Тамара Эйдельман. "И быстрых разумом Невтонов..."

"И быстрых разумом Невтонов..."
Тамара Эйдельман

Дата публикации: 19 Сентября 2000

В Вологодской области - тишь да гладь, да Божья благодать. Немногочисленные туристы посещают Кремль. Время от времени группы отважных безумцев отправляются с автобусной экскурсией в Кириллово-Белозерский монастырь . На берегу реки высится недостроенное многоэтажное здание гостиницы - его начали возводить, когда надеялись, что город станет центром северного туризма . Теперь говорят, что эту махину дешевле разобрать, чем достраивать. Начальство вологодское , впрочем, не слишком расстраивается - здесь своя система ценностей. Главное слово в ней - этнический. Область, оказывается, моноэтническая, а основные этнические признаки ее населения - доброта, общинность, традиционность и неприятие буржуазно-индивидуалистических рыночных идей. Стиснув зубы, приходится признать, что это похоже на правду. Непонятно правда, каким образом земля, служившая местом ссылки для индивидуалистов-забияк со всей Российской империи, а потом со всего Советского Союза, сумела остаться моноэтнической, но, во всяком случае, исключительная доброжелательность вологжан в сочетании с их нищетой видны невооруженным глазом.

Так они и живут, наслаждаясь традиционными ценностями, и вдруг среди этого благолепия, напоминающего не то рекламу молока "Милая Мила", не то масла "Злато", появляется некий возмутитель спокойствия.

Александр Владимирович Быков - историк, специалист по XVII веку, начал жить "не как все" во время перестройки. У Быкова осложнились отношения с местным начальством, когда он, в то время сотрудник местного управления культуры, отказался передавать музейную икону "Зырянской Божьей матери" в Коми АССР. Сегодня он это объясняет очень просто: "Таких икон было четыре, в Коми три из них порубили и сожгли - и хотят, чтобы мы им последнюю отдали". Впрочем, такие доводы Александр Владимирович выдвигать начальству не стал - сказал, что скоро икону отдадут, и спрятал ее подальше; через некоторое время о ней забыли, так она и осталась в Вологодском музее. Быкову между тем предложили напечатать несколько буклетов по истории Вологды. Вместо того чтобы искать типографию, которая взялась бы выполнить заказ, он совершил операцию, возможную, наверное, только в нашей стране. Как раз в это время некое лесообрабатывающее предприятие приобрело по бартеру ризограф, обменяв его на лес. Зачем им был нужен этот аппарат - не знал никто, в том числе, очевидно, и руководители предприятия. Во всяком случае, довольно скоро они дали объявление, что меняют его на ксерокс. Этим и воспользовался наш герой, купил ксерокс, поменял на стоивший раз в десять дороже ризограф, сам отпечатал буклеты и получил первую прибыль. Сегодня Александр Владимирович Быков - владелец типографии, доход от которой позволяет ему содержать первый в Вологде частный музей. Как легко догадаться, вся эта история для неторопливой Вологды совершенно нетипична. Еще более оригинален созданный Быковым музей. Его экспозиция посвящена очень интересному, но малоизвестному эпизоду нашей истории. В 1918 году послы союзных держав, опасаясь захвата немцами Петрограда, переехали в Вологду - подальше и от немцев, и от большевиков. В течение полугода вологодские жители принимали у себя американцев, англичан, французов, бразильцев, сербов, итальянцев, японцев. Сразу скажем - это совсем не самодельная выставочка энтузиаста-любителя. Хозяин музея не отказался ради предпринимательства от научной деятельности - он провел огромную работу в российских архивах, наладил связи с потомками иностранных дипломатов, получил материалы из Англии, Америки, Франции. Директор архива города Лидса не хотел высылать копии бумаг странному русскому, Быков тут же связался со своим американским знакомцем, тот без труда получил документы и тут же отправил их в Вологду. Из архива министерства иностранных дел Франции Александр Владимирович вывез двадцать пять килограммов ксерокопий - как раз перед тем, как интересовавшие его фонды закрыли для иностранцев. В результате ученый выпустил несколько книг по истории дипломатического корпуса в Вологде, имеющих два, к сожалению, не всегда соседствующих качества - научность и увлекательность. Но если человек "не такой, как другие", это будет проявляться абсолютно во всем. Музей дипломатического корпуса в Вологде так же отличается от "типичного" музея, как его хозяин от "типичного" жителя Вологды. В двух просторных залах музея, находящегося в том здании, где когда-то жил американский посол, собрано множество любопытных экспонатов - редкие фотографии, письма, вещи той эпохи, американский флаг с 48-ю звездами, уникальнейший плакат, который мог появиться только между февральской и октябрьской революциями: "Приветствуем великую братскую демократию!" - дядя Сэм держит под руку монголоидного русского солдата. По-английски это звучит еще трогательнее: "Welcome big brother democracy!" (до Оруэлла еще тридцать лет!).

Кроме того, здесь ведут экскурсии на русском, английском и французском языках, что уже необычно для нашей страны, но в данном случае вполне объяснимо: иностранцев - от потомков американского посла до сегодняшних дипломатов, специально приезжающих сюда из Москвы, - очень интересует музей. Материал здесь собран увлекательный, а в сочетании с колоритными комментариями Александра Владимировича - просто упоительный. Чего стоят его рассказы об одесском жителе Розенблюме, ставшем знаменитым британским шпионом Сиднеем Рэйли! Их слушаешь, разглядывая фотографию, на которой, как доказал Быков, как раз и изображен этот романтический Джеймс Бонд (правда, в конце концов расстрелянный большевиками). А многочисленные любовные увлечения шестидесятисемилетнего американского посла? А скрытое презрение французских и английских дипломатов по отношению к этому бывшему коммерсанту из Сент-Луиса, считавшему, что в опере "Евгений Онегин" "поет сам Пушкин"? А сложности, связанные с тем, что дипломаты впопыхах оставили в Петрограде свои запасы алкоголя - и дипломатические приемы оказались под угрозой? Пришлось отправлять в Питер специальную экспедицию и при помощи норвежского посла снимать печати с тайников в американском посольстве и перевозить виски в Вологду. Мне лично больше всего понравился образ бразильского поверенного в делах Вианны Келша. Этот веселый и обаятельный человек проводил все свое время, играя в покер, и не скрывал что его принцип: "Не делайте ничего - и повышение обеспечено". В молодости, если верить воспоминаниям знаменитого британского дипломата Роберта Локкарта, Келш, занимавший некий пост в посольстве в Лондон, долго работал над проектом развития торговли бразильским кофе в Англии. За это его понизили в чине и перевели на Балканы. Здесь он также трудился не покладая рук и отправил в Рио-де-Жанейро доклад о техническом образовании в Германии. Дело шло к первой мировой войне - несчастного опять понизили и загнали в холодную Россию. Тут-то он и понял, какой самый короткий путь к наградам. Вианна Келш принципиально не делал ничего. В 1917 году - не самом спокойном в мировой истории - он отправил своему начальству всего одну телеграмму. Правда, она стоила более тысячи фунтов - хитрый бразилец послал в министерство полный текст одной из речей Керенского, исчерпав таким образом все деньги, выделенные ему на дипломатическую переписку, и после этого жил спокойно.

Уже одних только быковских рассказов в сочетании с экспозицией, наверное, было бы достаточно для того, чтобы вызвать огромный интерес к музею. Так нет же, он на этом не остановился. Во втором зале посетителям предлагают почувствовать атмосферу эпохи и послушать музыку того времени. Симпатичная девушка открывает рояль - Марш композитора Чарнецкого. Ко всеобщему потрясению раздаются до боли знакомые звуки - "По улице ходила большая крокодила". Что ж, понятно √ очевидно, куплеты распевали на мотив популярной в то время мелодии... "Крокодилой", впрочем, дело не ограничивается - в музее проводятся музыкальные вечера. А для желающих совсем уж почувствовать себя на дипломатическом приеме - фуршеты. Есть даже такой вид услуги - "Фуршет перед поездом". Так что оголодавшей группе, вернувшейся из Кириллова , теперь есть куда пойти в ожидании московского поезда.

С начальством у Александра Владимировича отношения, судя по всему, не самые радужные, и в Вологде музей особенно не пропагандируют. А жаль. Ведь перед нами блистательное доказательство того, что "собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов" можно найти в любом уголке Руси-матушки.