| Юбилейный «Максидром» порадовал составом исполнителей Неплохой звук, конферанс диджеев радио «Максимум» плюс непривычно долгие паузы -- таким предстал фестиваль в год десятилетия. Что и говорить, размах и пафос крепнут год от года, ныне «Олимпийский» был забит до отказа, а афиша пестрела соблазнительными именами новичков и корифеев, от вечной Земфиры и непонятно откуда взявшихся, но активно раскручиваемых на радио провинциальных близнецов «Братьев Гримм» до свеженького открытия британских островов Thirteen Senses.
Лондонцы The Servant -- ребята с модельной внешностью и авторы слезоточивой пауэр-баллады Orchestra, в этом году звучавшей из каждого электроприбора. Соответственно, этой вещью и завершилось их выступление коллектива, что было принято очень хорошо. Удачно выступил «Океан Эльзы». Любимая россиянами украинская группа приехала в обновленном составе и со статусом культурных героев «оранжевой революции»: во время концертно-политического противостояния на майдане Нэзалэжносты «Океан» показывали почти в каждом репортаже, позже Святослав Вакарчук и вовсе оказался чуть ли не советником Ющенко. Звучала группа отменно, играли с драйвом, а материал с грядущего альбома приятно удивил блюзовым мелодизмом и красивыми гитарными соляками. Из старого прозвучали слегка переделанные «Той дэн» и «911». «Я уже знаю, кто выиграл конкурс «Евровидения», -- в девять вечера похвастался Вакарчук. -- Выиграли вы. Потому что пришли сюда, вместо того чтобы смотреть дома телевизор».
Для изрядной части публики хедлайнеры -- Земфира и «Мумий Тролль». Всегда и вне зависимости от заявок в афише. Лагутенко, конечно, прекрасно знает, что выступление его квинтета неизбежно будет одним из пиков «Максидрома». Знает и поэтому отыгрывается на сто процентов. Как ни относись к нашей главной группе, что ни думай про уровень их сочинительства и музицирования, но те несчастные полчаса, что отводятся выступающим, «МТ» смотрится эффектнее всех. Лагутенко умеет придумывать эффектные фишки с минимальным бюджетом. В прошлом году у него изо рта торчали клыки и текла кровь, в позапрошлом он, бездыханный, валялся на крышке белого рояля, а сейчас предстал в совсем уж устрашающем виде. Он был в строгом костюме, но голова и руки главного обложечного красавца глянцевых музизданий скрывались рыхлой белой материей. Не то Фантомас, не то человек-невидимка без очков. В таком виде можно петь что угодно -- «чем угодно» оказались несколько песен с нового альбома, неизбежная «Медведица» и почему-то первый хит «МТ» -- «Кот кота».
Иностранный хедлайнер «Максидрома» все круче и круче. В прошлом году действо закрывали Placebo, в этом, во что долго никто не верил, появились сверхмодные Franz Ferdinand. Год назад, на заре популярности шотландского коллектива, их уже звали в Москву, но что-то не получилось. В уже давнем телефонном интервью лидер команды Ник Маккарти сказал мне, что помимо прочего у музыкантов в Москве есть личный интерес -- визит в квартиру Булгакова: FF зачитываются «Мастером и Маргаритой».
Не знаю, удалось ли Маккарти и Капраносу со товарищи посетить Булгакова в Москве, дом Набокова в Питере или дачу Чехова в Ялте, но в первый же приезд группа дала аж три концерта: в Питере, затем в московском «Б2» (там были хороший звук, мощная энергетика и предсказуемое столпотворение) и на «Максидроме». Гастроли FF оказались настолько своевременными, что спровоцировали большой медийный шум.
Секрет успеха группы, взявшейся ниоткуда и выпустившей сенсационный альбом на независимом лейбле Domino Records, что лет десять назад на ровном месте образовался в городе Глазго, объясняют по-разному. Одни его сводят к безудержному эклектизму; другие -- к выверенности и свежести стиля; третьи -- к похожести либо на битлов, либо, еще хлеще, на Nirvana. По мне стиль FF -- феноменальное соединение ранних The Cure с Roxy Music. От Cure -- истошный вокал, простота и четкость мелодических линий, от Roxy Music -- тотальная стильность во всем, от звука до одежды и видеоклипов (даже на максидромовских мониторах включили черно-белую картинку). Одна из представленных на фестивале песен здорово напоминает Love Cats тех же The Cure, а материал второго альбома группы больше ориентирован на стилистику Дэвида Боуи начала 70-х. Но хочется верить, что секрет успеха FF не в призрачной похожести, а в песнях с оригинальными мелодиями и довольно сложной формой, резко отличной от стандарта «куплет-припев-куплет-бридж-припев-кода». К примеру, хит Take Me Out (публика «Олимпийского» приняла его на ура) начинается с романтического распева, продолжается сбивкой, переходящей в динамичный кусок you say you don't know и завершается кричалкой на take me out. Песни FF -- это постоянная смена бриджей, трансформации мелодии и ритма. Что требует от автора, прямо скажем, несредних способностей. Под занавес группа сыграла песню, с которой год назад и началась ее слава, -- Darts Of Pleasure. FF не рассусоливали, за малое время показали себя по максимуму. Александр БЕЛЯЕВ |
