
	Фото: ВАСИЛИЙ ДЬЯЧКОВ

На минувшей неделе Владимир Путин обнародовал новый план мирного урегулирования в Чечне. Президент заявил, что свои проблемы чеченцы должны решать сами, и согласился с идеей проведения в республике выборов в 2003 году. Очевидно, что корректировать свою политику в отношении Чечни Москву заставил теракт на Дубровке. Последней жертвой которого должен стать нынешний глава Чечни Ахмат Кадыров.
Вплоть до недавнего захвата заложников в Москве ситуация в Чечне казалась законсервированной. Чеченские сепаратисты по мере сил вели партизанскую войну, федеральные силы с переменным успехом подавляли сопротивление. С политическим решением чеченской проблемы не спешили — принятие конституции Чечни и проведение выборов органов власти в республике осенью этого года Кремль в очередной раз отложил на неопределенный срок, видимо, памятуя, каким провалом это закончилось в первую чеченскую кампанию. Вести переговоры с боевиками Москва тоже категорически отказывалась. Подобная ситуация могла бы продолжаться сколь угодно долго, если бы не теракт на Дубровке. Он загнал российские власти в угол и полностью изменил расклад сил вокруг Чечни.

Прежде всего, теракт продемонстрировал, что война в Чечне не закончена, а чеченские бандформирования способны оказывать реальное сопротивление федеральным силам не только на территории самой республики, но и перенести боевые действия за пределы Чечни — вплоть до центра Москвы. Это требует немалых сил и средств, а главное — очень хорошей организации. После истории с заложниками даже президент Путин впервые назвал то, что происходит в Чечне, войной.
Впервые с начала второй чеченской кампании представители независимой Ичкерии заговорили с Россией с позиции силы. Так уже бывало. Например, летом 1995 года, когда рейдом на Буденновск Шамилю Басаеву удалось на несколько дней остановить боевые действия в Чечне и дать передышку загнанным в горы формированиям Джохара Дудаева. А год спустя, после захвата Грозного, Москва вынуждена была пойти на подписание хасавюртовского мирного договора и вывести войска из Чечни. При этом российские власти оказались в тупиковой ситуации: и выполнение требований террористов, и провал штурма на Дубровке могли как минимум серьезно осложнить политическую карьеру президента Путина. А ведь всего через полтора года ему предстоит подтверждать свои полномочия на выборах.
Кроме того, вновь заставил говорить о себе Аслан Масхадов, которого в ходе второй чеченской кампании фактически списали со счетов. Несколько последних лет тяжелой пропагандистской работы, которую вели федеральные власти, чтобы доказать несостоятельность президента Ичкерии и его окружения, казалось бы, пошли насмарку. Во время и сразу после теракта о переговорах с воюющей стороной и Масхадовым говорили не только родственники заложников, которых боевики вынудили выйти на улицы с антивоенными лозунгами. О необходимости мирного решения чеченского конфликта вновь заговорили политики — и в Москве, и на Западе, где в последнее время вроде бы смирились с намерением Кремля решать чеченскую проблему силовыми методами. Многие на Западе вновь стали называть чеченских боевиков борцами за свободу, а Кремлю советовали пересмотреть свою чеченскую политику.
Впрочем, события в Москве также продемонстрировали, что Путин в состоянии контролировать любую ситуацию, а силовые структуры — проводить достаточно успешные операции и не повторять былых ошибок. Напомним, Басаеву помимо прочего удалось вывести своих боевиков из Буденновска почти без потерь. На этот раз благодаря штурму, в ходе которого боевики были полностью уничтожены, властям удалось сохранить доверие граждан — по крайней мере после освобождения театрального центра рейтинг президента вырос на 5%.
При этом федеральный центр получил моральное право ужесточить силовые меры в отношении Чечни. Чем и воспользовался министр обороны Сергей Иванов. Он приостановил вывод войск из Чечни и сразу после теракта заявил о том, что в республике будут проведены "жесткие адресные зачистки". Жестко осуждать подобные заявления никто не стал.
Кроме того, сильно помогло федеральным властям заявление Мовсара Бараева о том, что действиями террористов, захвативших "Норд-Ост", руководит лично Аслан Масхадов. До сих пор Кремль не мог убедительно объяснить, почему он не желает вести переговоры с президентом Чечни, подписавшим в мае 1997 года договор о мире с Борисом Ельциным. Если Масхадов избран нелегитимно, почему российские официальные лица присутствовали на его инаугурации в феврале 1997 года и подписывали с ним мирное соглашение? Если он — главарь бандитов, то почему же осудил вторжение Шамиля Басаева и Хаттаба в Дагестан в 1999 году и с тех пор призывает к мирному урегулированию российско-чеченского конфликта?
Теперь Владимир Путин смог с чистой совестью заявить, что второй Хасавюрт невозможен, а всех, кто будет призывать к переговорам с Масхадовым, российская власть вправе рассматривать как террористов или их пособников. Он даже сравнил Масхадова с бен Ладеном и муллой Омаром.
В довершение всего российская пропаганда наконец-то заработала на Западе, где до сих пор весьма скептически относились к заявлению Путина об угрозе международного терроризма, исходящей из Чечни. В первые же дни после теракта национальный пресс-центр Нидерландов отменил презентацию газеты чеченских боевиков The Chechen Times. В Великобритании была запрещена деятельность четырех исламских организаций, связанных с террористами. В Риге началась кампания по возвращению улице Джохара Дудаева прежнего наименования — улица Космонавтики. А Польша, Литва и Латвия стали в массовом порядке отказывать чеченским беженцам в праве на въезд. Было объявлено, что администрация Джорджа Буша может внести действующие на российской территории группы чеченских боевиков в список международных террористических организаций, который ведет госдепартамент США. Наконец, еще одного успеха Россия добилась в Дании, где по требованию Генпрокуратуры РФ 30 октября был арестован эмиссар президента Ичкерии Ахмед Закаев, прибывший в Копенгаген для участия в так называемом всемирном чеченском конгрессе.


	Фото: ВАСИЛИЙ ДЬЯЧКОВ

В то же время российская власть понимает, что неожиданный успех на чеченском фронте нужно закреплять, и сделать это только силовыми и пропагандистскими методами вряд ли удастся. За время двух чеченских конфликтов в республике выросло целое поколение добровольцев, готовых пойти по пути Мовсара Бараева. И если не принимать политических мер по решению проблемы Чечни, теракты будут продолжаться.
Поэтому на минувшей неделе президент Путин на встрече с представителями чеченской общественности обнародовал новый политический план чеченского урегулирования. Суть его сводится к ускорению конституционного процесса в Чечне и передаче власти в республике самим чеченцам. Они, как заявил на встрече Владимир Путин, сами должны решать свои проблемы. Весной следующего года в республике пройдет референдум по принятию местной конституции, а вслед за ним, самое позднее в декабре,— президентские выборы.
Похожая схема урегулирования чеченской проблемы уже применялась Кремлем. В ходе первой чеченской кампании российские власти пытались решить проблему именно так. После того, как попытка поставить на власть в Чечне варяга (тогда чеченское правительство возглавлял генерал Николай Кошман) вызвала резкое недовольство в Чечне, ставку сделали на самих чеченцев. В начале 1995 года Кремль передал власть в Чечне правительству национального возрождения Саламбека Хаджиева, которое создала оппозиция. Осенью того же года на правление были призваны старые партийные кадры — бывший глава Чечено-Ингушского обкома КПСС и глава Верховного совета Чечено-Ингушетии Доку Завгаев. Завгаев в декабре того же года даже выиграл выборы президента республики, организованные Кремлем. Однако у власти он продержался недолго — до августовского взятия Грозного боевиками.
Во вторую чеченскую кампанию Кремль попытался исправить старые ошибки. На этот раз была избрана другая тактика. После неизменного Кошмана с его опытом поднимать послевоенное хозяйство летом 2000 года главой Чечни был назначен муфтий Ахмат Кадыров — бывший приближенный Масхадова и духовный лидер Чечни, объявлявший газават России в первую войну. Ставка делалась на то, что Кадыров, используя свой духовный авторитет и старые связи, добьется умиротворения чеченского общества и перетянет на свою сторону продолжающих сопротивление бывших соратников. Правда, на этот раз финансы чеченцу Москва не доверила, памятуя о том, что при Завгаеве Чечня превратилась в черную дыру, в которой исчезли миллиарды рублей. Пост премьера получил варяг — бывший глава правительства Ставропольского края Станислав Ильясов.


	Фото: СЕРГЕЙ МИХЕЕВ

Однако сейчас стало очевидно, что и эта политическая модель не сработала. Кадыров не только не убедил ни одного полевого командира отказаться от сопротивления, но и умудрился еще больше расколоть чеченское общество. Его не признают не только боевики, но даже лояльные федеральному центру чеченцы в самой республике и обширная чеченская диаспора за ее пределами. После теракта в Москве стало окончательно ясно, что поддерживать Кадырова на предстоящих президентских выборах Кремль не намерен.
Это подтверждается тем, что Москва категорически воспротивилась предложению Кадырова прописать в проекте чеченской конституции положение о цензе оседлости для кандидатов в президенты (по его мнению, участвовать в выборах может человек, проживший в Чечне не менее десяти лет). Не в пользу Кадырова говорят и состоявшиеся на минувшей неделе назначения Станислава Ильясова федеральным министром по делам Чечни, а премьером Чечни — вице-губернатора Ивановской области Михаила Бабича. Отношения у Кадырова с Ильясовым складывались не слишком гладкие — главу Чечни возмущало, что финансирование экономики Чечни шло не через него, а через премьера. Теперь же Кремль продемонстрировал высшую степень доверия Ильясову. Перебравшись из Грозного в Белый дом, он не только сохранил за собой право распоряжаться деньгами, которые выделяются на Чечню, но и лично подобрал кандидатуру своего преемника. Хотя формально премьера республики назначает глава Чечни, именно Ильясов настоял на назначении Михаила Бабича. Очевидно, что на выборах именно чеченское правительство станет главной опорой будущего кандидата Москвы в президенты республики альтернативного Кадырову.

По сведениям "Власти", кремлевская администрация уже ведет активные поиски такого кандидата. Не случайно в разное время на Старой площади побывали глава концерна "Милан" Малик Сайдуллаев, президент ОАО "Группа 'Альянс'" Муса Бажаев, президент Московского индустриального банка Абубакар Арсамаков. Последний сейчас считается в Кремле наиболее приемлемым кандидатом. Как стало известно "Власти", почуяв неладное, Кадыров даже повздорил с банкиром и обвинил его в неумеренных амбициях. Скорее всего, именно из-за этого Арсамаков не попал на последнюю встречу чеченской общественности с Путиным в Кремле. Впрочем, на отношение к нему президентской администрации это вряд ли повлияет.
Судя по тому, в какой области ведутся поиски нового лидера, в новой модели обустройства Чечни будущим президентом Кремль хотел бы видеть преуспевающего чеченского бизнесмена, не связанного ни с одной политической группировкой внутри республики. Иными словами, Москва пытается повторить накопленный за последние два года вполне успешный опыт закрепления регионов за крупными бизнесменами или финансово-промышленными группами: Чукотки — за Романом Абрамовичем, Таймыра, а затем и всего Красноярского края — за "Интерросом" в лице Александра Хлопонина, Адыгеи — за крупным золотопромышленником Хазретом Совменом.
Так что последней жертвой теракта на Дубровке, скорее всего, станет Ахмат Кадыров. Мовсару Бараеву так и не удалось заполучить главу Чечни в обмен на 50 заложников и расправиться с ним за предательство идеалов сопротивления. Но приговор бывшему муфтию он все же подписал. А приводить его в исполнение будет уже Кремль.
АЛЛА БАРАХОВА

Муса Бажаев: чеченцы не могут ошибаться постоянно

— В этом году Владимир Путин уже второй раз позвал к себе представителей чеченской диаспоры. Вы, как президент группы "Альянс", являетесь в ней заметной фигурой. Чего президент от вас хотел?
— Первый раз президент встречался с чеченскими бизнесменами. Тогда обсуждали проблемы восстановления экономики и социальной сферы Чечни, интересовались тем, чем мы можем помочь своей малой родине. А последняя встреча состоялась по инициативе представителей нашей общественности, которые обратились к чеченскому народу с призывом объединиться вокруг общей идеи и постараться остановить те трагические события, которые идут на нашей малой родине. Там же был призыв и к президенту помочь чеченскому народу в этом. Например, мы предложили как можно скорее провести в республике референдум по обсуждению проекта конституции, а затем и выборы органов власти. Президент нас поддержал. Весной следующего года должны принять конституцию, а к концу года — выборы органов власти.
— Вы считаете, при нынешней ситуации в республике это возможно?
— Другого выхода нет. Назначенный руководитель, будь он хоть семи пядей во лбу, не в состоянии консолидировать нынешнее чеченское общество. Во главе республики должен стоять человек, получивший мандат на власть из рук народа.
— Могли бы вы назвать человека, которого поддержало бы большинство чеченцев?
— Пусть его назовет сам народ. Я туда точно не собираюсь, но готов всячески поддержать того человека, который сможет получит такую поддержку. Я как бизнесмен готов вкладывать деньги в республику. Причем, поверьте, как бы это парадоксально ни звучало, не ради получения прибылей, а лишь ради того, чтобы помочь своей республике встать на ноги.
— Аслан Масхадов тоже был всенародно избран. А что получилось?
— Масхадову не удалось консолидировать чеченцев. Он не смог навести в республике порядок; гарантий безопасности не было, инвестиций, соответственно, тоже. Такая власть удержаться долго не могла.
— У предшественников Аслана Масхадова — Доку Завгаева, Джохара Дудаева и Саламбека Хаджиева — тоже не очень получалось.
— Я не стану сейчас анализировать неудачи каждого из них. На это были свои объективные и субъективные причины. Теперь нужно смотреть вперед и думать, как выйти из нынешней ситуации. А выход, как я сказал, один — в ближайшее время принять конституцию и провести выборы президента. Постоянно ошибаться народ не может. 12 лет безвременья довели людей до отчаяния, но эти годы чеченцев кое-чему и научили.
— Некоторые политики говорят, что Чечне нужен особый статус, соответствующая своеобразному менталитету народа структура власти. Как вы относитесь к таким высказываниям?
— Россия — многонациональная страна, на ее территории проживают в своих национальных образованиях народы с совершенно отличающимися друг от друга обычаями и традициями. Если такой же разнобой будет в законах и в государственном устройстве, получится ерунда. Да, каждому народу, в том числе и чеченскому, нужно хранить и беречь свои обычаи, развивать самобытную культуру, но при этом на всей территории страны, которая называется Россия, должен действовать один закон. Иначе в государстве будет хаос.
— Если каким-то образом удастся умиротворить политическую ситуацию в Чечне, как, по-вашему, можно будет восстановить республиканскую экономику?
— В случае стабилизации политической обстановки в Чечне и восстановления порядка туда пойдут инвестиции. Как из российских регионов, так и из-за рубежа. Вспомните, даже при той вакханалии, которая там царила в 1997-1999 годах, зарубежные бизнесмены пытались вкладывать в чеченскую экономику деньги. Правда, для некоторых из них эти попытки обернулись трагедией. Поэтому ничего нового для возрождения экономики республики придумывать не придется. Главное — должна быть власть, которая сможет гарантировать в первую очередь безопасность и строгое исполнение законов. Только одни чеченские бизнесмены в состоянии инвестировать в республику десятки миллионов долларов.
Беседовал МУСА МУРАДОВ

Станислав Ильясов: в Москве тоже стреляют, но никто не говорит о чрезвычайной обстановке

— На днях вы стали министром по делам Чечни. Как изменится работа комиссии по восстановлению республики с вашим приходом?
— Два года мы смотрели, как работает комиссия, и сейчас шлифуем положение, касающееся координации ее деятельности. Прежде всего необходимо разобраться с заказчиками. Ряд из них самостоятельны — они сами по себе. При этом другие закреплены за Дирекцией по строительно-восстановительным работам в Чеченской республике при Госстрое РФ. Необходимо, чтобы все они вошли под единое начало. Комиссия должна полностью взять на себя руководство процессом восстановления экономики и социальной сферы республики и жестко контролировать все этапы, начиная от финансирования строительных работ на территории Чечни, заканчивая вопросами обеспечения безопасности в республике.
— Вам не кажется, что проблемой безопасности должны заниматься силовые структуры?
— Да, конечно. Но в Чечне вопросы безопасности очень тесно связаны с экономикой. Например, сейчас в республике будет собственное министерство внутренних дел. Мы уже заложили в бюджете строку на обеспечение штата этого министерства в 10 тыс. сотрудников. Недавно я был у начальника Генштаба Анатолия Квашнина и у нас состоялся очень длинный разговор о механизме координации комендатур, районных отделов милиции Чечни, правоохранительных структур Южного федерального округа. Сейчас наступил переломный момент, когда уже нет нужды в проведении масштабных спецопераций на территории республики.
— Так, может быть, надо просто вывести войска из Чечни?
— Я убежден, что этого делать нельзя. У нас уже был подобный опыт. Вспомните, какой беспредел начался в республике, когда были выведены войска. Вряд ли стоит вновь экспериментировать. К тому же сейчас в Чечне число военных значительно сократилось с начала проведения контртеррористической операции. Те части армии, которые были "в нагрузку", отправлены с территории республики. Я вообще считаю, что сейчас обстановка в Чечне достаточно стабильная. В том числе в вопросе обеспечения безопасности и правопорядка.
— Но в Чечне чуть ли не каждый день гибнут люди: то вертолет подобьют, то фугас взорвется. Разве можно назвать это стабильной обстановкой?
— В Москве тоже стреляют и подрывают. То одного в подъезде убьют, то другого. Однако никто вроде бы не говорит, что в Москве чрезвычайная обстановка. Просто к Чечне приковано внимание общественности и прессы. Чуть что случится, сразу по телевизору показывают. На самом деле в республике живут тысячи людей, работают школы, детские сады, больницы.
— Но чеченские беженцы не торопятся назад на родину. Владимир Путин в очередной раз поставил задачу вернуть людей в Чечню до конца года. Как вы намерены с ней справляться?
— Все беженцы обязательно вернутся. Люди замучились жить в палатках. Сейчас мы переселяем их в частный сектор на территории Чечни и даем на человека по 20 рублей, из них 6 рублей на хлеб. Уже готовы принять людей пункты временного размещения на 6-7 тысяч человек. Конечно, прежде всего людей волнует вопрос безопасности. Но с созданием чеченского МВД эта проблема будет решена. Нет жилья? Построим. Нет работы? Трудоустроим или дадим пособие по безработице.
Беседовала ЕЛЕНА САМОЙЛОВА

Ахмат Кадыров: я знаю, кто на самом деле борз, а кто заяц

— В Чечне идет активная подготовка к референдуму. Какую роль в этом процессе играете лично вы?
— Основную. Я являюсь председателем комиссии, которая занимается подготовкой референдума и разрабатывает проект конституции республики. Подготовительная работа будет идти еще как минимум четыре месяца. За это время необходимо сделать все возможное для нормализации обстановки в республике. Я не устаю повторять, что военнослужащие федеральных сил должны прекратить массовые зачистки. Нельзя без надобности тревожить мирное население.
— Но военные утверждают, что массовые зачистки в Чечне прекратились. Разве это не так?
— После теракта в Москве зачистки по масштабам приняли небывалый характер. Ежедневно я получал информацию о десятках фактов мародерства и других формах произвола со стороны военных. Такая ситуация сохранялась вплоть до нашей встречи с президентом России в Майкопе, где собрались главы всех субъектов Южного федерального округа. Только после того, как Путин публично заявил о необходимости прекращения массовых зачисток в Чечне, военные перешли на обычный режим проведения мероприятий. Только тогда население вздохнуло с облегчением.
— Вы давно выступаете за создание чеченского МВД. Оно действительно может способствовать улучшению обстановки в республике?
— Думаю, да. Обеспечением правового порядка на территории Чечни должна заниматься милиция, а военных надо расквартировать. В этом вопросе меня поддержал Владимир Владимирович Путин. Многим военным в Чечне вообще делать нечего. Они занимаются мародерством и другими преступлениями.
— Вы не боитесь, что в МВД могут оказаться пособники террористов или родственники погибших боевиков, которыми движет исключительно желание кровной мести?
— Я этого не исключаю. Но из-за этого нельзя отказываться от создания МВД. При формировании аппарата министерства набором сотрудников займутся специальные комиссии, которые будут учитывать не только профессиональную подготовку, но и другие персональные характеристики, включая биографию и родственные связи. Среди родственников боевиков большинство простые мирные жители, которые осуждают любые проявления терроризма. Даже родной брат может оказаться законопослушным гражданином.
— Какая проблема, на ваш взгляд, наиболее актуальна в Чечне?
— Финансовые вливания, восстановление экономики и социальной сферы, несмотря на всю свою актуальность,— второстепенны. Прежде всего надо навести порядок в вопросе соблюдения прав человека. Это главное. Нам нужно до конца года вернуть в Чечню всех беженцев, проживающих в Ингушетии. У нас лежат сотни заявлений от желающих вернуться на родину, но для этого надо создать условия. Люди не хотят ехать на войну. Они опасаются за свою жизнь и жизнь своих детей.
— Кстати, о спасении человеческих жизней. Террористы в Москве пообещали отпустить 50 заложников, если вы к ним придете. Вы к ним не пришли, что вполне понятно. Но не думаете ли вы, что вашему имиджу нанесен урон? Вдруг кто-то скажет: "Кадыров — не борз ("борз" по-чеченски означает "волк")"?
— Во время трагических событий на Дубровке я был в Москве и следил за происходящим по телевизору. Да, я что-то слышал невнятное, якобы о моем обмене на 50 человек. Но напрямую ко мне никто не обращался. Конечно, спасение даже одного человека — это большое счастье. Однако, когда речь идет о захвате нескольких сотен заложников, нельзя поддаваться эмоциям. В такой ситуации необходимо руководствоваться исключительно жесткой логикой, и основным критерием эффективности действий должно быть спасение как можно большего числа жизней. Если бы террористы поставили условие: мою жизнь в обмен на всех заложников, я бы, не задумываясь ни минуты, пошел к ним. Но они пообещали выпустить только 50 человек. Во-первых, это бы не решило всего вопроса, во-вторых, они не выполняли своих обещаний, в-третьих, мало ли что им могло прийти в голову: может быть, они потребовали бы привести Путина. Не надо забывать, что это были террористы и решение вопроса по освобождению людей лежало прежде всего в силовой плоскости. Я не думаю, что люди неправильно воспримут то, что я не пришел в театральный центр. Я знаю, кто на самом деле борз, а кто заяц.
Беседовала ЕЛЕНА САМОЙЛОВА


	Фото: ДМИТРИЙ ЛЕКАЙ

Чеченские легенды
Принято считать, что история отношений русских и чеченцев — это только история войн. Между тем среди чеченских народных преданий есть немало рассказов об их взаимном дружелюбии.
МУСА МУРАДОВ, МИХАИЛ ЛУКИН

Мцыри — чеченец
Прообразом героя поэмы Михаила Лермонтова "Мцыри" послужил чеченский мальчик. Его во времена 1-й Кавказской войны вывезли из сожженного ермоловскими войсками селения Дады-Юрт. Мальчика назвали Петром Захаровым, отдали в художественную школу, и он стал портретистом, академиком живописи. Картины подписывал: "Петр Захаров из чеченцев". Его кисти принадлежит самый известный портрет генерала Ермолова.
Комментарий. Живописец Петр Захаров (1816-1852) действительно был чеченцем из Дады-Юрта с похожей биографией. Он познакомился с Лермонтовым и даже написал его портрет. Но Захаров никогда не был послушником в монастыре, как Мцыри. Замысел поэмы появился у Лермонтова в 1837 году, после посещения храма Свети-Цховели близ древней грузинской столицы Мцхета. Там поэт встретился с монахом, который родился в семье горцев, но ребенком попал к русским. Его литературоведы и считают наиболее вероятным прототипом Мцыри.

Чеченцы хотели спасти князя Игоря из половецкого плена
Во время битвы у реки Сунжа киевский князь Игорь попал в плен к половцам. Местные жители, дружелюбно настроенные к русским, предложили ему обратиться за помощью к знатному и храброму чеченскому воину Авлуру. Но Игорь не решился бежать к чеченцам и погиб в половецком плену. Президент Чечни Джохар Дудаев назвал сына Авлуром в честь прославленного воина.
Комментарий. Место битвы новгород-северского, а не киевского князя Игоря Святославича с половцами в 1185 году до сих пор не установлено. Но на реке Сунжа битва произойти не могла — за свой 19-дневный поход войско князя физически не преодолело бы 1700 км от Новгорода-Северского до Чечни. Князь был в плену в районе реки Тор на севере Донецкой области — в тысяче километров от Чечни. Наконец, Игорь не погиб в плену, а бежал от половцев, после чего вновь княжил в Новгороде-Северском (умер в 1202 году). Согласно "Слову о полку Игореве", в побеге Игоря действительно принимал участие некто Овлур, но вряд ли он был храбрым чеченским воином: к XII веку чеченцев как нации вообще не существовало.

Чеченец освобождал Россию от польско-литовских войск
Вместе с Мининым и Пожарским русское ополчение против польско-литовских захватчиков возглавлял чеченец князь Черкасский. Его потомок — Руслан Хасбулатов.
Комментарий. Князь Дмитрий Черкасский (до крещения Каншов-мурза) действительно был сподвижником воеводы Дмитрия Пожарского, участвовал в освобождении от польско-литовских войск Москвы, Углича, Вязьмы, Дорогобужа. Но князь происходил из рода кабардинских мурз (правителей) — этнических кыпчаков (половцев). Он скончался в 1651 году в Москве, не оставив детей. Следовательно, Руслан Хасбулатов, как и любой другой человек, не может быть его потомком.

Хромой Тамерлан не смог одолеть чеченцев
В середине XIII века монголо-татарская орда, возглавляемая Хромым Тамерланом, 12 лет безуспешно штурмовала гору Тебулос-Мта (нынешнее Аргунское ущелье), которую оборонял отряд чеченцев во главе с хромым охотником Идигом. Запись об этом оставил папский посол в Москве Плано Карпини.
Комментарий. Великий эмир Темир (в русской транскрипции — Тимур или Тамерлан) родился в 1336 году, то есть в XIII веке жить не мог. Он мог столкнуться с чеченцами во время своих успешных походов в Южную Россию (1395 год), Закавказье (1399), Османскую империю (1402). Но в описаниях этих походов нет информации о 12-летней осаде стратегически важной горы. Архиепископ Антиварийский Джиованни дель Плано Карпини не был папским послом в Москве, а Монголию посещал в 1245-1246 годах — задолго до рождения Тамерлана.

Садо Мисирбиев — кунак Льва Толстого
Путешествуя по Кавказу, Лев Толстой подружился с чеченцем Садо Мисирбиевым, который не раз выручал его. Когда граф проиграл в карты свое имение Ясная Поляна, Садо отыграл его. Садо вступился за писателя, когда он попал к чеченцам в заложники. На прощание Толстой подарил кунаку коня, а тот ему — саблю. Клинок до сих пор хранится в Ясной Поляне.
Комментарий. Среди знакомых Льва Толстого действительно был чеченец Садо Мисирбиев. В заслуживающих доверия исторических источниках нет сведений о том, был ли писатель в заложниках. Толстой действительно продавал дом за карточные долги, но это никак не связано с Чечней. Дом был разобран и перевезен к новому владельцу. Чеченских клинков в экспозиции музея-усадьбы "Ясная Поляна" нет.

Чеченцы подарили русскому императору Николаю II дорогу
Император собрался посетить свои владения на Кавказе. Чеченцы решили сделать ему царский подарок — они построили дорогу к высокогорному озеру Кезеной-Ам (Голубое озеро) и угощали высокого гостя форелью из этого озера. Николаю II угощение так понравилось, что потом форель из Кезеной-Ам регулярно поставляли к императорскому столу.
Комментарий. Не существует подтверждений визита Николая II в Чечню, равно как поставок к императорскому столу чеченской форели (хотя в Кезеной-Ам действительно водится особый вид форели — эйзенамская). Дорога к Кезеной-Ам была построена в советское время. Аналогичную легенду рассказывали в Абхазии — про дорогу к Голубому озеру в Бзыбском ущелье. Кроме того, по легенде, специальную дорогу для царя также строили монахи в Новом Афоне и ряд других религиозных и этнических групп.

Чеченцы научили турок воевать
Первый генералиссимус Турции Шевкет-паша — чеченец. Он из первых чеченских переселенцев. В правительстве Ататюрка чеченец стал министром обороны. Военной науке турки обучались по книге Шевкет-паши о боевом искусстве.
Комментарий. Махмуд Шевкет-паша родился в 1858 году в Багдаде. После "младотурецкой" революции 1908-1909 годов стал военным министром. При нем Турция проиграла войны с Италией и балканскими странами, и его стали считать виновником неудач. В 1913 году его убили заговорщики. Мустафа Кемаль-паша (Ататюрк) стал президентом Турции в 1923 году. В силу своей смерти за десять лет до этого Шевкет-паша не мог войти в правительство Ататюрка на должность министра обороны. Среди турецких военных первой половины XX века были чеченцы, но об этнической принадлежности Шевкет-паши подтвержденных данных нет.

Чеченский генерал не дал себя обидеть русскому царю
Герой Отечественной войны 1812 года генерал Александр Чеченский попал на придворный прием. Царь заметил генерала с "лицом кавказской национальности" и тихо изрек: "Это что за обезьяна?" Чеченец положил руку на эфес сабли и сказал: "Ваше величество, я никому не позволю оскорблять себя". Царь нахмурился и молча отошел. Чеченский оказался в опале.
Комментарий. Александр Чеченский в чине ротмистра участвовал в Бородинской битве, затем командовал партизанским отрядом, 1-м Бугским казачьим полком. После окончания войны вышел в отставку в чине генерал-майора. О его полемике с императором другие источники не сообщают.

Журнал "Коммерсантъ Власть" №45 от 18.11.2002, стр. 13

Авторы:

Алла Барахова

Темы:

Захват заложников на "Норд-Осте"

Последняя жертва теракта