28 апреля 2005, 11:15 Мнения

Будет прорыв или нет, пресса не узнает

Евгений Сатановский В российско-израильских отношениях необходимо вернуться к тем соглашениям, которые были подготовлены еще 10 лет назад и денонсированы премьером Нетаньягу, считает Евгений Сатановский, президент Института Ближнего Востока.

— Чего ждут от визита президента России в Израиле?

— Разные люди ждут разного. Для кого-то вполне достаточно того, что это первый визит российского лидера в Израиль за все время существования государства. Для кого-то важно понимание того, что это нормальный визит, а не визит против кого-то. Россия на Ближнем Востоке ведет теперь сбалансированную политику, именно поэтому у визита такой маршрут.

Для очень многих профессионалов, в том числе для людей, которые готовили пакеты соглашений в 90-е годы (к сожалению, не реализованных и денонсированых при премьер-министре Нетаньягу), чрезвычайно важным является продвижение нашего сотрудничества в военно-технической области, в области борьбы с терроризмом, в области энергоносителей, в первую очередь - газа, в космосе и в сфере высоких технологий, в науке и в университетском образовании, в котором мы очень сильны.

Соглашения частично были подготовлены, частично были доведены до стадии подписания, и это было сделано 10 лет назад. И по военно-техническому сотрудничеству, и по стратегическому сотрудничеству сил безопасности, и в целом ряде других щекотливых вопросов, и по экономике. В частности, помните проект «Голубой поток»? Его министр Шарон в Москве подписал, а премьер-министр Нетаньягу денонсировал. Это было сделано в том числе под давлением американцев. И я сам немало ругался на эту тему с госпожой Мадлен Олбрайт на разных экспертных форумах. Она была в то время госсекретарем США, и у нее была своя точка зрения на поставки газа.

Так что разные группы истэблишмента ждут разных итогов от визита. Важны не формулировки, потому что все выступают за мирное урегулирование, а важен уровень практических соглашений, которые будут либо подготовлены, либо подписаны, либо обсуждены. Здесь от визита вполне можно ожидать определенных прорывов. Совершенно необязательно эти прорывы уйдут к прессе. То, что путинский визит идет по правильному, с точки зрения американского президента, сценарию, который никогда не был реализован нашими политиками, это уже очень ясный и очень интересный сигнал.

Поездка действительно сбалансированная. Первая страна - Египет, самая серьезная страна арабского мира. И именно там был сделан очень серьезный ход. Путин в интервью газете «Аль Ахрам» сказал о заинтересованности России в безопасном проживании израильтян, выходцев из нашей страны. Это очень серьезный месседж. Такого у нас никогда не было. Я думаю, что египетская элита его тоже очень хорошо поняла. Затем в программе - Израиль, самая сильная экономика и самая сильная армия на Ближнем Востоке, не говоря уже о наших специальных связях. Ну, а не посетить Палестину, главный конфликтный узел Ближнего Востока, уже совсем не возможно, если полагать себя страной, намеренной работать в регионе. Поэтому повторю, что поездка очень грамотно организована.

У нас идут довольно плотные рабочие контакты и с палестинским, и с израильским, и с египетским руководством. Это текущая работа, в результате которой президент России едет на Ближний Восток. Палестина же сейчас не от России зависит. Ответ на вопрос о ее будущем зависит от того, насколько Абас возьмет под контроль своих силовиков и сможет ли он удержать своих исламистов. Здесь ни Америка, ни Россия, ни Европа, ни Израиль помочь ему всерьез не могут. А некоторые акценты в ходе визита российского президента будут проставлены. И в этом отношении его приезд серьезно поднимет шансы Махмуда Абаса, главы палестинской автономии, на то, чтобы он такого рода контроль наладил. Серьезное международное признание этого человека, а отнюдь не только его предшественника Ясира Арафата, — это значительный политический фактор.

— Возможно, российскому президенту придется высказаться по самым острым вопросам текущей стадии ближневосточного урегулирования, в частности по поводу стены или выводу поселений. Как это может быть воспринято?

— Строительство стены - это внутренне дело израильтян и палестинцев. Они разберутся с этим без американцев и без России. Почему кто-то должен на эту тему вообще высказываться? Также и вопрос поселений - это вопрос палестинцев и израильтян. Это не вопрос ближневосточного урегулирования, а вопрос внутренней израильской политики. Вопрос урегулирования может быть замкнут по-разному. Сейчас можно о чем угодно говорить ритуально. Если мы говорим о реальной политике, то здесь очень важно не мешать и, в частности, не вмешиваться в тонкий, щекотливый, деликатный и чрезвычайно болезненный процесс бессмысленными заявлениями. Это касается нас, так же как американцев.

Большего количества глупостей чем то, которое было высказано в международной и израильской прессе по поводу ситуации с сирийско-израильско-российским треугольником, с ситуацией вокруг Ирана и с ситуацией с мирным урегулированием я не читал уже давно. В значительной мере так получилось потому, что пресса здесь сыграла роль сливной воронки, в которую были вброшены маловажные вопросы, позволявшие пошуметь, а серьезные вопросы остались за кадром. Наверное, здесь надо отдать должное аппарату премьер-министра Шарона, который в значительной мере осуществил этот слив информации.

— Как бы вы описали ту внутриполитическую ситуацию в Израиле, на фоне которой проходит визит, в частности - партийный расклад.

— Партийный расклад в Израиле больше не существует. В Израиле больше нет партийной оппозиции. В Ликуде оппозиции больше нет, и премьер-министр Шарон со свойственным ему жестким авторитаризмом что хочет, то и делает. Это может сказаться на внутриизраильской политике, связанной с мирным урегулированием. Я имею в виду жесткую оппозицию премьер-министра, его курса и общества. Израильское общество сейчас расколото. Страна находится на грани оранжевой революции. Действительно оранжевой, потому что флаги района Гош-Катифа, поселений, которые выводятся сейчас из Газы, оранжевого цвета. Такие флаги у них всегда были. Страна может перейти постепенно в преддверие фазы, за которой следует гражданская война. Вот это по настоящему серьезный вопрос. И вот об этом вы вряд ли прочтете в прессе. В том числе потому, что в ней не хватает места, поскольку она забита сирийскими, иранскими и олигархическими материалами. Но это действительно серьезный конфликт.

Премьер министр стар, и он хотел бы уйти, завершив при собственной жизни процесс урегулирования. Он чрезвычайно, и видимо, чрезмерно торопится. Это может привести к тому, что он может не успеть подписать правильные соглашения с Россией и не уделить им должного внимания. Может быть, напротив, он уделит им повышенное внимание с тем, чтобы развязать себе руки хотя бы на этом направлении. В этом случае у нас произойдет долгожданный прорыв в отношениях.

С точки зрения переговоров с палестинцами сложившаяся политическая ситуация чрезвычайно беспокоит. Попытки очень быстро решить вопрос, решение которого может на самом деле занять годы, вызывает обеспокоенность у всех. У Абу Мазена очень короткий временной лимит. Летом у него выборы и он не успевает. У Шарона очень короткий временной лимит - у него возраст и он не успевает. В результате обе стороны могут проиграть, потому что быстрое, но частичное и никого не удовлетворяющее решение вопроса может спровоцировать в краткосрочной перспективе кризис, а возможно и взрыв внутри Израиля.

Беседовал Евгений Натаров