В Калининградской области научились делать товары под любой иностранной маркой — это не требует больших вложений. Дождется ли регион действительно масштабных инвестиций?

В конце июня Калининград встречал гостей грохотом дорожно-строительной техники. Шум стоял повсюду — власти города самоотверженно осваивали 1,5 млрд рублей, полученных из федерального бюджета на проведение 750-летия Кенигсберга-Калининграда. К началу юбилейных торжеств, 1 июля, гул стих, но оценить качество нового дорожного покрытия местные водители смогли не сразу: центральные улицы города были перекрыты все три дня праздника.

Справедливости ради стоит сказать, что Калининград и область застраиваются на собственные средства. Спрос на недвижимость огромный — в 2000 году квадратный метр жилья в городе стоил $350–500, сейчас — $800–1300, только за последний год рост цен составил 25%. Башенные краны повсюду, куда ни бросишь взгляд. Даже главный местный долгострой — Дом советов на центральной площади города — обрел хозяев. Возведение его началось еще в 1970-м. Два года назад строение купила московская фирма «Протострой» и к 750-летию Калининграда успела вставить окна, покрасить в нежно-голубой цвет фасад, а заднюю часть дома затянуть праздничными плакатами. Новые владельцы собираются превратить советское архитектурное наследие в торгово-развлекательный центр. Суеверные горожане замечают: рано рапортовать, мол, земля, на которой стоит Дом советов, «проклятая». Дом заложили на месте снесенного в 1960-х королевского замка. В этом замке нацисты хранили вывезенную из Царского Села Янтарную комнату, которая позже бесследно исчезла. Строительство дома пытались продолжить в 1980-х, но без особого успеха. А в 1990-х стало не до того — Калининграду открыли границы с внешним миром.

ПРИГРАНИЧНАЯ ВОЛЬНИЦА

В 1991 году с распадом СССР Калининградская область оказалась в окружении независимых государств: с запада — Польша, с востока — Литва. Чтобы как-то компенсировать территориальную оторванность региона от России, Москва разрешила создать здесь свободную экономическую зону. С тех пор вот уже 14 лет в Калининградскую область можно беспошлинно ввозить импортные товары и после некоторой «доработки» отправлять их в другие регионы России — также без уплаты пошлин.

С открытием границ за областью закрепилась репутация «черной дыры», через которую в Россию пошел поток контрабанды. Очень распространенным способом доставки нелегальных грузов был ложный транзит. Импортные товары, ввезенные в область, отправляли по документам на Украину или в Казахстан. Но по дороге, где-нибудь на территории России, товар «пропадал» — водитель заявлял об ограблении или же просто скрывался. После реализации импортной партии грузовики иногда бросали прямо в смоленских лесах: прибыль с лихвой окупала утрату потрепанной фуры.

«Фишка в том, что в России за транзит на границе нужно оставить залоговую пошлину, а у нас это правило ввести «забыли», — объясняет особенности местной торговли бывший контрабандист, а сейчас законопослушный банкир, представившийся Сергеем.

Мы с Сергеем сидим в кафе на берегу залива в десятке километров от областного центра. На столе, естественно, жареный угорь — блюдо №1 местной кухни.

Калининградская «черная дыра», говорит мой собеседник, стала проблемой не только для России, но и для Европы. Акцизные товары, купленные, например, в Германии для Калининграда, нередко пропадали сразу же после пересечения немецко-польской границы, а потом челноки возвращали их на территорию Германии. «Сигарет закупали на область столько, что по статистике каждый житель области, включая младенцев, должен был выкуривать по пять пачек в день, — вспоминает Сергей. — Все были счастливы: мы, поляки, немцы, покупавшие возле границы табак по евро за пачку, тогда как в Германии она €3,5 стоит».

С вступлением Польши в Евросоюз польские правоохранительные органы усилили контроль на прилегающих к Германии территориях, и табачная торговля переместилась на польско-российскую границу. Жители приграничных районов Калининградской области до сих пор зарабатывают на жизнь доставкой дешевых сигарет в Польшу. А организованный контрабандный бизнес, как уверяет мой собеседник, сконцентрирован сейчас на поставках сигарет в Великобританию — морем.

Для борьбы с серыми схемами импорта автомобилей, мебели, сигарет и алкоголя правительство России еще в 1998 году ввело квотирование беспошлинного ввоза товаров «повышенного спроса». К чему это привело? Характерный случай: в августе прошлого года при получении взятки в $150 000 был арестован заместитель губернатора области Владимира Егорова Савва Леонов. Деньги он брал, по данным следствия, за обещание одной из компаний провести в ее пользу аукцион по выдаче квот на ввоз иномарок.

ИМПОРТ С ДОБАВКОЙ

Если ограничивают ввоз готового изделия, значит, нужно ввозить разобранное. Самый анекдотичный случай, о котором рассказывают в Калининграде: на территорию области завезли как-то из Польши скот, забили, разделали и — пожалуйста, беспошлинное импортное сырье для российских мясокомбинатов. Но это, скорее, байка. Всерьез привилегии свободной экономической зоны используют в более крупных масштабах.

Пионером «отверточной» сборки заслуженно считается Владимир Щербаков, бывший вице-премьер последнего советского правительства. В одном из цехов судостроительного завода «Янтарь» он организовал в 1997 году производство корейских автомобилей Kia. В 1999-м его компания «Автотор» наладила также сборку BMW, в июне прошлого года — автомобилей Hummer-H2, а в августе — Chevrolet Tahoe и Chevrolet Blazer. В этом году модельный ряд компании пополнился седанами и внедорожниками Cadillac. В 2004-м «Автотор» произвел более 15 000 автомобилей, на 58% больше, чем годом ранее.

В прошлом году местные чиновники обвинили компанию в неэффективном использовании льготного режима и пригрозили лишить привилегий. Владимир Щербаков тогда в своем письме губернатору Владимиру Егорову признался, что если отозвать льготы, то «объем произведенной участниками проекта продукции снизится примерно с $400 млн в 2004 году до $20–25 млн, так как «Автотор» будет получать в виде выручки только оплату за сборку». Этот пример хорошо показывает «цену вопроса» в отношении льгот.

Как бы то ни было, благодаря Щербакову область стала регионом с собственным автомобильным производством. Здесь выпускается 1,3% всех российских машин.

Примеру «Автотора» последовала компания «Балтмоторс». Предприятие, с 1996 года занимавшееся торговлей автомобилями и техникой для отдыха, открыло в апреле 2004-го цех по производству китайских мопедов и скутеров Qingqi («Чин-чи») под собственной торговой маркой «BM». Предприятие, на котором занято всего лишь шесть десятков работников, должно собрать в этом году 10 000 мотороллеров. «Но, похоже, сделаем гораздо больше», — не скрывает удовольствия начальник производства «Балтмоторс» Олег Орлов: техника пользуется огромным спросом. Можно ли мотороллеры «ВМ» считать российскими? «Конечно, — говорит Орлов. — Уровень российского участия в продукции у нас выше 30%, ведь мы делаем на месте сборку, свою упаковку, сами производим рули». Осенью планируется наладить сборку более серьезной техники — мотоциклов.

Кроме того, в российском эксклаве собирают 48% отечественных телевизоров и более 66% пылесосов. Успехи по части электроники и бытовой техники легко объяснить — для беспошлинного ввоза подобной продукции на территорию России в Калининградской области достаточно добавить к импортным комплектующим лишь 15% стоимости, в то время как по остальным товарам — 30%.

Путь производителям электроники проложила в 2000 году компания «Телебалт». Этот проект запустила одна из московских торговых фирм, специализировавшаяся на бытовой технике. С тех пор производство растет год от года, план на 2005 год — 2 млн телевизоров. «Телебалт» выпускает телевизоры и другую электронику под марками Thomson, Hitachi, Sanyo, JVC и Samsung. По словам председателя совета директоров «Телебалта» Сергея Михлина, скоро к ним добавятся Panasonic и Philips. Под расширение ассортимента компания собирается построить новые цеха.

Я задаю Михлину риторический вопрос: что будет со всеми этими цехами, если льготы отменят? Он отвечает, что даже вне рамок свободной экономической зоны сохранится серьезное конкурентное преимущество — компания выигрывает у других российских сборщиков бытовой техники в логистике, ведь рядом с цехами находится морской торговый порт.

В ОБХОД ПОЛЬШИ И ЛИТВЫ

Уже 1500 лет назад на территории будущей Калининградской области существовали рыбацкие поселения, а к местным берегам подходили корабли викингов. Видимо, этим временем и стоит датировать возникновение здесь водного транспортного узла. В XIV веке город-порт Кенигсберг («Королевская гора») вошел в Ганзу, торговый союз северогерманских городов, и стал важным пунктом перевалки шведских и российских грузов.

Благодаря наличию порта Кенигсберг к началу XX века входил в двадцатку самых богатых и развитых городов Германии. После Первой мировой войны эти территории впервые и стали эксклавом — Восточная Пруссия оказалась оторванной от основной территории страны. Именно тогда для укрепления связи с Германией порт Кенигсберга был значительно расширен. Во время Второй мировой портовые сооружения почти полностью уничтожила авиация союзников, так что при СССР «морские ворота» пришлось строить заново.

В 1998 году у Калининградского морского торгового порта появились новые владельцы, и нынешний генеральный директор порта, сорокалетний Владимир Калиниченко — один из них.

«Когда семь лет назад я стал руководить портом, он находился в достаточно сложном положении», — дипломатично описывает Калиниченко в интервью Forbes состояние, в котором приняли предприятие новые собственники. На самом деле ситуация была почти катастрофической — объем грузопереработки составлял чуть более 2 млн т в год, степень износа основных фондов достигала 75%. Новые владельцы начали переоснащение портового хозяйства. За семь лет выручка увеличилась в 8 раз, с 94 млн рублей в 1998 году до 780 млн рублей в 2004-м.

Как порт привлекает новых клиентов? За счет услуг, которые, казалось бы, совсем ни к чему «морским воротам». На территории порта построен, к примеру, цех по производству белково-витаминных и минеральных добавок, а также цех по доводке фанеры Братского фанерного комбината до европейского стандарта. Загрузка портовых мощностей находится на уровне 70–80%, среди клиентов — крупнейшие металлургические комбинаты страны.

Свой вклад в развитие морских перевозок региона вносят и окрепшие продовольственные компании. Корпорация «Союз» из Санкт-Петербурга, построившая в Калининграде крупнейшую в Европе фабрику по производству специализированных жиров, в июне этого года открыла контейнерную транспортную линию Калининград — Санкт-Петербург. Руководство компании обещает доставлять грузы до Москвы не дороже железнодорожного тарифа, без хлопотного литовского транзита и в пять раз быстрее — за три дня (два дня морем до северной столицы и день фурами до Москвы).

ФЕДЕРАЛЬНАЯ ЗДРАВНИЦА

Литовский транзит отпугивает от Калининграда не только грузоотправителей, но и туристов. Виза для транзита, конечно, не нужна, но многократное появление представителей пограничных служб в вагоне поезда Москва — Калининград удовольствия путешественникам не доставляет.

Главный местный курорт — Светлогорск находится в 38 км от Калининграда. Дорога к нему пролегает в тени вековых лип и кленов. Курорт скромный, но этим летом все желающие могли познакомиться в Светлогорске с миром роскоши. Прямо на городском променаде стоит теперь пятизвездный отель Grand Palace, построенный на деньги, как здесь говорят, «одного очень авторитетного человека». Четырехэтажное строение смотрит на городской пляж и отдыхающих на нем туристов ослепительно новым фасадом с колоннами.

Единовременно туристический комплекс Светлогорска может разместить около 7000 гостей, при этом 90% номерного фонда — в ведомственных и профсоюзных пансионатах и санаториях, доходов городу они почти не приносят. Прибыль дают частные отели, но крупных среди них не более семи. Владельцы гостиниц ругают городские власти за плохие дороги, неразвитую инфраструктуру. Власть разводит руками: откуда деньги взять, бюджет города очень скромный.

В Светлогорск едут со всей России, и вся надежда городских властей — на Москву. Они высказывают конкретные пожелания. Например, администрация просит разрешения ввести собственный налог на туризм (10 рублей с каждого туриста, включая отдыхающих по профсоюзным путевкам). Кроме того, город попытается вернуть себе право на землю, которая сейчас почти полностью принадлежит федеральным властям. Есть и более мощная идея — создать и провести через правительство специальную федеральную программу по развитию города-курорта Светлогорск.

Но земельный вопрос все же главный. За последние пять лет участок в шесть соток в Светлогорске подорожал с $10 000 до $50 000. Квадратный метр жилья в городе сейчас стоит $1000–1400. И это в области, где средняя заработная плата составила в прошлом году 6305 рублей. Кто скупает недвижимость? Все тот же федеральный центр, точнее москвичи. Кто-то — для отдыха в сезон, кто-то хочет просто заработать на росте.

ПОЛНОСТЬЮ МЕСТНЫЕ

После поездки по области и знакомства с многочисленными «отверточными» производствами у меня возник вполне логичный вопрос: в Калининграде вообще что-то производят от начала до конца?

Есть, к примеру, судостроительный завод «Янтарь», который для Военно-морского флота, конечно же, выпускает готовые изделия. Но что касается гражданской продукции, то он отправляет в Германию на доводку лишь корпуса. Или взять крупнейший в мире Янтарный комбинат. Янтарь здесь добывается, но ювелирные изделия из него большей частью производятся за границей.

Когда-то Восточную Пруссию называли огородом Германии. Сейчас в это трудно поверить: поля Калининградской области запущены и заросли боярышником. Однако есть исключения. Если вы увидите здесь поле с почерневшей растительностью, будто напалмом прошлись, знайте: идет восстановление пахотных земель новым собственником. Вместо напалма используется химическое средство отечественного производства «Торнадо», которое уничтожает большинство сорняков. Зачищенное таким образом поле распахивается и засевается полезными культурами.

Из новых полей 12 000 га принадлежат Сергею Семенову и его отцу. Семенов-младший, историк по образованию, пришел в бизнес в 1997 году после окончания Калининградского госуниверситета. Долгое время семейная фирма «Калининград Экспорт-Импорт» занималась лишь торговыми операциями, продавая рапс, пока в 2002-м не начала приобретать сельхозпредприятия. Выгода от инвестиций в землю тройная: на европейских биржах тонна рапса стоит около €220, себестоимость одного гектара земли под рапсом составляет €200, а с гектара снимается примерно 3 т готовой продукции.

Так и будет предприниматель заниматься рапсом на всех своих владениях? По этой культуре уже ощущается избыток предложения, говорит Семенов, да и слишком много компаний стало заниматься экспортом рапса. «Гораздо перспективнее сейчас бобы, — делится он коммерческой тайной. — Цена тонны бобов достигает $135 при себестоимости в $80». Сейчас бобы в области выращивает и экспортирует только «Калининград Экспорт-Импорт». На новую экспортную культуру уже приходится треть из €5 млн годовой выручки компании.

Тридцатитрехлетний Леонид Дембицкий, директор и совладелец зверокомплекса ЗАО «Береговой», тоже из новой волны калининградских предпринимателей. Три года назад он сменил ушедшего на пенсию отца, закупил импортную технику, установил датские автопоилки и довел производительность почти до европейского уровня. По количеству норок зверокомплекс «Береговой» — самый крупный в области, которая сейчас выращивает около 30% этого ценного пушного зверька в России. В этом году Дембицкий продаст 143 000 шкурок норки примерно по €25 за штуку и заработает на этом 30% прибыли. Часть пушнины будет отправлена в собственный пошивочный цех, а затем реализована в виде шуб в собственном же магазине по ценам в два раза ниже московских.

СОСТАВЛЯЮЩИЕ РОСТА

Семенова и Дембицкого не слишком волнует судьба налоговых и таможенных льгот, они больше увлечены производственными процессами. Однако для области в целом вопрос особой экономической зоны остается самым насущным.

Калининград стал заложником таможенных льгот. Это сказывается, в частности, на невысоком уровне иностранных инвестиций в, казалось бы, самый близкий к Европе российский регион — чуть более $180 млн за последние четыре года. Крупным иностранным компаниям, несмотря на все льготы, нет смысла открывать здесь масштабные производства — место уже застолбили недорогие по затратам сборочные цеха.

Помимо льгот, регион получает еще и дотации из федерального бюджета. В прошлом году расходы регионального бюджета составили 11,5 млрд рублей, при этом собственные доходы составили лишь 8,8 млрд рублей. Региональные власти не устают говорить о темпах роста производства, превышающих общероссийский уровень.

Если отбросить дочерние компании ЛУКОЙЛа, добывающие здесь нефть, рост обеспечивают все те же «сборщики»: производство автомобилей за счет «Автотора» поднялось в 2004 году на 72,6%, телевизоров выпускалось больше в 2,6 раза, электропылесосов — на 90% (спасибо «Телебалту»). На прошедшей 3 июля в Калининграде встрече президента Владимира Путина с деловыми кругами местный бизнес был представлен в основном «переработчиками» импортных товаров. Глава крупнейшей в области рыбодобывающей компании «Морская звезда» Александр Шахов комментирует: «Нас на встречу даже не позвали. О рыбной отрасли не было сказано ни слова». А между тем область, в которой проживает лишь 0,65% российского населения — около 1 млн человек, обеспечивает свыше 30% общероссийского производства рыбных консервов (и почти столько же мясных).

Каким отраслям будет отдаваться предпочтение в будущем? По мнению Андрея Крайнего, руководителя рыбного порта, с этим нет ясности даже у федеральных властей. «Льготами Москва просто от нас откупается, — считает он. — А как не откупиться, если местная власть все время просит, шантажирует своей оторванностью. Вы обозначьте идею, например, что через три года каждый житель области будет получать зарплату, как в Литве. А под эту идею уже и надо верстать законы». Пока же такой идеи нет.

Зона предпродажной подготовки