| Музыкальная Госпремия за 2002 год сделала столь неожиданный шаг в сторону от привычного истеблишмента и номенклатурных интересов, что имена некоторых ее лауреатов (а именно -- композитора Владимира Мартынова и скрипачки Татьяны Гринденко) даже как-то выпали из кое-каких уже опубликованных торопливых перечней. Между тем если Давид Тухманов (победитель в номинации «Эстрада») -- это один из главных героев местной легкой музыки и Госпремия ждала его уже не один десяток лет, а пианист и педагог Владимир Крайнев (выдвиженец филармонии) -- заметная и важная фигура в российском музыкальном мейнстриме (хотя и этот профессор Московской консерватории и председатель фортепианного жюри последнего Конкурса Чайковского многие годы был подобен кошке, гуляющей весьма самостоятельно и не слишком близко к власти), то композитор Владимир Мартынов и скрипачка Татьяна Гринденко представляют собой один из самых немейнстримных творческих тандемов на российской музыкальной территории.
Формальным поводом для награждения Владимира Крайнева объявлен тихо и без художественных интриг проходивший концертный цикл «Крайнев, его друзья и ученики». Реальным стало, возможно, то, что профессор теперь активно вернулся в отечественную музыкальную политику, предстал одним из последних ненагражденных могикан и персоной, влиятельной не только в местном, но и в международном контексте. Мартынов и Гринденко в свою очередь награждены за создание и исполнение произведений «Апокалипсис», «Плачь пророка Иеремии» и проч. Надо учесть при этом, что названным мартыновским сочинениям уже достаточно лет, и в исполнении некоторых Гринденко не участвует. Зато в этом году мартыновская опера «Новая жизнь» была в неокончательном концертом варианте представлена на Пасхальном фестивале Валерия Гергиева в исполнении оркестра и солистов Мариинского театра, что, конечно, приблизило композитора к истеблишменту и пространствам официальных интересов.
Обращает на себя внимание то, что выдвинуты композитор и скрипачка были прогрессивным, глубоко неакадемическим и не причастным ни к каким государственным институциям Культурным центром «Дом». Так что сам «Дом» в этой ситуации можно поздравить с тем, что он оказался виден с высокой государственной колокольни.
Что касается самих лауреатов, их имена и так звучат как минимум героически для всех, кто хоть как-нибудь знаком с сюжетами и персоналиями российского актуального современного искусства. И даже в этом отнюдь не массовом контексте их называют не иначе как «радикалами» -- при всей условности такого определения.
Татьяна Гринденко -- ученица знаменитого профессора Янкелевича, лауреат Конкурса Чайковского, а позднее руководитель собственных ансамблей «Академия старинной музыки» и Opus Posth -- регулярно и упорно нарушает строгие правила академической концертной практики, устанавливая свои собственные и упрямо избегая всяческой художественной или мировоззренческой окаменелости. Владимир Мартынов -- композитор-«поставангардист», чуть ли не лидер местной новой музыки (если бы не принципиальная нелюбовь к лидерству), исследователь древней музыкальной литературы, автор музыковедческих трудов, парадоксальной концепции «конца времени композиторов» и один из самых интригующих авторов на зыбкой новой сцене -- пользуется отнюдь не цеховым признанием. Спектакли по его сочинениям в «Школе драматического искусства» Анатолия Васильева, концертные акции с участием актуальных художников или камерные авторские фестивали с нестрогой жанровой основой собирают никогда не массовую, но всегда профессионально не замкнутую аудиторию. Поле художественных интересов Мартынова -- стереотипы и парадоксы музыкальной истории, а также сочиняющего и потребляющего сознания.
Объяснить нынешний выбор комиссии по Госпремиям непросто, но один ее резон все-таки очевиден. Нынешний сезон был так насыщен государственным вниманием к большой музыке, что, кажется, все ее фигуранты уже чем-нибудь отмечены и украшены. Президентской премии, которой, кстати, занимается все та же комиссия по Госпремиям, удостоены Тихон Хренников и Юрий Темирканов (за время президентства Владимира Путина этой премией были также награждены Гергиев, Плетнев, Третьяков). Еще были розданы президентские гранты трем оркестрам (в зависимости от их статуса, но независимо от качества) и двум консерваториям. Назначение этих грантов прочертило контуры государственных интересов в музыкально-культурной политике гораздо яснее, чем это может сделать любой список лауреатов. Не был оставлен без высокого внимания и Владимир Спиваков, процесс формирования нового федерального оркестра для которого сейчас как раз в самом разгаре. Скандал, связанный с первоначальным проектом названия этого оркестра, удалось погасить. А пострадавшему плетневскому Российскому национальному оркестру тем временем обещана похожая на премию контрибуция в виде государственной субсидии.
В результате этой вспышки государственного участия в судьбах российской музыки Госпремия оказалась свободнее в своем выборе, а сам этот выбор выглядит равно случайным и приятным. Юлия БЕДЕРОВА |
