Ельцин сдан. Ельцин принят

На прошлой неделе Борис Ельцин перестал быть тем президентом, которого страна избрала в 1996 году. Он стал президентом, доживающим до 2000 года. Как ни парадоксально, иметь такого главу государства России гораздо выгоднее, чем прежнего.

Событие, о котором так долго мечтали коммунисты, наконец свершилось. Президента Ельцина образца 1996 года больше не существует. Его сдали все.
Первой, естественно, Государственная дума. Впрочем, для нее Ельцин перестал быть Ельциным еще после того, как сам сдался перед третьим голосованием по премьеру.
Сдало президента и новое правительство. Взяв на себя ответственность за вывод страны из кризиса, Евгений Примаков — неважно, желая или не желая того,— отодвинул Ельцина на обочину политической жизни. Правительство стало главным политико-экономическим институтом страны, определяющим фактором ее дальнейшего развития или упадка.
Считать Ельцина полновластным правителем перестали и губернаторы. Процент региональных лидеров, позволяющих себе отзываться о президенте в ранее не дозволенном тоне и требующих ограничения президентской власти, за несколько последних недель резко возрос.
Последней сдала Ельцина его собственная администрация. Каплей, переполнившей чашу, стала поездка Ельцина в Среднюю Азию, которую в ведомстве Юмашева про себя назвали "проверкой". Ельцин проверку на выезд не прошел. И все же окончательно он перестал быть прежним Ельциным не в начале прошлой недели, а в ее конце — когда на одном из довольно многолюдных совещаний в Кремле Валентин Юмашев провозгласил "особый порядок работы президента".
Суть "особого порядка" проста. Кремль по умолчанию признает ограниченную дееспособность президента. Президент (конечно, не в связи с недееспособностью, а исключительно ради выхода страны из кризиса) добровольно ограничивает свою власть. Из активного участника политического процесса он превращается в стороннего наблюдателя. Но наблюдателя, сохраняющего статус президента.
Цифра "2000" сомнению в администрации не подвергалась: Ельцин остается на посту президента до естественного истечения срока, на который он был избран. Это утверждение кажется маниловщиной только на первый взгляд.

Без сомнения, новый имидж президента выглядит последней и довольно шаткой ступенькой на пути к неминуемой досрочной отставке. Однако на самом деле он вполне может усидеть на этой ступеньке ближайшие полтора года. Есть достаточно много оснований утверждать, что "новый" Ельцин будет принят обществом. И именно потому, что от него отвернулась большая часть политической элиты страны.
Российский народ всегда отличался сердобольностью. Лежачего не бьют. Когда Ельцин два года назад заявил о своей готовности на операцию, ему многое простили. Если он сейчас признает свою слабость, ему тоже могут многое простить. Один из глав регионов, не имеющий особых оснований любить президента, уже сказал в Совете федерации на прошлой неделе: "Раненых не добивают".
Да, Ельцин сдан всеми. Но Ельцин уже и принят — именно такой, сданный. Достаточно посмотреть на то, как на прошлой неделе о президенте говорили СМИ. Оправившись после первого "узбекского" шока, практически все ведущие телеканалы и газеты (за исключением "Независимой") сменили тональность — с "ату его!" на "что ж поделаешь, ну вот такой у нас президент".
Газетные опросы также показывают, что процент людей, готовых пожалеть президента, выше, чем тех, кто злорадствует над проявлениями его физической немощи.
Однако далеко не все из жалеющих готовы к досрочной отставке президента. Обществу столь часто повторяли, что Ельцин сам никогда не подаст в отставку, что, если бы это вдруг все же произошло, то стало бы гораздо более мощным психологическим ударом, чем сами "простудные заболевания".

Парадокс ситуации состоит в том, что Ельцин, до последнего времени бывший дестабилизирующим фактором, в официально признанном "лежачем" положении перестает быть таковым. И, напротив, в новых условиях, при набирающем политическую силу, но все же временном правительстве становится фактором сдерживающим. Тем, кем он изначально и должен был быть,— гарантом Конституции, гарантом политической свободы граждан.
В большей своей части исходящая от Ельцина угроза нестабильности, так беспокоившая совсем недавно деловую элиту России, уже ликвидирована. В новом состоянии (в смысле — признанном) он для нее не опасен. Ведь в основном нестабильность выражалась в кадровых метаниях президента и в его попытках разводить конкурирующие кланы в правительстве и в обществе. Из-за этих попыток часто победу одерживал тот, кто заходил последним в президентский кабинет.
Теперь и кадровые, и клановые околопрезидентские игры в прошлом. В этом смысле президента просто нет. Дестабилизирующим фактором теперь скорее выступает правительство Примакова — именно в силу временного характера кабинета. С ним, а не с президентом приходится играть деловой и политической элите.
Проще говоря, финансово-экономическая элита, пусть и очень дорогой ценой, но получила то, чего хотела еще с зимы прошлого года,— номинального президента, не мешающего ей улаживать свои дела.
Одновременно Ельцин остается гарантом того, что экономической и политической диктатуры не будет. Президента нельзя будет использовать в каждодневных разборках, но апеллировать к нему в исключительных ситуациях (вроде попыток запретить хождение доллара) будет можно.

Конечно, возникает вопрос: а не лучше ли побыстрее избрать нового президента, который сможет полностью контролировать процессы, протекающие в стране? Есть несколько причин, по которым сделать это либо невозможно, либо опасно.
Во-первых, при скорых выборах неизбежно побеждает левый кандидат. При левой Думе и, без сомнения, левом правительстве расклад получится достаточно неприятный. В случае чего апеллировать деловой элите будет не к кому.
Во-вторых, никто из тех, кто надеется выиграть выборы, не готов стать кандидатом в президенты завтра. Все требования немедленной отставки Ельцина — блеф чистой воды. Сначала надо хоть немного выбраться из экономической дыры, в которой страна сейчас находится.
Для оппозиции идеальная дата досрочных выборов (она уже называлась генералом Николаевым) — сентябрь будущего года. Полугода до начала предвыборной кампании должно хватить на то, чтобы хотя бы слегка оправиться после кризиса и подсобрать денег. Позже — вроде бы опасно: может появиться тот самый настоящий правый центрист, об отсутствии которого сейчас так много говорят.
Наконец, в-третьих, оппозиция вообще боится досрочных выборов. Не может не бояться. Не только и не столько потому, что номинально Ельцин все еще остается верховным главнокомандующим и сохраняет власть над силовиками. Она, как и все остальное население, боится неизвестности, хаоса.
Кроме того, администрация президента, скорее всего, не лукавит, когда, объясняя свое желание "додержать" Ельцина до конца, говорит, что главное — это сделать следующие выборы абсолютно законными. Любые досрочные выборы могут быть подвергнуты сомнению: "президента заставили уйти", "не соблюдена процедура" и проч. Новый президент рискует быть обвиненным проигравшими в госперевороте и сам стать жертвой такого переворота.
О том, что оппозиция боится досрочных выборов, говорит и тот факт, что, требуя отставки Ельцина, она предпринимает попытки законодательно ограничить его полномочия путем переделывания Конституции. Объективно ни один из претендентов на президентское кресло не может желать урезания своих потенциальных полномочий. Это борьба против Ельцина, желание документально закрепить те ограничения, которые де-факто уже состоялись. То же самое относится к попытке во что бы то ни стало добиться от Конституционного суда уже никому не нужного решения о запрете Ельцину баллотироваться на третий срок. Если депутаты до сих пор боятся, что Ельцин может выдвинуть свою кандидатуру в 2000 году, значит, они считают его способным досидеть в президентском кресле до следующих выборов.
Вполне возможно, через некоторое время, когда оппозиция поймет, что нынешний Ельцин больше не опасен, процесс перекройки Конституции либо будет проводиться по обоюдному согласию Кремля и Думы, либо вообще будет остановлен. И что самого нового Ельцина оставят в президентско-пенсионном покое — до 2000 года.

Вероника Куцылло

ТЕПЕРЬ ПРЕЗИДЕНТА НЕЛЬЗЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В КАДРОВЫХ ИГРАХ, НО К НЕМУ ПО-ПРЕЖНЕМУ МОЖНО АПЕЛЛИРОВАТЬ В ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ СЛУЧАЯХ
НИКТО ИЗ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ КАНДИДАТОВ В ПРЕЗИДЕНТЫ СЕГОДНЯ К ВЫБОРАМ НЕ ГОТОВ. ТАК ЧТО ВСЕ РАЗГОВОРЫ О НЕМЕДЛЕННОЙ ОТСТАВКЕ ЕЛЬЦИНА — ЧИСТЫЙ БЛЕФ

Журнал "Коммерсантъ Власть" №40 от 20.10.1998, стр. 9

Авторы:

Вероника Куцылло