| Вместо системы «свой-чужой» от Су-27 Литва получила коробку с мусором Конфликтная ситуация вокруг упавшего на литовской территории российского истребителя Су-27 вчера достигла апогея. Дело в том, что литовская сторона официально заявила: система опознавания «свой-чужой» разбившегося самолета находится у нее.
Авиаторы знают: можно пожертвовать обломками самолета, махнуть рукой на выводы чужой комиссии, но никак нельзя лишиться кодовой системы опознавания. История знает грустные примеры. После знаменитого перелета старшего лейтенанта Виктора Беленко на МиГ-25 в Японию американцы раскусили схему выработки кодированного сигнала ответчика и попытались сделать аналогичную. Если бы это произошло, все американские военные самолеты, корабли и подводные лодки легко могли бы выдавать себя за советские. Это равносильно поражению в войне. Тогда СССР срочно пришлось заменять все ответчики. Это вылилось в астрономические по тем временам траты -- 5 млрд рублей.
Поэтому в нынешней истории российские военные авиаторы вчитывались в каждое сообщение о работе литовской комиссии и задавались тревожным вопросом: действительно ли ответчик цел? Если да, то надо срочно принимать меры, причем меры глобальные. И только вчера, получив из различных, в том числе и конфиденциальных, источников заверения о недееспособности ответчика с Су-27, руководство Минобороны России поставило точку: разговоры о том, что система могла попасть в чужие руки, -- «спекуляции и колебания воздуха», как выразился министр Сергей Иванов.
Специалист в сфере расследования летных происшествий расшифровал «Времени новостей» уверенность российских военных. По его словам, система опознавания может быть уничтожена нажатием летчиком соответствующей кнопки. Если эта кнопка не нажата, ответчик самоуничтожится либо при выбрасывании катапультного кресла, либо при ударе самолета о землю.
Так что, считает собеседник газеты, литовские военные просто блефуют. Непонятно, правда, зачем. Возможно, чтобы подкрепить свой вчерашний запрос правительству о выделении 20 млн долл. на закупку нового трехмерного радара. Литовские военные, конечно, могут не передавать России все, что осталось от истребителя после аварии, никакие ныне существующие международные правила их к этому не обязывают -- речь идет о военном самолете. В недалеком прошлом между СССР и США был договор о предотвращении инцидентов над нейтральными водами. И когда в 1969 году пролетавший рядом с американским авианосцем советский бомбардировщик Ту-16 задел надстройку корабля и рухнул в море, американцы вернули Советскому Союзу все, что не затонуло на солидной глубине, а осталось на плаву. В том числе и тело одного летчика.
Если у литовской стороны что и есть от системы «свой-чужой», то это простой металлический ящичек размером примерно 20 на 20 см, внутри которого невразумительные после подрыва обломки. Собрать их невозможно, тем более восстановить некогда заложенную в устройство математику шифра. Только эти обломки литовская сторона и может представить на намеченном совещании военных и дипломатов стран НАТО. Возможно, именно поэтому представители военного ведомства Литвы так секретят время и место тайного саммита. Можно не возвращать России и упомянутый металлический ящичек. Только зачем Литве и НАТО этот металлолом? Николай ПОРОСКОВ |
