Антон Николаев: Детский суд

В течение этого года Госдума, скорее всего, примет поправки в закон "О Судебной системе” (смягчающие уголовное наказание для детей, нарушивших закон). Об этом заявила вчера советник Конституционного суда Тамара Морщакова, выступая на конференции “Восстановительное правосудие”. “Мне обещали”, - сказала Морщакова. Правда, речь уже не идет о том, что все дела, в которых хотя бы один из участников является несовершеннолетним, должны рассматриваться в специальном, так называемом ювенальном суде. Предполагается внести лишь поправку, разрешающую создавать ювенальные суды.

Главный гуманистический “детский” проект первого срока путинского президентства – снижение тяжести уголовных наказаний для несовершеннолетних преступников. Это прописано в изменениях в УК и УПК, вступивших в силу весной этого года. В основном эти поправки обсуждаются в связи с принятием изменений в антинаркотические статьи. Однако изначально, если вспомнить многократные заявления Дмитрия Козака, сопровождавшие принятие президентских поправок, внимание фокусировалось именно на несовершеннолетних.

Там есть много чего хорошего. Согласно действующему законодательству, в тюрьму могут посадить человека, как только ему исполнится четырнадцать лет - эта норма не изменилась по сравнению с предыдущим вариантом кодекса, за совершение особо тяжкого преступления. Однако максимальный срок для преступников, не достигших шестнадцати лет, снизился до шести лет (раньше было десять). Другое важное нововведение – низший предел наказания для несовершеннолетних сокращается до половины взрослого срока.

Например, по статье “разбой”, если он совершен в группе, дают от семи и выше. Теперь несовершеннолетнему судья может дать от 3,5 лет. Кроме того, убраны низшие пределы для всех преступлений низшей тяжести и, главное, исключается возможность лишения свободы для несовершеннолетнего, который совершил преступление легкой или средней тяжести в первый раз. Еще одна важная норма, которая появилась в уголовном кодексе, – основанием для смягчения приговора или вынесения оправдательного может быть примирение сторон.

Этот пункт очень важен, поскольку делает целесообразным переговоры сторон о примирении. Такие переговоры называются восстановительным правосудием и в той или иной форме применяются в ряде российских судов. Однако пока это не имеет четкого правового статуса, как не имел правового статуса пилотный проект введения альтернативной службы в Нижнем Новгороде. Но о том, как связано восстановительное правосудие и дети позже, пока об уголовных поправках президента Путина.

На самом деле милосердие – это побочный продукт поправок. Объективная причина – перегруженность пенитенциарной системы. В тюрьмах еще сидит больше людей, чем тюремное хозяйство может переварить. По словам правозащитника Льва Левинсона, в принятии законопроекта было заинтересован Минюст, которому в ходе судебной реформы была передана вся пенитенциарная система. Путинская амнистия значительно разгрузила тюрьмы, еще сильнее должны они разгрузиться в результате принятия смягчающих поправок в уголовное законодательство.

Однако бороться с подростковой преступностью путем смягчения наказаний – это только половина дела. Если подросток попал в плохую компанию, систематически ворует или занимается гоп-стопом – ему все равно в тюрьму, просто его поймать должны на раз больше и дадут, скорее всего, меньший срок. Проблема загруженности тюрем решена – проблема подростковой преступности нет. Хотя рецепт есть – создание в стране системы ювенальной юстиции, то есть отдельной ветки судебной системы посвященной несовершеннолетним.

Целью системы ювенальной юстиции является не наказание молодых людей, а проведение с ними индивидуализированного воспитания. В последние десятилетия в систему ювенальной юстиции активно стали интегрироваться элементы восстановительного правосудия – перед проведением судебного процесса между потерпевшим и подсудимым ведутся переговоры с посредством медиаторов, представителей специализированных общественных организаций. Эта система, применявшая себя во многих странах, например, Новой Зеландии, показала большую эффективность. Во-первых, подросток, общаясь в ходе переговоров с жертвой, испытывает чувство стыда, что само по себе уже является наказанием. Во-вторых, это минимизирует контакт с репрессивными органами государства.

Вообще, первый ювенальный суд был создан 1899 году в штате Иллинойс, США. Это новшество быстро распространилось - в 1931 году ювенальные суды существовали уже в 30 странах.

По мнению советника Тамары Морщаковой, введение элементов восстановительного правосудия наряду с судом присяжных может послужить росту авторитета российской судебной системы.

Для создания системы ювенального правосудия необходимо принять три законопроекта: поправки в конституционный закон “О судебной системе”, о том, что все дела, в которых хотя бы один из участников является несовершеннолетним, должны рассматриваться в ювенальном суде. Слушать такие дела должны специально подготовленные судьи. Этот закон был принят в первом чтении в апреле прошлого года, однако пока лежит под сукном.

Дальше необходимо принять закон о ювенальных судах. В одном из вариантов законопроектов планируется создать систему специализированных судов комплексной юрисдикции, сходных с французской системой ювенальной юстиции (единоличный мировой судья по делам несовершеннолетних – коллегиальный суд из трех профессиональных судей, суд присяжных по делам о несовершеннолетних). При этом специальные суды по делам о несовершеннолетних действуют только как суды первой инстанции, пересмотр вынесенных ими решений производиться в общем порядке вышестоящим судом общей юрисдикции.

И третий этап – принятие закона о ювенальной юстиции, который, в частности, прописывал бы взаимодействие ювенальных судов с общественными организациями для создания системы восстановительного правосудия. Восстановительное правосудие – это не только переговоры между потерпевшими и жертвой, но и реабилитация малолетнего преступника: от общения с психологом до передачи в патронажную семью.

Если для создания системы ювенальных судов достаточно выделить средства на новые помещения и оплату сотрудников, то включение в систему ювенального правосудия элементов гражданского общества представляет серьезную опасность для имеющейся системы перевоспитания, например, специализированных закрытых школ для малолетних детей, совершивших преступления. Притом, что условия содержания там мало отличается от колоний, эти заведения принадлежат Минобразования. Если детей передавать в патронажные семьи, подобные колонии могут лишиться клиентов, а вместе с ними и государственных денег. В отличие от аналогичных заведений Минюста, подобные заведения не настолько перегружены, чтобы избавляться от детей.

Главная проблема для развития ювенальной юстиции в том, что это остается для государства, как, впрочем, и для общества, маргинальной проблемой. Единственные, кто этой проблемой озабочены – это НПО, наиболее активны из которых центр “Судебно-правовая реформа” и фонд “Нет алкоголизму и наркомании”. Хотя перспективы развития ювенальной юстиции остаются достаточно туманными, притом, что количество беспризорников на улицах города если не увеличивается, то точно не уменьшается, все равно остается повод для оптимизма. Во время проведения трехдневной конференции, вопреки неприятной тенденции, правоохранители не били кулаками ни по лицам участников, ни по лицам следящих за происходящим журналистов.