Original Material
Афганистан не Ирак
Путин объяснял это Карзаю
Проблема задолженности Афганистана перед Россией (точнее, перед бывшим СССР), составляющей, по оценкам Москвы, 10 млрд долл., является ключевой в российско-афганских отношениях. Дело в том, что согласно российскому законодательству правительство России не имеет права предоставлять финансовую помощь, выдавать какие-либо кредиты странам, долговые обязательства которых по отношению к Москве не урегулированы или тем более не признаются. Именно этим объясняется заявление по данному вопросу, сделанное в Лондоне накануне международной конференции по Афганистану замминистра финансов России Сергеем Сторчаком.Не случайно эта тема стала одной из основных в беседе Владимира Путина и президента Афганистана Хамида Карзая, состоявшейся в Астане 11 января во время торжеств по случаю инаугурации президента Казахстана. Российско-афганские переговоры оказались в те дни на периферии общественного внимания -- их затмили драматические перипетии газовой войны между Украиной и Россией и результаты переговоров Путина и Ющенко.
Отвечая на ожидания Кабула о списании своего долга перед Москвой, российский президент уже тогда откровенно дал понять -- одного признания этого долга афганским руководством будет недостаточно. Россия списала в 2003--2004 годах Багдаду несколько десятков миллиардов долларов долга в расчете на преференции при получении контрактов на освоение иракских нефтяных месторождений. Но этот опыт оказался печальным.
Повторять этот путь Москва не хочет. Ведь ей придется объяснять россиянам причины для такой благотворительности и отвечать на вопрос, что Россия получит от Кабула взамен. По информации «Времени новостей», Путин в Астане попросил Карзая найти веские аргументы в пользу списания долга, которые помогли бы Кремлю обрести в этом вопросе поддержку российского общества. Речь идет об участии в конкретных проектах по восстановлению афганской экономики, которые Кабул мог бы предложить России. Президент России сам подсказал, что было бы интересно Москве -- продолжение геологоразведочных работ в поисках нефти, газа и рудных месторождений, которые были начаты в Афганистане еще во времена СССР, и участие в разработке уже открытых тогда запасов. Тем более что в России еще живы геологи и специалисты, принимавшие участие в тех изысканиях.
Хамид Карзай пообещал Владимиру Путину дать поручение своим специалистам подготовить такие предложения. Афганский лидер заверил, что интерес к экономическому сотрудничеству с Россией в его стране в последнее время неуклонно возрастает. В Москве также готовы дать конкретные предложения на эту тему.
Интересная дискуссия, по сведениям «ВН», состоялась между российским и афганским президентами и относительно роли талибов в нынешней политической ситуации в Афганистане. Одним из поводов для беседы послужили известия о том, что кабульское руководство якобы готово пойти на примирение с бывшим лидером движения «Талибан» муллой Омаром. На вопрос Путина Карзай ответил, что эта новость -- результат неправильной интерпретации высказываний его пресс-секретаря. На самом деле, сказал афганский президент, речь шла лишь об условиях сдачи муллы Омара властям.
Развивая тему, Путин предостерег Карзая от иллюзий, связанных с надеждой найти поддержку среди бывших лидеров талибов -- «они все равно не признают вас своим...» Реальную поддержку, по убеждению российского президента, Кабул может получить лишь от тех, кто с оружием в руках сражался с талибами, хоть с ними подчас и непросто работать. Речь идет о представителях бывшего Северного альянса Афганистана, несмотря на то что часть из них являются политическими оппонентами Хамида Карзая.
Президент Афганистана в ответ поделился своими соображениями о том, кого он видит убежденными талибами и, следовательно, своими противниками, а кого всего лишь одурманенными пропагандой со стороны враждебных сил в соседних с Афганистаном государствах. К последним он относит простых необразованных пуштунов, на которых сделали ставку талибские муллы и их зарубежные спонсоры. Эти объяснения, очевидно, нашли понимание со стороны Путина.