеют низшего". Вот так оно и происходит. Потому что образование ума не прибавляет, так и высшее образование низшее не исправляет. В принципе посмеялись, но это безобидные курьезы. Значительно страшней, когда оказываются в креслах судей, прокуроров абсолютно циничные, безнравственные люди, но не лишенные изощренности интеллекта. Опять же ведь вспоминается. "Защитник Седов" - это рассказ, который был когда-то написан покойным Ильей Зверевым, был такой очень известный наш публицист и писатель. Действительный же случай описан из практики адвоката Россельса. В 38-м году к ответственности были привлечены колхозники. Обвинялись они в покушении на жизнь председателя колхоза и председателя исполкома районного совета путем дачи отравленной белены быку Петьке. Вот это страшно. Понимаете, это было действительное дело, и это досье адвоката Россельса он дал Звереву. Зверев ничего не придумал, это было обвинение, людей посадили, их должны были расстрелять. Чудо произошло, что все-таки их не расстреляли. Не дай Бог, чтобы такие времена или подобие на них еще посетило матушку Россию. Сейчас нет основания так считать. Ну а курьезы... они будут, люди живые, не всегда такой тщательный отбор. Должен сказать, что и среди адвокатов не все цицероны, тоже так бывает, слетают с языка некоторые выражения. Но у нас есть корпоративная этика. И такого рода случаи, которые мне известны, я все-таки излагать не буду, потому что какой-то коллега может себя узнать.

Марьяна Торочешникова: Генри Маркович, напоследок. У вас есть любимый юридический анекдот? Могли бы вы нам его рассказать?

Генри Резник: Я не анекдот вспомню, есть такие заповеди английских адвокатов, они понятны, афористичны, односторонни, нельзя их рассматривать как констатацию действительности, но они, конечно, несколько циничные. "Если адвокат в процессе защищает себя сам, значит его подзащитный - дурак". Либо такая: "Защищая, адвокат, помни, расстреляют не тебя". Это истолковывать нужно таким образом, что у тебя должна быть холодная голова, и ты не должен фактически находиться в том состоянии, в каком находится твой подзащитный. Тебя приглашают не для того, чтобы ты сел на скамью подсудимых вместе с ним и чтобы подставил жилетку. Тебя приглашают для того, чтобы ты испытал на разрыв доказательства обвинения, и чтобы ты реально помог человеку. А если у тебя горячее сердце, то, пожалуйста, пускай оно на время остынет.