Максим Момот. Метро

Метро
Максим Момот

Дата публикации: 6 Февраля 2004

В Москве произошел очередной теракт. Вряд ли найдется хоть один человек, который назовет его последним. Метро взрывали и раньше. Но, во-первых, жертв было меньше, во-вторых, ударили не в переходе, а в самом поезде. Как и у всякого события, у теракта бывают причины и следствия. Однако в нашем случае разница невелика - война в Чечне является и тем и другим.

Взрыв уже связали с выборами. Мы это видели в 1999-м, не дай бог, увидим и в 2008-м. Реакция та же - "замочим в сортире". Если дело так пойдет, сортиров на всех не хватит. Предлагают ввести особый статус Москвы. Как будто сейчас он у нее обычный. При входе в метро вам уже сегодня нужны не чистые намерения, а московская прописка. Можно, конечно, ввести еще справку о лояльности, но это скорее для повышения денежного довольствия личного состава.

Ольга Крыштановская , директор Института прикладной политики, в комментарии для РЖ сказала следующее: "Задача тех людей, которые все это затеяли, - прекратить боевые действия в Чечне, теракт направлен непосредственно против Путина" . Но вот господин Рогозин поспешил президента от такого удара уберечь и выборы не проводить - мало ли что. Всем ясно, чего нельзя добиться террором - прекратить войну. Но вот чего им можно добиться, мы уже видим.

Что касается влияния террора на ситуацию в межнациональных отношениях, то здесь, по мнению Ольги Крыштановской, ждать перемен не приходится, ибо отношения эти и так весьма плохи. По всей видимости, на России сказывается общемировая тенденция "столкновения цивилизаций". Дружба народов вновь обострилась.

Не все наблюдатели придерживаются единой позиции. Вагиф Гусейнов , директор Института стратегических оценок и анализа , прямой связи теракта с выборами не видит: "Это лишь продолжение террористической войны, есть искушение связать непосредственно с выборами, но это не так" . "Один-два теракта на выборах сказаться не могут , - отметил он в интервью РЖ. - Как показывают опросы, президенту удалось найти согласие с большинством населения страны, его рейтинг сегодня очень высок" . На ситуации в Чечне, по его мнению, московские события могут сказаться лишь в том случае, если спецслужбы будут иметь конкретные доказательства причастности кого-то к взрыву. Хотелось бы в это верить.

"В целом отношение к чеченской войне у населения негативное, но я не думаю, что это серьезно скажется на межнациональных отношениях в стране. Общество понимает - дело не в чеченском народе, а в отдельных его представителях" , - считает Вагиф Гусейнов.

Менее оптимистичную оценку дал РЖ Алексей Малашенко , член научного совета Московского центра Карнеги : "На межэтнических отношениях в Москве теракт скажется, и очень плохо. Бить кавказцев будет уже не милиция, а простые граждане. Так, на всякий случай" . Предстоящие выборы, на взгляд Малашенко, в данной ситуации не столь важны: "Я считаю, что связан теракт с выборами или не связан, большого значения не имеет. Все намного хуже. Террор становится отвязанным. Теперь ясно: это может произойти в метро, и сделать это может кто угодно, по пьянке или из-за наркотиков" .

Видимо, избежать определенного обострения межнациональных отношений и впрямь вряд ли удастся. "Наш опыт показывает , - говорит Сергей Лукашевский , эксперт Московской Хельсинкской группы , - что каждый такой теракт провоцирует волну насилия со стороны правоохранительных органов по отношению к национальным меньшинствам. Чеченцы, ингуши страдают лишь из-за своей этнической принадлежности. Конечно, московские и российские власти, - продолжает он, - каждый раз заявляют о недопустимости переноса ответственности на этнические группы, однако при этом мало говорится о наказании, которое в этом случае предполагается" .

Версия о теракте как причине взрыва, по мнению Сергея Лукашевского, скорее всего, подтвердится. Правозащитники надеются на проведение тщательного расследования, результаты которого будут представлены общественности. Этого не случалось после прежних взрывов, потому доверие общества к спецслужбам оказалось подорвано.

"Теракт - еще одно свидетельство того, что в России идет война, внутренний вооруженный конфликт, который власти отказываются признать, - констатирует эксперт. - Лишь в рамках уголовной борьбы терроризм не победить" . Правозащитники продолжают отстаивать идею мирных переговоров с участием всех вовлеченных в чеченский конфликт сторон. Терроризм, подчеркивают они, - грубейшее нарушение права человека на жизнь, никакие политические или идеологические цели не могут его оправдать.

Но это в теории. Известно, например, о ликовании, с которым многие палестинцы встретили 11 сентября. Как в действительности настроено чеченское население, мы не знаем и узнать не можем, поскольку в республике идет бурное строительство мирной жизни, и проведение независимых социологических исследований там власти не приветствуют. Зачем людей отвлекать? Мирные переговоры вести тоже не с кем - ведь нет войны, есть лишь кучка отщепенцев. А потому остается лишь грозить и обещать, обещать и снова грозить.