| Законопроект «О противодействии терроризму» запретил участвовать в этом процессе главе государства В пятницу Госдума в первом чтении приняла один из главных документов, разработанных после трагедии в Беслане и посвященных антитеррористической деятельности, -- законопроект «О противодействии терроризму». Текст документа родился в недрах ФСБ и Минюста России, затем подвергся обработке парламентариев и был внесен на рассмотрение Думы спикером палаты Борисом Грызловом совместно с группой депутатов и сенаторов.
Авторы законопроекта «О противодействии терроризму» решили, что принятый в 1998 году закон «О борьбе с терроризмом» недостаточно отвечает духу времени. А потому расширили, конкретизировали и ужесточили некоторые нормы этого документа, а также изобрели изрядное количество новшеств.
Среди мер общего противодействия терроризму авторы называют «создание механизма выплаты вознаграждения за предоставление информации, способствующей предотвращению террористической акции, розыску лиц, ее совершивших, или решению иных задач борьбы с терроризмом». Особой строкой прописано участие вооруженных сил при локализации масштабных и особо опасных террористических акций.
Одно из главных новшеств законопроекта -- введение трех особых правовых режимов: режима террористической опасности, режима контртеррористической операции и режима чрезвычайного положения.
Согласно документу, режим террористической опасности вводится по инициативе премьер-министра России или руководителя высшего органа исполнительной власти субъекта федерации при получении информации о возможной подготовке или угрозе террористической акции. Режим может вводиться на отдельных объектах, участках местности, в населенных пунктах, территории одного или нескольких субъектов федерации на срок не более 60 суток.
Механизм введения режима контртеррористической операции и его побочные эффекты прописаны в законопроекте самым детальным образом. Режим вводится руководителем операции в зоне ее проведения. Законопроект запрещает вмешательство в деятельность руководителя контртеррористической операции со стороны любых должностных лиц, включая верховного главнокомандующего. Именно глава операции определяет и границы ее проведения. «При проведении такого рода операции должен быть один руководитель, который имел бы всю полноту власти, ответственности и право единоличного оперативного принятия решений. На него никто не должен давить, -- сказал корреспонденту «Времени новостей» один из разработчиков законопроекта, председатель комитета по безопасности Госдумы Владимир Васильев. -- По ходу проведения каждой спецоперации по освобождению заложников могут возникнуть и возникают ситуации, когда в течение нескольких минут надо принять единственно правильное решение. Попытка ухода от ответственности руководителя операции через «спасительные» консультации с вышестоящим начальством иногда приводит к утрате единственного шанса на успех».
Режим контртеррористической операции предполагает значительное ограничение прав и свобод жителей "опасного" района. Согласно тексту законопроекта, сотрудники правоохранительных органов будут проверять у граждан документы и доставлять их в милицию при отсутствии таковых. Возможно изменение режимов работы систем связи вплоть до прерывания услуг связи, временное принудительное изъятие личных приемопередающих радиостанций, введение контроля телефонных переговоров. Гражданам будет запрещено в установленное время находиться на улицах без специальных пропусков, а лица, проводящие операцию, смогут беспрепятственно проникать в жилые дома.
Предполагается запрещение или ограничение митингов, демонстраций и других массовых мероприятий, продажи оружия, боеприпасов, взрывчатых средств, установление особого режима продажи лекарств, содержащих наркотические средства, спиртных напитков и спиртосодержащей продукции, а также «установление особого порядка деятельности работников средств массовой информации». Однако в тексте закона не объясняется, что это будет за особый порядок.
Законопроект был одобрен 385 голосами. 47 депутатов, а именно представители фракции КПРФ, проголосовали против. Представитель КПРФ Алексей Кондауров пояснил, что коммунисты голосуют против законопроекта, поскольку, по их мнению, в стране уже есть исчерпывающая законодательная база, направленная на борьбу с терроризмом. «Корни терроризма не в отсутствии законодательной базы, а в удручающем экономическом положении в стране», -- считает товарищ Кондауров.
Вице-спикер Госдумы от фракции «Родина» Сергей Бабурин также высказал слова критики в адрес законопроекта, отметив, что концептуально родинцы его все-таки поддерживают. Г-н Бабурин выразил озабоченность в связи с тем, что «некоторые нормы законопроекта могут быть использованы в злонамеренных целях для подавления инакомыслия и социального протеста». Кроме того, Сергей Бабурин обратил внимание на ограничения работы журналистов, налагаемые законопроектом. По его словам, «под понятие террористической деятельности может быть подведена работа журналистов, информирующих о террористическом акте».
По мнению члена комитета по безопасности, депутата фракции «Единая Россия» Геннадия Гудкова, одним из главных недостатков законопроекта является абсолютное игнорирование законодательной власти. «Согласно законопроекту введение режимов, ограничение прав проходит на основе действий исполнительной власти. У нас в стране и так слабо развит институт парламентского контроля. Возникает вопрос: а не появится ли соблазн у какого-нибудь губернатора использовать режим контртеррористической операции для подавления критики в свой адрес? -- сказал г-н Гудков корреспонденту «Времени новостей». -- Мне также непонятно, почему в число ведомств, ведущих антитеррористическую деятельность, не включена служба, которая занимается борьбой с наркотиками. Как же так, ведь мы прекрасно знаем, что террористическое подполье чаще всего связано с наркоторговлей, приносящей сверхприбыли».
Более того, даже представитель президента в Думе Александр Косопкин высказался в том духе, что законопроект не слишком проработан. Так что ко второму чтению в документ могут быть внесены существенные изменения. Ксения ВЕРЕТЕННИКОВА |
