ВСЕ ДЕЛО В ШЛЯПКЕ

ВЛАСТЬ И ЛЮДИ

Конференция «Партнерства правозащитных организаций» проводилась в России впервые. В ней приняли участие более десятка юридических обществ, оказывающих правовую помощь населению. Фонд «Общественный вердикт» выступил устроителем конференции....

Конференция «Партнерства правозащитных организаций» проводилась в России впервые. В ней приняли участие более десятка юридических обществ, оказывающих правовую помощь населению. Фонд «Общественный вердикт» выступил устроителем конференции.

В конференц-зале гостиницы «Россия» обсуждали проблемы прав человека только «свои» — представители негосударственных правозащитных организаций страны, независимые эксперты в области юридического и судебного права. Участников на этот раз было более чем достаточно: Московская Хельсинкская группа, фонд ИНДЕМ, альянс «Новая наркополитика», Институт прав человека, фонд «Мемориал» и другие имеющие вес правозащитные структуры. Все хлопоты организации взял на себя фонд «Общественный вердикт». Приглашения получили около 100 человек из региональных правозащитных групп и несколько москвичей.

За прошлый год суды заслушали: 5 миллионов гражданских дел, 1 миллион уголовных дел, 3 миллиона административных правонарушений, 1 миллион материалов. «Материалы» — это рассмотрение разрешений на прослушку телефонов, квартир, домов; разрешение на принудительное помещение в психиатрические диспансеры и т.д.

«Судебная система, — начал свою речь известный юрист Сергей Пашин, — это большой конвейер, большое предприятие по производству законченных дел. А кто ведет эти дела? Вы посмотрите! Бывшие секретари суда, люди без высшего образования, прикормленные государством и боящиеся потерять место. У судьи нет личности. Судебный институт — как улей с пчелами. Каждая пчела всего лишь обслуживает матку…».

Сергей Пашин резко выступал против инквизиционного проекта Уголовно-процессуального кодекса, чем уже заслужил горячую поддержку правозащитников и недовольство судей и прокуроров. В свое время выступления Пашина о судах присяжных, его инсценировки судебных процессов на конференциях правозащитников имели большой успех. Но Пашин стал «белой вороной в судейской стае», и квалификационная коллегия судей Москвы лишила его судейских полномочий. Формально — за процессуальные нарушения, а по убеждению многих правозащитников — за его реформаторскую деятельность. Сейчас Сергей Анатольевич — профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин МИЭПП.

«Принимать честные решения и действовать согласно закону стало просто опасно для персонала, обслуживающего власть. Честный судья моментально остается без работы, нечестный досиживает свой срок в кресле, а жертвы произвола идут в тюрьму. В российской правовой системе честное решение, как мухомор: он съедобен, но только один раз», — сказал Пашин.

Все правозащитники отметили особое долготерпение своих сограждан. В России — кризисная ситуация, беспредела среди власти становится все больше, но общество соблюдает спокойствие. Правозащитники склонны видеть причину в отсутствии объективного освещения деятельности милиции в российских СМИ. Люди считают, что произвол милиции — вполне нормальная для России практика. То, как Дукалис бьет прикладом плохого дядю и что этот дядя вряд ли может оказаться невинной жертвой милиционера, никого не интересует. «Люди просто уверены, что все происходит правильно», — считает Наталья Таубина, руководитель фонда «Общественный вердикт».

Лев Левинсон — эксперт Института прав человека и руководитель альянса «Новая наркополитика» — начал с истории:

— В декабре прошлого года молодая девушка выбросилась с балкона девятого этажа. До этого ее прорабатывали сотрудники наркоконтроля, взяв на улице с небольшой дозой. Она согласилась сотрудничать с ними после трехдневных «увещеваний». Пришла домой и покончила жизнь самоубийством. Вот такие методы.

Он сказал, что наркотики с момента создания Госнаркоконтроля изымаются у населения каждый день, как картошка. Цифры фантастичны и, казалось бы, должны свидетельствовать о нужности новой структуры. Однако Левинсон предполагает, что такое количество наркотиков в стране говорит только об одном: наркотики подбрасываются. Изымаются из бездонных сейфов Госнаркоконтроля и туда же возвращаются — для статистики.

— Если раньше один наркоман кормил одного полковника и двух оперов, то сейчас он кормит четырех полковников и десяток оперов, — сказал Левинсон.

Социолог Юрий Левада зачитал цифры. «В январе этого года значение индекса произвола вновь вернулось к самому высокому июльскому показателю», — заметил он. Юрий Александрович не готов был объяснить этот факт: «Либо это изменение ситуации в стране, либо произошли изменения в сознании людей».

Левада подвел итоги исследовательской деятельности аналитического центра о милицейском произволе. Левада заметил, что у него нет цели очернить ситуацию, — он просто констатирует факты, полученные из исследований. Самыми обеспокоенными являются москвичи, каждый третий подросток сталкивался с милицией, в 51% случаев власть использует милицию для противодействия своим политическим противникам… Только 2% людей доверяют милиционерам... Комментарий из зала:

— Эти два процента — сами менты.