Судьба премьера зависит от искренности президента

Минувшая неделя стала бенефисом Михаила Касьянова. Два года пребывания на посту премьер отметил выступлением в Госдуме, которое уже сравнивают с президентским посланием, встречей с нефтяными магнатами по отмене экспортных ограничений, этапным заседанием кабинета министров по ситуации в металлургии... Майская активизация Касьянова сопровождается новой волной слухов о его скорой отставке. Поводом является как демарш левых сил в Думе, объявивших о начале процесса вынесения вотума недоверия правительству, так и постоянные выволочки от президента за низкие темпы экономического роста.

Два премьерских года дали немалую пищу для аналитических экзерсисов. Мы выделили пять вопросов, ответы на которые представляются ключевыми в отношении настоящего и будущего Михаила Касьянова.

1. Является ли Касьянов "техническим премьером"?

Во время последнего отчета перед Думой Касьянов держался на редкость уверенно. То ли как человек, которому уже нечего терять, то ли, напротив, как тот, кому в ближайшее время ничего не грозит. Мало того что он жестко и при этом не без изящества парировал наскоки коммунистов. Касьянов позволил себе то, чего не было со времен Примакова - вступил в заочную полемику с самим президентом. Он высказался в том духе, что не против амбициозных экономических проектов, но считает, что прежде всего надо оставаться реалистом. И вообще против "прорывов" и каких-либо резких движений. А на призыв президента начать коренные изменения системы высших госорганов премьер ответил, что продолжит "тонкую настройку". Политика с такой линией поведения "техническим" назвать трудно.

Однако при активном и деятельном президенте премьер так и не стал самостоятельной фигурой. Трудно вспомнить какую-либо заметную инициативу, связанную непосредственно с именем премьера. Даже экономическая программа кабинета разрабатывалась по личному поручению Путина, но имя носит не Касьянова, а Грефа. При этом Путин частенько контактирует с вице-премьерами и членами кабинета как бы "через голову" председателя правительства. Касьянов же, скорее, техничный игрок путинской команды, в отдельных эпизодах выступающий в роли капитана, но никак не тренера.

2. Насколько зависим в своих действиях премьер и от кого?

Когда Касьянов только был назначен на свой пост, аналитики гадали: чья же это креатура: Березовского, Абрамовича, "семьи"? Похоже, не угадал никто. Касьянов - действительно личный выбор президента Путина. Выходит, что и зависим премьер исключительно от президента, что, в общем-то, вполне нормально в демократическом государстве. Правда, в нем премьер так же зависим и от Думы. Но у нас нынче политическая конструкция такова, что быть зависимым от президента и от Думы - это фактически одно и то же. Поскольку большинство в Думе именно президентское, а не правительственное.

В то же время неоднократно замечено: принципиальная позиция, занятая премьером по какому-либо вопросу, вовсе не означает, что все произойдет так, как ему хочется. Он, к примеру, заявляет, что с выплатой долгов иностранцам стоит повременить, иное мнение высказывает президентский советник Илларионов - и в итоге победу одерживает последний. Премьер, защищая главу МПС от нападок силовиков, говорит, что Аксененко - хороший министр, но вскоре его все равно увольняют. Последний примечательный эпизод - скандал вокруг "Славнефти": желание главы правительства видеть в кресле президента компании Юрия Суханова еще не означает, что последний там усидит и вообще не сядет в тюрьму.

Воля Касьянова не торжествует: некие силы упорно мешают ему действовать самостоятельно. Каждое серьезное решение правительства оказывается результатом компромисса (или, наоборот, противоборства) нескольких групп влияния. Например, в конфликте вокруг поста главы "Славнефти" угадывают "торчащую бороду" банкира и сенатора Сергея Пугачева. В правительстве растет раздражение прокуратурой и вообще силовиками: уж слишком активно они вторгаются в неподведомственные им сферы. Ясно одно: реальная власть Михаила Касьянова гораздо уже того объема полномочий, который номинально закреплен за главой кабинета министров.

3. Насколько эффективен его кабинет?

Сами представители правительства и близких к нему сил в ответ на этот вопрос представляют внушительный, но довольно стандартный перечень достижений. Экономический рост, стабильный рубль, увеличение зарплат бюджетникам и пенсий... Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что достижения эти достаточно сомнительны.

Экономический рост в гораздо большей степени зависит от мировой цены на нефть, чем от действий правительства. А рост пенсий и зарплат, если его скорректировать на уровень инфляции, окажется и вовсе неразличим невооруженным глазом. Как и еще один предмет гордости кабинета - рост налоговых поступлений. Получается, что главная заслуга кабинета Касьянова не в том, что он предложил стране внятную программу экономических действий, а в том, что сумел не испортить благоприятно складывающуюся мировую конъюнктуру.

4. Кто же он - реформатор или консерватор?

В отечественной политтерминологии существует некая подмена понятий. Когда политика идентифицируют как рыночника, ему авансом присваивают титул реформатора. Но это не одно и то же. Нет сомнений, что Касьянов - приверженец рыночных методов регулирования экономики. Но в том, что кабинет под его руководством способен начать глубокие экономические преобразования - так называемые "реформы второго поколения", - сомнения есть. Существенные изменения, происшедшие за последние два года, - перераспределение полномочий между центром и регионами, кардинальное переформирование парламента, начало правовой реформы - коснулись тех сфер, которыми премьер не заправляет.

Экономисты же в правительстве своим главным достижением считают введение единой 13-процентной ставки социального налога. Но очевидно, что тотальному выводу бизнеса из "тени" эта мера особо не способствовала: с каждого рубля начисленной зарплаты предпринимателю, как и прежде, надо отдавать 50 копеек государству - чего делать никто не желает. Прошлой весной Касьянов вознамерился заняться военной реформой, согласившись с планом правых о скорейшем переходе вооруженных сил на контрактную основу. Сообщил, что и деньги для этого правительство изыщет. Но все окончилось пшиком: генералитет убедил президента отложить реформу до лучших времен. Собственно, больших надежд на Касьянова в этом деле никто и не возлагал: силовой блок ему не подчиняется. Но и чисто экономические начинания довести до логического конца кабинету министров пока не удается. Переход на стопроцентную оплату коммунальных услуг казался делом уже решенным - но в самый последний момент правительство, как бы отрезвев, реформу ЖКХ приостановило. Та же ситуация наблюдается и в других сферах: от телефонной "повременки" до единого вступительного экзамена в вузы.

5. Какой срок премьерства ему уготовлен?

Ответ на этот вопрос зависит от того, какое правительство хочет иметь на данном этапе и в ближайшей перспективе президент. Рискнем предположить: хотя Владимир Путин стал гораздо чаще критиковать кабинет министров, сейчас он по большому счету не заинтересован в его смене. Можно по-разному оценивать результативность деятельности правительства, но в принципе оно ничего не провалило и его действия пока не нанесли ущерба высокому рейтингу главы государства, за которым тот очень следит. Немаловажно и то, что смена кабинета неизбежно означает некий политический кризис и нарушение спокойствия в стране. Не вполне понятно, для чего президенту надо подобную ситуацию провоцировать.

Будущее же правительства и самого Михаила Михайловича представляется не столь безоблачным. В нынешнем году начались процессы, которых еще не было при президенте Путине: акции протеста против задержек зарплаты, роста тарифов на услуги ЖКХ... Пока народный гнев щадит президента, ударяя, в основном, по министрам и губернаторам. Но президентские выборы все ближе... И если невнятности в экономической политике правительства приведут к массовым народным выступлениям и заметному падению президентского рейтинга, Путин может пожертвовать Касьяновым, сделав его "крайним".

Впрочем, для отставки кабинета могут найтись и более "мирные" поводы. Судя по последнему посланию Федеральному собранию, экономика в реформаторских замыслах президента выходит на первый план. От разговоров о реформах Путин требует перейти теперь к собственно преобразованиям. И явно сердится, понимая, что команда Касьянова к радикальным шагам не готова, да и не создана для таковых. Участь кабинета министров - если не случится каких-то ЧП - по сути, зависит только от того, насколько искренними или, напротив, декларативными были слова президента о том, что настала пора коренных изменений в экономике страны.