Богатые тоже платят

В США не устают спорить о налогах. Особенно перед выборами. Но в эпоху экономического бума это сильно напоминает бесконечный латиноамериканский сериал.

Массачусетская Народная Республика

До 1909 года, когда в США был введен налог на доходы корпораций, американское правительство жило главным образом за счет таможенных пошлин и акцизных сборов. Подоходный налог ввели было в 1862 году, чтобы оплачивать гражданскую войну с южанами (его самая высокая ставка составляла каких-то 10%), но десятилетие спустя ему дали мирно почить в Бозе.

Однако богатство тогдашних воротил, чьими именами потом назвали музеи, фонды и библиотеки (Эндрю Карнеги, Пирпонта Моргана или Джона Рокфеллера), не давало многим покоя, и в 1884 году подоходный налог воскресили. Житель Массачусетса Чарльз Поллок пытался опротестовать его через суд, потерпел поражение в низших инстанциях, но преуспел в верховном суде, который объявил подоходный налог противоречащим конституции страны.

Демократическая партия США охарактеризовала это решение суда как «узурпацию» и в 1886 году сделала введение налога одним из пунктов своей предвыборной программы. Ее борьба увенчалась успехом в 1913 году, когда была ратифицирована 16-я поправка к конституции, дающая конгрессу право «собирать налоги с доходов вне зависимости от источника оных».

С тех пор Массачусетс превратился в такой оплот демократов, что получил у республиканцев глумливое название «Массачусетская Народная Республика». Демократическая партия продолжает бороться за налоги, а пепел Чарльза Поллока стучит в сердца республиканцев, которые считают, что человек лучше распорядится своими собственными деньгами, чем самое человеколюбивое правительство.

Биллу прощали не только Монику

До поры до времени эта философия импонировала большинству избирателей, и республиканцы десятилетиями выезжали на призывах к сокращению налогов, как Золушка на карете из тыквы. Билл Клинтон, который ежедневно изучает опросы общественного мнения, как некоторые изучают гороскоп, знал, чего хотят американцы, и во время предвыборной кампании 1992 года тоже посулил уменьшить налоги Его Величеству Среднему Классу.

Придя к власти, Клинтон не уменьшил налоги, а резко увеличил, но большинство американцев по-прежнему любили его, и это означало, что времена изменились. В 1997 году республиканцам в последний раз удалось добиться, чтобы Клинтон подписал принятое ими в конгрессе крупное сокращение налогового бремени. Опросы показывали, что американцам по-прежнему симпатична идея резкого уменьшения налогов.

Но экономический бум продолжался, и эта идея постепенно теряла популярность. Люди столько зарабатывали, что необходимость регулярно делиться кровными деньгами с казной казалась им все менее обременительной. Республиканцы с цифрами в руках доказывали, что после сокращения налогов неминуемо наступает подъем экономики, но подъем был и так. Публика, ошалевшая от бума, не хотела гнать волну никакими переменами, в том числе и манипуляциями с налогами.

Читая результаты опросов, Клинтон обнаружил, что есть вещи, которые избиратель считает важнее сокращения налогов. Это пенсии, школы и бесплатная медицина для бедных и престарелых. Оглашая свой проект бюджета на 1998 год, он заявил, что излишек денег, образовавшийся к тому времени в казне, надо бросить на пополнение пенсионного фонда, а не на сокращение налогов.

Это поставило республиканцев в сложное положение. Если бы они настаивали на сокращении налогов, Белый Дом заявил бы, что они готовы сделать это за счет пенсий. Республиканцы особо не настаивали, тем более что они тоже умеют читать данные опросов. В ноябре прошлого года опрос The Los Angeles Times показал, что 80% респондентов предпочитают не сократить налоги, а истратить излишек на пенсии, медицину и образование.

Госбюджет составляется в США главным образом из налоговых поступлений. Республиканцы говорили, что понизить налоги -- значит вернуть людям их собственные деньги, которые они потом могут отложить на старость, заплатить врачу или за школу, а то и просто сжечь. Это их деньги. Но публика относилась к этим доводам столь прохладно, что Джордж Буш-младший долго не делал акцента в своей предвыборной пропаганде на составленном им плане сокращения налогов. План в том, чтобы уменьшить их за следующее десятилетие на 1,3 триллиона долларов.

Буш попробовал выдвинуть этот план перед предварительными выборами в Нью-Гемпшире, где он тягался с сенатором Джоном Маккейном. Буш предложил ввести новые ставки налогообложения: 10%, 15%, 25% и 33% вместо нынешних 15%, 28%, 31%, 33% и 39,6%. Маккейн со своей стороны проповедовал реформу финансирования предвыборных кампаний и заявлял, что бушевские налоговые новации разорят казну.

Маккейн победил с перевесом в 19 очков. Буш в конце концов взял верх, но отчасти за счет того, что стал больше говорить о том, как он улучшит народное образование и медобслуживание, и меньше -- о своих планах сокращения налогов.

Лучше быть свободным и богатым…

Демократы, которые все прошлое столетие настраивали бедных американцев против богатых, не видят причин не делать этого и в нынешнем и обвиняют Буша в том, что он хочет сократить налоги толстосумам. Его апологеты отвечают, что раз богатеи при существующем в США прогрессивном налогообложении платят гораздо больше других, то сократить им налоги больше, чем другим, будет только справедливо.

Понимая, что никто не любит налогов, Гор тоже обещает их сократить, но на гораздо меньшую величину, а остаток предлагает пустить на покрытие государственного долга США и на любезное народному сердцу соцобеспечение. Первый выбирает свободу, а второй -- то, что называют социальной справедливостью. 7 ноября американцы решат, что им больше по душе.

Владимир КОЗЛОВСКИЙ, Нью-Йорк