| Монархисты похоронили то, что осталось от Людовика XVII Сегодня в пригороде Парижа, в старинном соборе Сен-Дени, французы захоронят рядом с останками его родителей прах наследника королевского престола Франции, маленького Людовика XVII. Эта церемония, финансируемая частными фондами, возможно, несколько странна для третьего тысячелетия, но знаменательна.
В собор Сен-Дени съедутся роялисты и члены королевских семей, причем не только Европы. Ждут даже знаменитого американского астронавта Эдвина (Базза) Олдрина, участника первой лунной экспедиции.
Судьба десятилетнего наследника, сына короля Франции Людовика XVI, казненного на гильотине во время революции 1793 года, очень схожа с трагедией российского цесаревича Алексея, расстрелянного в подвале Екатеринбурга в июле 1918 года.
После казни отца и матери, королевы Марии-Антуанетты, революционный Конвент официально передал мальчика и его старшую сестру Марию-Терезию-Шарлотту попечителям. Но на самом деле мальчик был заточен в казематы парижской тюрьмы Тампль. Там он, забытый всеми, и скончался 8 июня 1795 года. По одной из версий -- от туберкулеза, по другой -- был задушен. Тело было брошено в ров братской могилы. Только сердце наследника французского престола одному из эскулапов морга удалось тайком и спешно вырезать из груди, выкрасть и спрятать от революционеров.
Трагическая судьба Людовика XVII часто становилась фабулой приключенческих фильмов и романов. По одной из версий, сторонникам монархии удалось выкрасть королевича и подменить его в тюремной камере другим ребенком. Поговаривали, что Людовик вообще бежал в Америку. Но никаких сомнений по поводу сердца умершего наследника нет. Экспертиза по ДНК, проведенная на самой современной аппаратуре, показала, что сердце, вырванное наспех из груди мертвого мальчика, и в самом деле принадлежит сыну Людовика XVI и Марии-Антуанетты. И пусть бойкие беллетристы сочиняют себе истории о французском Лжедмитрии. Отныне монаршье сердце будет покоиться в земле, под тяжелыми старинными сводами, рядом с прахом других королей Франции.
Приходит на ум фраза французского философа XVIII века Никола Шамфора, произнесенная им перед смертью: "Я покидаю этот мир, в котором сердце должно либо разбиться, либо превратиться в бронзу". Оно не забронзовело, это маленькое сердце, оно только покрылось мрамором и гранитом. Петр РОЗВАРИН, Париж |
