| Сегодня открывается выставка «Владимир Издебский и его Салоны» В Московском центре искусства на Неглинной представлена отличная по замыслу и исполнению экспозиция, посвященная артдилеру и художнику начала XX века Владимиру Издебскому. Подготовлена она совместно с Русским музеем. Оттуда же привезены все экспонаты. Москвичи получили шанс увидеть эту совместную выставку раньше жителей Петербурга. Другие счастливчики, узнавшие о малоизвестном герое русского авангарда Владимире Издебском, -- пока только швейцарцы. Им Русский музей показал выставку «Издебский и Кандинский».
В первом зале МЦИ квартируют кубофутуристические скульптуры и живопись самого Издебского, подаренные несколько лет назад Русскому музею дочерью мастера Галиной Издебской-Причард. (Гипсовые оригиналы были переведены в бронзу уже в Русском музее.) Во втором зале размещается вольная реконструкция знаменитых Салонов Издебского с живописью Лентулова, Машкова, Кандинского, Гончаровой, Ларионова, Д. Бурлюка...
Салон салону рознь. Это мы знаем хотя бы потому, что в эпоху Вольтера и Дидро слово «салон» было синонимом самого нового, модного, как бы сейчас сказали -- «актуального» искусства (читай образцы художественной критики Просвещения, «Салоны» Дени Дидро). Нынче «салоном» клеймят вторичное, анемичное, обезличенное искусство, в котором тиражируются «фигуры речи», синтаксис какого-нибудь «большого стиля», будь то реализм, абстракционизм, импрессионизм, сюрреализм. Знакомство с Салонами Владимира Издебского возвращает нас в ту благословенную пору, когда упоминание этого слова ассоциировалось не с тошнотворным левомосховским «сюром» a-la Шемякин, а с энергией подлинной творческой жизни.
Вряд ли Владимира Издебского запомнят как великого художника или теоретика авангардного искусства. Его гений в другом. Он имел феноменальную интуицию на талантливых людей. Общался с ними. Дружил (особенно преданно -- Василием Кандинским). И, что называется, раскручивал их. Делал им промоушн. Издебский стал первым продюсером, менеджером, куратором авангардного искусства в России. Так что наши Марина Лошак, Лена Селина, Айдан Салахова -- его наследники по прямой.
Жил Владимир Издебский сначала в Одессе, после революции -- в Париже и Америке. С Одессы стартовали туры двух устроенных им Салонов. Время и маршрут первого: 1909--1910, Одесса--Киев--Петербург--Рига. Время и маршрут второго: январь--май 1911, Одесса--Николаев--Херсон. Если вы думаете, что одессит Владимир Алексеевич возил по столицам предтечу «Великой утопии» или «Амазонок авангарда», повнимательнее вчитайтесь в даты. Прелесть в том, что как таковые различения авангарда и традиционализма, правого и левого искусства «торкали» людей в ходе непосредственного знакомства с устроенными Издебским Салонами. Вот шуму-то было. Выброс адреналина у участников и зрителей -- куда круче, чем на каком-нибудь «Максидроме». Журналист -- по складу ума и по одной из своих профессий -- Издебский выбрал гениальный тактический маневр: он столкнул нос к носу томных мирискусников Нарбута, Лукомского с брутальными Анри Руссо, Михаилом Ларионовым, Наталией Гончаровой. В одном зале Грабарь, в другом -- новомодные европейцы Матисс, Ван Донген, Метценже. По месту обучения: на одной стене -- «русские парижане» (Кругликова, Тархов, Гершенфельд), на другой -- «русские мюнхенцы» (Кандинский, Бехтеев, Веревкина, Явленский, сам Издебский). Стратегия беспроигрышная. Пиар угарный.
Благодаря Владимиру Круглову, летописцу Салонов Издебского в каталоге выставки, знакомимся в подробностях с критикой тех лет. Образовались два непримиримых лагеря. Одни -- либералы. Другие -- консерваторы. Сегодня забавнее читать «консерваторов», особенно великого художника земли русской Илью Репина. Он выступил два раза с гневной филиппикой в питерских «Биржевых ведомостях»: «Здесь ожидал нас целый ад цинизма западных бездарностей -- хулиганов, саврасов без узды (даже ругательства чудесно передвижнические!!! -- С.Х.), на полной свободе выкидывающих курбеты красками на холстах». Устроитель у него -- мелкий предприниматель, маклер от искусства, помешанный «на скандальности матисов, этих выкидышей, заражающих миазмами разложений прекрасную, чистую сферу искусства». Ах, не понимал Илья Ефимович, что на таких вот предпринимателях и маклерах будет отныне держаться мировой артрынок, и с их помощью будут формироваться технологии коммуникации по поводу современного искусства в целом. Сергей ХАЧАТУРОВ |
