Остап Кармоди. Пражская осень

Пражская осень - 2000
Остап Кармоди

Дата публикации: 2 Октября 2000

Как сказал бы по этому поводу Швейк: "Я припоминаю два аналогичных случая". Первый - Бархатная революция 1989 года, второй - в 1998-м, когда чехи выиграли олимпийское золото по своему любимому хоккею. Во время олимпиады, говорят, было круче, чем сейчас, и витрин разбили больше. Но тогда чехи громили любимый город сами. Теперь же разгром учинили в основном итальянцы и немцы - противники всемирной глобализации и эксплуатации бедных стран Азии, Африки и Латинской Америки, приехавшие в Прагу, чтобы сорвать форум Международного валютного фонда и Мирового банка. Надо сказать сразу: им это удалось.

Готовиться к форуму начали заранее. Уже в начале сентября в пражских трамваях, среди афишек концертов "Пражской осени - 2000" и объявлений языковых курсов, появились листовки (чешские анархисты сознательно заплатили за рекламное место) с изображением наручников и риторическим вопросом "Доколе судьбы независимых стран будут решать менеджеры транснациональных корпораций?!". Другие листовки, попроще, с более прямыми призывами, были бесплатно расклеены на стенах домов и в подземных переходах. В Прагу постепенно подтягивались социалисты, коммунисты, троцкисты, маоисты и анархисты со всей Европы. Демонстрантам выделили палаточный городок на Страхове - неудобный, неудобно расположенный и, к тому же, платный. Демонстранты жить в нем, разумеется, не захотели и рассредоточились по городу.

Вели себя мирно: гуляли, устраивали уличные концерты, сидели в пивных.

Чешские власти тоже готовились к празднику. На западных границах полиция отфильтровывала нежелательные элементы. Немцев, итальянцев, испанцев, которым для въезда в Чехию не нужны визы, полицейские отправляли домой, лишь изредка затрудняя себя объяснением причин. Завернули назад, например, двух немцев: "У них в багажниках лежали бейсбольные биты, но было ясно видно, что ребята не бейсболисты". На границе с Австрией на несколько часов остановили поезд с итальянцами. Четырех из них полиция решила дальше не пускать, остальные 500 сказали, что без любимых друзей не поедут ни назад ни вперед. Не знаю, освободили ли полицейские четырех борцов за правое дело, но итальянцев в Праге в эти дни было полно.

Основное заседание МВФ было назначено на вторник, 26 сентября. Первые демонстрации - на субботу. Уже в четверг в основных пражских газетах напечатали схему движения демонстрантов. Схема очень напоминала план операции Барбароса: пара крупных стрелок и 5-7 стрелок поменьше форсировали Влтаву, проходили победным маршем Вацлавак и площадь Мира, брали в клещи Вышеград и наносили победный удар по Конгресс-центру, где заседали банкиры.

В субботу, однако, любопытные прохожие могли наблюдать полсотни не очень уверенно себя чувствующих пожилых коммунистов с красными флагами. Разочарованию туристов не было предела. Казалось, ничего не произойдет и Прага так и останется спокойным добродушным городом. Ожидания, что повторится что-то похожее на прошлогодние беспорядки по поводу конференции МВФ в Сиэтле, явно не оправдывались.

Ситуация начала меняться в субботу, когда в город подтянулись боевые группы немцев и итальянцев. В 11 утра с Летной вышла уже весьма внушительная демонстрация. Возглавляли ее два десятка мрачных парней в черной коже и масках, какие используют московские омоновцы при штурме офисов "Моста". Следом за ними шли люди с черными и красными флагами, неся плакаты, написанные, кажется, на всех европейских языках. Тематика надписей была тоже разнообразной. От простого и внятного "Размажем МВФ!" до непонятно как сюда затесавшегося "Остановить вивисекцию!" с изображением белой мышки. На многих демонстрантах были майки с надписью "Превратим Прагу в Сиэтл". Не считая кровожадных лозунгов и речевок, люди вели себя на редкость мирно. Охотно позировали фотографам. Большой и толстый демонстрант с замотанным красным флагом лицом на просьбу "чи-и-и-из" добродушно поднимал кулак в пролетарском приветствии. Давали подержать красно-черные флаги. Раздавали озадаченным клеркам на улицах листовки, в которые те пялились, как в афишу коза. У полицейских, которые шли плотной цепью справа и слева от колоны и строили устрашающие гримасы, дававшиеся добродушным чехам с трудом, работы фактически не было.

Перейдя Влтаву, пройдя по главным торговым улицам города и даже не обратив внимания на ненавистный противникам глобализации "МакДоналдс", анархисты уселись на тротуар около площади Республики, недолго и неорганизованно помитинговали и разбрелись пить пиво и веселиться. Единственный причиненный ими ущерб - полностью заплеванный "Мерседес" одного из участников форума, неосторожно выставившего на ветровое стекло свою аккредитацию. Следующее крупное мероприятие было намечено на вторник. Борцы с империализмом решили не пускать делегатов в Конгресс-центр. Для этого было намечено встать чуть не в пять утра и окружить здание плотным живым кольцом.

Понедельник прошел тихо. А во вторник манифестанты проспали. Они собрались, когда время близилось к десяти. После короткого митинга, анархисты, разделившись на две колонны, пошли к Конгресс-центру. Одна, преимущественно в белой униформе, более-менее мирно пошла по широкой Лигеровой улице к ведущему на Вышеград Нусельскому мосту. Другая, гораздо более агрессивная, в черном, двинулась через парк Фолиманка, выламывая по пути прутья из оград, выдирая из мостовой булыжники и кидая их в окна ни в чем не повинных пражских граждан. В какой-то момент от этой колонны отделился особо радикальный анархист и помочился прямо на улице. Тут же и другие, включая девушек, с восторгом последовали его примеру.

Подойдя к мосту, первая колонна увидела, что он перегорожен полицией. Полицейские, в черных костюмах и бронежилетах, в черных шлемах с пластиковыми забралами, в противогазах, на фоне броневиков и висящего над ними не по-сентябрьски яркого солнца смотрелись нереально зловеще. Толпа остановилась. Ребята в белом, оказавшиеся итальянцами, начали потихоньку разбирать поставленные полицией заграждения и надевать на себя боевую амуницию - в основном, картонные и пластиковые щитки с толстой поролоновой подкладкой. Многие, не смотря на жару, были в толстых пуховых куртках. На каждом третьем - мотоциклетный шлем. Менее организованные демонстранты просто уселись на тротуар и стали ждать. Журналисты вскарабкались на фонарные столбы. В толпе ходил абсолютно голый молодой человек, похожий на Маугли, и выкрикивал антиимпериалистические лозунги. Вместо фигового листка у него висела долларовая бумажка.

На вопрос, чего же они хотят добиться, демонстранты внятно ответить затруднялись. Модно одетая американка сказала, что хочет, чтобы богатые страны не эксплуатировали бедных и чтобы люди взяли свою судьбу в свои руки. Примерно того же хотел серьезный бородатый испанец, минут пять придирчиво рассматривавший мое журналистское удостоверение. Другая испанка, в синем форменном социалистическом плаще, вообще сказала, что она знать ничего не знает и здесь находится потому, что партия сказала: "Надо!" Итальянцы на вопросы отвечать отказывались, ссылаясь на плохое знание английского, и продолжали заниматься делом. Самыми сознательными оказались немцы. Молодой человек с импозантной бородкой-эспаньолкой и милая блондинка в цветной панамке минут десять по очереди рассуждали о глобализме. Когда один уставал, незаконченную фразу мгновенно подхватывала другая. Но все сводилось в конечном итоге все к тому же - прекращение эксплуатации бедных стран, роспуск МВФ и повышение сознательности трудящихся. Когда поток красноречия остановился и мне удалось спросить: "Какая же у вас положительная программа", - блондинка посмотрела на меня как на кретина, энергично сказала: "Избавиться от ситуации, когда богатые богатеют..." - неожиданно запнулась, смущенно посмотрела в пол и тихо закончила: "Ну а бедные, понятно, беднеют..." - и захихикала. Сами чехи куда лучше знали против чего борются. Администрация Праги, например, сняла с линий и отдала делегатам-банкирам специальные автобусы для инвалидов - с низкой приступкой. Часто вспоминали самую старую пражскую пивную, построенную чуть ли не в XII веке, которую снесли, чтобы построить на ее месте международный ресторан, - наглядный пример глобализации.

Тем временем другая колонна демонстрантов дошла до полицейских кордонов. В стражей порядка и журналистов полетели "коктейли Молотова" и булыжники. Последние полицейские подбирали и кидали обратно. Толпа наседала. Рядом несколько человек играли на бубнах и тамтамах, поднимая боевой дух нападавших. У полицейских отняли несколько щитов и дубинок. Казалось, что демонстранты возьмут верх, но тут появились водометы и слезоточивый газ. Ситуация переменилась. У полицейских открылось второе дыхание, они пошли вперед, лупя всех подряд. Досталось и одному неосторожному британскому журналисту. Какое-то время анархисты сопротивлялись. Но когда за их спинами показался еще один отряд полицейских, сопровождаемый бронетранспортером, у бунтовщиков опустились руки. Они разбрелись по прилегающей площади. В центр ее вышло двое юных панков - один с красно-черным флагом, другой с горном. Горнист сыграл "Интернационал", потом траурный марш, и демонстранты потянулись обратно в центр. Полиция им не мешала. Атака у моста тоже захлебнулась, несмотря на подоспевшую на помощь итальянцам объединенную колонну вечных врагов - греков и турок.

Разбитые, но не сломленные, противники глобализации двинулись к Пражской опере, где был назначен торжественный прием делегатов форума. И на этот раз оказались на месте раньше полиции. Вольготно расположившись на ступеньках и перекрыв движение по проходящей мимо Оперы главной пражской магистрали, демонстранты улеглись на тротуар, подложив под головы противогазные сумки, и стали ждать.

Но власти оказались хитрее. Прием, не сообщая об этом никому кроме делегатов, перенесли на Выставище, на другую сторону реки. Когда отдохнувшие демонстранты через пару часов поняли, что их надули, ярости не было предела. На беду себе в нескольких сотнях метров от Оперы был "МакДоналдс". Его охраняло всего 15 полицейских, которые сочли лучшим выходом из ситуации - ретироваться. Через пару минут от "МакДоналдса" остались только стены. Захватили автобус с несколькими делегатами. Никто не пострадал, кроме простодушного японца, который вылез наружу, чтобы поговорить с демонстрантами. Его пришлось отвезти в больницу. Толпа пошла дальше по Вацлавской площади, громя ненавистные офисы банков и международные закусочные и переворачивая машины. Тут полиция наконец поняла, что дальше миндальничать с анархистами нельзя. Со всех сторон на площадь начали выбегать спецназовцы. Демонстранты было начали строить баррикады из мусорных баков, но не успели. Их разбивали на маленькие группки и закидывали гранатами со слезоточивым газом. В близлежащих домах потом до самого утра стояло марево и щипало глаза. Появились полицейские с собаками. Демонстранты разбегались кто куда. Все было кончено за полчаса. Но полиция еще часа два, гремя пластиковыми щитами, бегала взад-вперед по площади, крича на попадающихся под ноги прохожих: "Причь! Причь!" (прочь).

На прилегающих к Вацлаваку улицах арестовывали демонстрантов. Панки в косухах и с ирокезами стояли расставив ноги и положив руки на стену, рядом с каждым находилось по 4 спецназовца. Задержали около 500 из порядка 5 тысяч, по неофициальным данным, участвовавших в беспорядках. Большинство наутро выслали из страны, но 18 предстанут перед судом. За вторник было ранено более 60 человек, из них около половины - полицейские. А также 2 делегата - тот самый японец и пресс-секретарь российской делегации Ежов, в которого попала пластиковая бутылка с водой.

Утром в среду все было уже спокойно. Зачинщики арестованы, центральные улицы забиты спецназом. У прохожих проверяли документы - картина, забытая пражанами с советских времен. Единственная небольшая демонстрация, собиравшаяся идти к тюрьме и требовать освобождения арестованных соратников, была мгновенно блокирована. Демонстранты сели на тротуар и стали скандировать: "Освободите наших друзей". Полицейские ответили ударами дубинок о щиты. Через пару часов разошлись и эти, последние, манифестанты. Полиция расслабилась и сняла большинство кордонов. В городе восстановилось мирное положение.

Но было уже поздно. Делегаты форума заявили, что уже обсудили все, что хотели обсудить, и разъедутся по домам не в пятницу, как было запланировано, а в четверг. На самом деле большинство не стало дожидаться церемонии закрытия и убралось из Праги еще в среду днем, не желая рисковать собственным здоровьем из-за каких-то призрачных проблем внешнего долга развивающихся стран. Большое событие кончилось. Побыв пару дней центром мировой экономики и мирового сопротивления, Прага опять превратилась в спокойный и буржуазный центр европейского туризма. Полицейские, сняв шлемы, показывают заблудившимся японским туристам дорогу к Старой площади. Рабочие в зеленых комбинезонах неторопливо меняют стекла в разбитой витрине дилеров "Мерседеса". Главное событие среды - концерт "Ленинградских ковбоев" в театре "Арка". Молодые чешские бунтовщики возвращаются в свои пивные.