Мировые цены на нефть вновь подтвердили всем прогнозистам свою непредсказуемость и некоторое время шли вниз. Рост возобновился, но цена, по которой сегодня торгуется нефть Urals на мировом рынке, уже ниже расчетной оценки $61 за баррель, которая заложена в проекте федерального бюджета на 2007 г. (напомним, что до августовской корректировки прогноза нефть оценивалась в $58 за баррель и бюджет был дефицитным). Правительство уже направило бюджет в Государственную думу, где он будет рассмотрен в первом чтении 22 сентября.

Ситуация возникает довольно нестандартная и беспрецедентная в новой российской финансовой истории. Вообще говоря, у правительства и депутатов есть три линии поведения.

Во-первых, можно понизить прогноз цены на нефть и, соответственно, урезать бюджетные доходы и расходы, тем более что обоснованность прогноза собираемости налога на добавленную стоимость также подвергается экспертами острой критике. Это был бы, пожалуй, самый взвешенный подход, но вероятность того, что он восторжествует, на наш взгляд, невелика – несмотря на заведомую неэффективность бурного роста ассигнований по целому ряду расходных статей, слишком высоки политические риски отказа от уже заявленных обязательств.

Во-вторых, в соответствии с известной максимой, если реальность не соответствует плану, можно ее проигнорировать. Иными словами, правительство будет настаивать на обоснованности своей оценки, а депутаты с этим дружно согласятся. Сложно спорить с тем, что при нынешнем устройстве парламентских процедур этот сценарий вполне вероятен, тем более что лидеры партии парламентского большинства уже заявили о безусловной поддержке бюджета в первом чтении.

Но наиболее вероятным представляется третий сценарий. Правительство в очередной раз призовет депутатов к умеренности в расходах, но воздержится от внесения изменений в основные характеристики бюджета в первом чтении (как известно, на этой стадии утверждаются общая величина доходов, расходов, дефицита или профицита). Если же в ближайшие недели нефтяные цены закрепятся на текущих уровнях, то прогнозная цена в бюджете будет снижена, но это будет компенсировано техническими корректировками других основных его предпосылок – экономического роста, инфляции и т. д., и расходы останутся неизменными.

Если же этого будет недостаточно, бюджет можно вернуть в дефицитное состояние. Нежелание идти по этому пути вполне понятно, поскольку последний раз дефицитный бюджет принимался на 1998 г. Таким образом, возвращение бюджетного дефицита при мировых ценах на нефть, которые в несколько раз выше тогдашних, по сути, станет не самой лучшей оценкой бюджетной политики правительства за целый ряд лет и, будучи весьма важным с символической точки зрения, может привести к перелому настроений инвесторов.

Последняя линия отступления – очередное снижение уровня отчислений в стабфонд. Это будет уже весьма серьезным сигналом, что государственный бюджет стал заложником негативной политической ситуации в стране.

Жесткие и непопулярные бюджетные решения все равно придется принимать – и лучше это сделать раньше, чем позже. Очень не хотелось бы, чтобы страна вновь скатилась к ситуации середины 90-х гг. – к поступательному разрушению основ бюджетной политики, к лавинообразному нарастанию разрыва между имеющимися ресурсами и обязательствами государства, что всегда приводит к финансовым кризисам.

БЮДЖЕТ: Дефицит легких решений