Original Material
Следующий после Милошевича?
30 апреля истек срок ультиматума, предъявленного Евросоюзом властям Сербии и Черногории (СиЧ), которые предположительно укрывают Младича: либо его выдадут Гааге, либо переговоры о перспективах европейской интеграции СиЧ будут прерваны. Переговоры были назначены на 11 мая, но неизвестно, состоятся ли они.
Есть версии, что Младич уже в руках Белграда, но среди сербского руководства нет единства по его выдаче. Координатор пакта по стабильности Юго-Восточной Европы Эрхард Бусек уверен, что 10 мая, за день до начала переговоров с ЕС, Младича все-таки выдадут. Руководитель Центра Средиземноморья и Черноморья Института Европы РАН Алла Язькова в интервью "Времени новостей" согласилась с этим мнением: «Несмотря на очень сильное внутриполитическое противостояние, вопрос с выдачей Младича будет решен, хотя и, как это часто бывает, с запозданием».
Эксперт пояснила, что противостояние есть между премьером Коштуницей, «связанным с военными кругами -- противниками выдачи генерала, особенно после смерти в тюрьме МТБЮ в марте Слободана Милошевича», и президентом Сербии Борисом Тадичем. Есть и более глубокие разногласия между сербскими «европеистами» и «почвенниками, предпочитающими вариться в своем балканском котле», а не в Единой Европе. По мнению г-жи Язьковой, для СиЧ срыв переговоров с ЕС усугубит и без того тяжелое положение накануне предстоящего 21 мая черногорского референдума о независимости.
Борислав Милошевич -- юрист, экс-дипломат и брат покойного Слободана Милошевича -- сказал вчера «ВН»: «Совершенно очевидно, что власти хотели выдать Ратко Младича, но не смогли». Комментируя же сам ультиматум ЕС Белграду, г-н Милошевич подчеркнул, что «такой шантаж» предпринимается не впервые, дабы «продлить жизнь скомпрометировавшему себя МТБЮ». Он напомнил, что трибунал политизирован, «носит явно антисербский уклон» и пытается «адаптировать под себя нормы международного права».
«Элементы дискриминации» в деле Ратко Младича отметила и г-жа Язькова. Ведь многие сербы считают, что преступления генерала относятся к боснийской войне, где военные преступления совершались и боснийскими мусульманами, «но в отношении сербского военного командования Гаага наиболее активна». В ходе войны, по данным Борислава Милошевича, в Боснии уничтожены 93 сербские деревни.