Нефть, кровь и медные трубы: На месте трагедии люди стоят в почетном карауле круглосуточно

Магомед Ибрагимов был хорошим музыкантом и потому без труда поступил на службу в войсковую часть - играть на трубе в военном оркестре. Односельчане рассказывали, как он радовался, что устроился к военным. Магомед прожил полтора часа после взрыва. Остались вдова и трое детей.

А вот семилетнему Эльдару - внуку заслуженного и известного в Каспийске рабочего - повезло. Он шел в хвосте колонны и отделался лишь синяками и ушибами. Правда, теперь мальчик совсем не выходит из дому - улицы родного города внушают ему ужас.

Образ Каспийска, хранившийся с детства: веселый городок, пахнущий солнцем и морем. Теперь это другой Каспийск - осунувшийся и посеревший. Улица Ленина. В самом ее начале натыкаешься на трогательный образец уходящего в прошлое жанра. На большом щите лозунг: "Превратим Каспийск в жемчужину у моря!" Тут же изображена жемчужина - для наглядности.

Еще через несколько сотен метров яркое пятно - часть улицы огорожена и усыпана венками и живыми цветами. Вокруг стоит толпа. Кто-то молится, кто-то плачет, но большинство людей стоят молча. Стоят и по ночам - тогда среди цветов горят сотни свечей. Издалека можно подумать, что на ночную улицу опустился рой светлячков. Свечи догорают, на их место ставят новые - и так до утра.

По ночам здесь говорят еще меньше. Высокий старик в кепке-аэродроме, с которым я попытался было пообщаться, как-то странно посмотрел в сторону и вдруг заплакал, как маленький. Задавать вопросы мгновенно расхотелось.

Рассказывают, что движение здесь открыли уже на второй день после теракта, но горожане перекрыли улицу, огородив страшное место красными лентами. Если нельзя уберечь живых, можно защитить хотя бы память о погибших. Раскрыть преступление и покарать виновных. В субботу в Махачкалу доставили троих задержанных в Петербурге жителей Дагестана. Все два с половиной часа пути они сидели в хвосте самолета с мешками на головах, их сопровождал милицейский спецназ. В СМИ появились намеки на их возможную причастность к каспийскому теракту, несколько раз в выступлениях милицейских чинов они были названы подозреваемыми по этому делу. В действительности это не так: братья Мамаевы задержаны в ходе оперативных мероприятий по делу о январском теракте против военнослужащих в Махачкале, и все попытки пристегнуть их к преступлению 9 мая рассчитаны лишь на публичный эффект. Истинных исполнителей ищут - по информации УФСБ, ведется поиск 8 человек, причем четверо в розыске больше года.

Теперь о версиях. Возникшее было предположение о новом витке "икорных войн" можно с уверенностью отбросить. Нелегальный бизнес хотя и продолжается, но не содержит сколько-нибудь значительного конфликтного потенциала. Есть накатанные схемы, участникам которых делить нечего.

Есть версия, связывающая теракт с предстоящими в июне выборами председателя Госсовета, являющегося в Дагестане главой республики. В этом случае преступники ставили перед собой цель показать неспособность власти контролировать ситуацию и добиться смены правящей элиты республики.

Версия о "чеченском следе" хотя и существует формально, но вряд ли может рассматриваться всерьез. Ни у кого, в том числе и у контрразведчиков, нет сомнений, что теракт совершен жителями Дагестана. Организатором теракта официально объявлен, а точнее - назначен выходец из республики Раппани Халилов. В свое время он был первым заместителем Хаттаба, но не так давно выделился со своим дагестанским отрядом в самостоятельную боевую единицу. По имеющейся информации, сам Раппани категорически отрицает свою причастность к каспийскому взрыву, хотя признает авторство терактов против военнослужащих и милиционеров, заявляя при этом, что акции такого рода будут проводиться и впредь.

По основной версии, каспийский взрыв - дело рук религиозных экстремистов. Офицер одной из спецслужб привел цифру: три тысячи жителей Дагестана прошли специальную подготовку в лагерях Хаттаба. В республике существует глубоко законспирированное подполье, подобие ячеек есть не только в каждом городе, но и в каждом городском районе.

Содействие в получении образования за границей и проникновение во властные структуры на всех уровнях - вот та невидимая работа, которая уже через несколько лет может привести к последствиям, на порядок превосходящим по эффективности результат десятка удачных военных операций.

Что касается боевых подразделений, то они засылаются как из соседней Чечни, где воюет немало дагестанцев, так и действуют на местах. Это небольшие группы из 2-5 человек, члены которых знают лишь друг друга. Внутри группы также действует конспирация. Например, Заура Акивова, террориста, арестованного в Махачкале, смогли взять, лишь захватив одного за другим всех членов его "пятерки". Только одна эта операция заняла несколько месяцев.

В интервью местному телевидению заместитель генерального прокурора РФ Владимир Колесников назвал происходящее агонией боевиков. Но в таком случае агония явно затягивается. С августа 2001-го по май 2002 года в республике совершено 16 террористических актов, в результате которых погибли более 50 человек.

5 августа прошлого года на автотрассе Буйнакск-Унсукуль был обезврежен фугас - боевики ждали колонну внутренних войск. Меньше чем через три недели совершены три теракта в Буйнакске, подрыв нефтепровода "Баку - Новороссийск". Взрывники ошиблись - в день взрыва в трубе не было достаточного давления, иначе экологии Каспийского моря был бы причинен непоправимый ущерб. Далее - минирование железнодорожного полотна в пригороде Махачкалы, взрыв на перекрестке улиц Гаджиева и Акушинского в самом центре города, теракт на улице Озерной, когда погибли семеро из 11 солдат. Пять взрывов с интервалом в 12 дней в той же Махачкале и, наконец, трагедия в Каспийске.

В Чечню и Дагестан продолжают поступать деньги - в последнее время особенно активно. Речь идет о сотнях тысяч и даже миллионах долларов. Отсюда еще одна версия. Считается, что деньги идут моджахедам, сражающимся за создание халифата на Кавказе. Объяснение более чем наивное: всерьез думать о халифате в наши дни - то же, что мечтать о воссоздании страны инков. Деньги, однако, поступают и поступают (по признаниям как боевиков, так и федералов) с Ближнего Востока. С какой целью?

Спонсоры находятся именно там, где есть нефть, только нефть и ничего кроме нефти. Исчезновение или даже резкое сокращение доходов от ее продажи поставит под угрозу само существование целого ряда государственных образований, живущих исключительно за счет нефтедолларов. Именно такой сценарий развития событий нельзя исключить, если начнется полномасштабная разработка каспийских месторождений. Помешать этому можно, если поддерживать постоянную напряженность - и не только в Чечне, а во всем регионе. Перманентные локальные войны и постоянные теракты делают невозможными не только разведку и эксплуатацию скважин, но и транзит энергоресурсов.

Косвенным подтверждением такой версии может служить происходящее в последние полгода стремительное сближение позиций России и Азербайджана. К слову сказать, в эти дни там идет суд над группой террористов - выходцев из Дагестана, действовавших на севере страны.

8 мая забил нефтяной фонтан из скважины под самой Махачкалой. Фонтан - это значит, месторождение серьезное. Недра Дагестана разведаны плохо, а морской шельф - и вовсе белое пятно, хотя эксперты оценивают потенциальные запасы на шельфе в сотни миллионов тонн. Вести разведку и добычу в море республика пока не в состоянии - нет финансовых возможностей и необходимых технологий, в том числе и природоохранных. Неоднократные попытки привлечь зарубежные фирмы пока не увенчались успехом - иностранцев пугает нестабильная обстановка. На нестабильность и сделана ставка. "Дагестан опутан спецслужбами арабских стран", - сказал на одном из допросов террорист Заур Акивов.

О том, что вокруг Дагестана происходит что-то серьезное, говорит и тот факт, что в середине июня сюда, по некоторой информации, прибудет президент России. По разговорам в кабинетах правительства, предполагаемый визит Владимира Путина может быть связан как с политической обстановкой в Дагестане, так и с предполагаемым началом освоения новых нефтяных месторождений.

На момент передачи материала в редакцию в ходе расследования каспийского теракта ничего не изменилось. Составлен фоторобот подозрительного человека, предположительно державшего в руках пульт дистанционного управления. Он стоял между домами и, глядя на бегущих за оркестром детей, спокойно нажал на кнопку.

Спустя почти неделю после трагедии люди все еще собираются на улице Ленина. Горожане далеки от вопросов геополитики, они просто чувствуют, что столкнулись с чем-то страшным. Днем стоят, щурясь на ярком солнце, а по ночам жгут свечи. Если начинает моросить дождь, они прикрывают слабое пламя ладонями.