Original Material
ОПЕК под опекой
Соединенным Штатам удалось сбить мировые цены на нефть. Россия уверяет, что ей от этого хуже не будет
(Фото: AP)
После долгих дискуссий страны, входящие в ОПЕК (объединение стран - экспортеров нефти, которое включает в себя Алжир, Венесуэлу, Индонезию, Ирак, Иран, Катар, Кувейт, Ливию, Нигерию, Объединенные Арабские Эмираты и Саудовскую Аравию), все-таки договорились в прошлый вторник об увеличении добычи нефти.
Они сделали это под давлением стран-потребителей, прежде всего США, которые стали испытывать в последнее время немалые экономические трудности из-за роста мировых цен на нефть, продолжающегося уже год. Хотя ценообразование на нефтяном рынке, как уверяют специалисты, процесс порой необъяснимый и непредсказуемый, все же на этот раз причиной невиданного взлета цен стало решение стран ОПЕК резко ограничить нефтедобычу, принятое год назад. Тогда, в марте прошлого года, это решение было вызвано столь же резким, как нынешний взлет, падением цен: баррель в начале 1999 года стоил 10 долларов. После ограничения добычи цены стали стремительно расти и увеличились за год втрое. В начале этого года баррель стоил уже 30 долларов и не собирался на этом останавливаться. Цены на горючее в Соединенных Штатах, крупнейшем мировом импортере нефти, за год удвоились: один галлон бензина (3,79 литра) стоит сейчас один доллар 60 центов. Стараясь сбалансировать ситуацию на внутреннем рынке и не допустить энергетического кризиса, страна сильно порастратила накопленные запасы нефти - сейчас они упали до уровня 80-х годов. В феврале этого года Штаты начали жестокую атаку на нефтяных экспортеров, требуя от них увеличить добычу и тем самым сбить цены. Экспортеры - в том числе абсолютно лояльные Вашингтону страны Персидского залива и Венесуэла - сопротивлялись до тех пор, пока министр энергетики США Билл Ричардсон в ходе февральского турне по нефтяным странам не пригрозил, что Штаты введут против них торговые санкции и, главное, откажут им в военной помощи.
Решение, найденное в минувший вторник в Вене, на конференции ОПЕК, стало компромиссным для всех участников дискуссии. Первоначально Соединенные Штаты требовали увеличения добычи на 2,5 млн. баррелей в день (это позволило бы сбить цену до 19-20 долларов за баррель), Саудовская Аравия предлагала повысить квоты на 2 млн., Кувейт - на 1,7 млн., а бедные нефтяные шейхи во главе с Ираном и Ливией вообще не соглашались на большее увеличение, чем 1,3 млн. (что оставило бы цены на прежнем уровне). В итоге сошлись на цифре 1,452 млн. баррелей, что соответствует 6-процентному увеличению опековской нефтедобычи. Иран, второй после Саудовской Аравии мировой производитель нефти, с этой цифрой не согласился и формально не присоединился к решению ОПЕК. Но лишь формально. Уже в среду Тегеран заявил, что не желает терять свою долю мирового производства и увеличит добычу. Таким образом, не подписав венский документ, Иран фактически присоединился к новому картельному соглашению.
Принятое решение, по оценкам специалистов, собьет цены до 24-25 долларов за баррель. На этом уровне они будут оставаться до лета, а к зиме "подрастут" до 27-28 долларов - таков прогноз.
Нефть, как известно, это "наше все". Для России увеличение нефтедобычи и соответственно падение цен, прямо скажем, не самое радостное событие. В ОПЕК Россия не входит, но придерживается политики этой организации, как, впрочем, и все остальные не состоящие в ней крупные экспортеры, - например, Мексика и Норвегия. Именно невиданно высокие цены на нефть, державшиеся в течение всего последнего года, обеспечили нам положительное сальдо торгового баланса (причем в январе - феврале этого года оно достигло 7,8 млрд. долларов и более чем вдвое превысило аналогичные прошлогодние показатели), рост внешнеторгового оборота на 20 процентов и увеличение объема экспорта на 36 процентов. Запрограммированное падение цен на нефть ударит по этим замечательным цифрам. Достаточно сказать, что падение цены за баррель на 1 доллар приведет к ухудшению пресловутого положительного сальдо на 850 млн. долларов (Россия экспортирует 850 млн. баррелей в год).
Глава банковского комитета Госдумы Александр Шохин считает, что падение мировых цен ниже 25 долларов за баррель чревато неприятными последствиями для российской экономики. Валютные поступления от экспорта нефти замещают сейчас внешнее финансирование, которое заложено в бюджет и на которое нет никаких надежд в обозримом будущем. При падении нефтяных цен до уровня 20 долларов за баррель Шохин не исключает эмиссии и инфляции.
Однако пока речь идет о снижении до 24-25 долларов, российские политики утверждают, что это не грозит России катастрофой. Да, конечно, дополнительные доходы снизятся, "но и только". Национальный бюджет рассчитан, исходя из цены на нефть на уровне 18-19 долларов за баррель, а ниже этой планки мировая конъюнктура вряд ли опустится. Фактический глава российского правительства Михаил Касьянов уже заявил, что "правительство готово к возможному падению цен на нефть, ситуация под контролем, и бюджет во втором квартале будет выполнен".
Впрочем, российский оптимизм в нефтяной области давно известен. Он носит почти иррациональный характер. Например, Россия давно борется за снятие международных санкций с Ирака и прежде всего за отмену нефтяного эмбарго. Ирак, как известно, потенциально крупнейший после Саудовской Аравии нефтяной производитель, он член ОПЕК, хотя сегодня его членство и его квота (вторая по размеру после саудовской) заморожены. Когда санкции наконец стараниями российской дипломатии будут отменены и Ирак выплеснет на мировой рынок свои 100 млн. тонн нефти, цены упадут не до 25 или 20, а до 10 долларов за баррель. Некоторые оптимисты полагают, что потери с лихвой окупятся контрактами на разработку иракских месторождений, которые получат российские фирмы. Но ведь те контракты еще нужно получить...