«Ночлежники» спасают от холода и разделенной любви. С риском для жизни Официальная статистика всегда немного лукавит: прожить на среднюю по России зарплату смог бы, наверное, только монах, да и то во время Великого поста. Доход большинства...

«Ночлежники» спасают от холода и разделенной любви. С риском для жизни

О

фициальная статистика всегда немного лукавит: прожить на среднюю по России зарплату смог бы, наверное, только монах, да и то во время Великого поста. Доход большинства российских семей давно делится на две неравные части: крошечную зарплату и деньги, получаемые с так называемых подработок. Именно они, похоже, и составляют главный ресурс российской экономики. Просчитав его, можно достаточно точно определить финансовый «запас прочности» нашего государства.

В прошлом выпуске рубрики «Бюджет народа» «Новая газета» провела ревизию «медиаимперии», состоящей из нескольких уличных точек по торговле газетами. Сегодня мы решили изучить один из сегментов столичного рынка недвижимости, подсчитав доходы москвича, занимающегося почасовой сдачей квартиры.

М

осква умеет быть гостеприимной. Правда, оценить этот талант могут только люди состоятельные: для иногородних обладателей кредитных карт и крупных валютных счетов открыты двери всех московских отелей. А «гости столицы», чей доход укладывается в рамки презрительной формулировки «прожиточный минимум», обычно останавливаются в «частном секторе». Благо теперь милиционеры редко гоняют с привокзальных площадей бабок, увешанных табличками: «Сдаю ночлег». Да и в газетах можно найти массу объявлений вроде этого: «М. «Бауманская», 15 мин. тр., 3-й этаж 5-этажного дома, 22+8 метров. 30 долл. в сутки с человека».

Комнаты порционно

Квартиру на «Бауманской» сдает Алексей Витальевич — мужчина под пятьдесят в спортивном костюме и мышиного цвета пуховике. Стандартная однокомнатная клетушка. Обстановка вполне пристойная: раскладной диван, не старый, но и не очень свежий, с грязно-коричневыми пятнами на зеленой обивке. Югославская «стенка», которая стоит здесь только «для мебели». Сразу видно, что ею давно не пользовались: на книжных полках одиноко пылится полное собрание сочинений Ленина. На обшарпанной тумбочке высится громада советского телевизора «Рубин», который, как ни странно, работает. У окна — простой коричневый деревянный стол без скатерти и пара стульев с расшатанными ножками.

В комнате чисто. Ковролин на полу пылесосили недавно, обои довольно свежие, но старомодные. В ванной тоже чисто, только кое-где со стен отвалилось несколько плиток. Уверенное впечатление, что в этой квартире никто не живет. Совсем.

Удовольствие стать временным обладателем подобного жилья стоит 30 долларов в сутки. Причем фраза из объявления о том, что эти деньги придется выложить каждому арендатору, оказалась пустой страшилкой. Алексей Витальевич обещал, что сутки в этой квартире обойдутся нам в те же 30 баксов, но с обеих. Можно — в рублях.

Не знаем, что там о нас подумал хозяин жилплощади, но сам факт съема квартиры на сутки двумя девушками вызвал у него подозрение. Попросил паспорта — посмотреть прописку.

— Зачем? — удивились мы.

— А если у вас прописки нет, а вы квартиру мне спалите, где вас потом искать? Или, скажем, клиентов будете водить…

— Каких клиентов?

— Я в ваши личные дела не лезу. Но хочу знать, кто именно будет жить в моей квартире.

— А мы на кого похожи?

— Меня это не касается.

— А все-таки?

— Ну… судя по тому, что вы прилично выглядите и снимаете квартиру на двоих на день… то... — Алексей Витальевич хмыкнул в прокуренные усы и обильно покраснел.

Чтобы не вызывать у квартиросдатчика нелепых подозрений, мы решили раскрыть карты:

— Журналисты мы, про бюджет народа пишем….

Сам себе риелтор

После недолгих уговоров Алексей Витальевич решился рассказать нам о своем квартирном бизнесе. Занимается он им уже давно. Как уволился в 95-м году, так и начал искать различные пути к заработку.

— До пенсии я не доработал, вот и пошел в «ночлежники».

Квартиру на «Бауманской» он стал «пользовать» около полугода назад. До этого приторговывал углами в пятикомнатной квартире друга. Понятно, что другу от этого тоже проценты капали.

— Схема была такая. Днем я в основном торчал на вокзале с объявлением о сдаче комнаты. Либо сам стоял, либо кого-то нанимал. Если попадались клиенты, я вез их на хату и больше на вокзале не появлялся. Если за день никто не ловился, выходил вечером. Тут уже совсем другая клиентура. Если днем — те, кто в Москве проездом, то ближе к ночи в основном мужчины, купившие проституток. По вечерам я стоял с объявлением прямо на дороге, которая ведет от вокзала. Мужик взял девочку, посадил в машину — а тут я с квартирой.

Правда, сдавал Алексей Витальевич жилплощадь не на сутки, а по большей части на несколько часов. Кому просто поспать надо было, кому — помыться под душем. При этом сам хозяин в квартире присутствовал, чтобы следить за порядком.

— Есть еще такое правило — сколько вместе пришли, столько вместе и ушли. И только вместе. Потому что мало ли что. Один другого ограбит или убьет, а всех собак потом на меня повесят, потому что все в моей квартире произошло.

На вокзале среди тех, кто сдает жилье, образовался своеобразный профсоюз. Люди другу друга знают и по возможности помогают друг другу.

— В такой профсоюз входят и «мамки», и сутенеры. Потому что когда их девочку берет клиент, им всегда будет надежнее, если ее повезут ко мне. Меня «мамки» даже просили присмотреть за девочками….

Квартиру для сдачи случайным клиентам Алексей Витальевич снимает у одного знакомого пенсионера. Тот уже несколько лет обитает где-то в деревне под Владимиром, а московскую квартиру сдает ради прибавки к мизерной пенсии.

Алексей Витальевич платит пенсионеру двести долларов в месяц. Сам живет на Автозаводской. Если ему удается сдавать квартиру «без выходных» — то есть весь месяц (получается, правда, далеко не всегда), его доход рассчитывается элементарно: тридцать дней в месяц по тридцать долларов. Получается около девятисот долларов. Из них двести он отдает владельцу квартиры, а полторы тысячи рублей — за коммунальные услуги и телефон.

Наша служба и опасна, и трудна

Таким образом, в месяц у Алексея Витальевича получается около двадцати тысяч рублей чистой прибыли. Но эти деньги часто приходится из клиентов «выколачивать».

— Сдавая так квартиру, всегда рискуешь. Снимают ведь не только влюбленные парочки, а кто угодно.

Как-то Алексей Витальевич пустил в комнату (дело было еще в старой пятикомнатной квартире) двух парней. Один из них постоянно в комнате сидел — болел вроде. Платили парни исправно, Алексей Витальевич не волновался. Потом один из них «свалил». А его товарищ выполз на кухню и «отключился». Оказывается, у него чуть выше колена дырка от пули, а ниже вся нога синяя: гангрена.

Вытащил Алексей Витальевич клиента на улицу и из автомата «скорую» вызвал. Прикинулся прохожим, чтобы квартиру «не светить». А потом ему пару раз звонили какие-то типы и требовали выдать некоего Игорька, в противном случае обещая «вырезать всех к чертовой матери».

Или сдал Алексей Витальевич комнату паре беженцев. А их через день стало уже восемь — остальные «в гости пришли». Платить постояльцы наотрез отказались: «Денег нет». А когда сдатчик попытался их выгнать, взяли и сунули Алексея Витальевича головой в стеклянный кухонный шкаф. Итог: четырнадцать швов, наложенных корявой рукой фельдшера «скорой», и штраф, отданный приехавшим на шум драки милиционерам….

Вот такой бизнес. И никак не подстрахуешься. Очевидно ведь, что так называемые «приличные» люди все-таки вряд ли будут снимать комнату или квартиру на сутки. А с «неприличных» — что взять?