СИЛОВИКИ ПРИПЕЧАТЫВАЮТ ПОТИХОНЬКУ

Расследование

Катастрофа. Так можно оценить то, что сегодня происходит с высшим образованием в России. Оно стремительно деградирует, и пока не видно признаков, которые говорили бы о попытках государства хоть как-то повлиять на этот процесс....

Катастрофа. Так можно оценить то, что сегодня происходит с высшим образованием в России. Оно стремительно деградирует, и пока не видно признаков, которые говорили бы о попытках государства хоть как-то повлиять на этот процесс. Расследование, которое провела «Новая газета» (№ 30, 33, 58 за 2006 г.), вскрыло механизм разложения системы образования, главную роль в котором играют чиновники. Те чиновники, которые по долгу службы обязаны следить за качеством образования и пресекать всяческие попытки использовать вузы в криминальных целях.

Расследование «Новая» начала с деятельности своеобразной корпорации, объединяющей коммерческие вузы в Москве и десятки филиалов в различных регионах страны и за рубежом. Во главе этой структуры стоит некий Евгений Волков. По грубым подсчетам, ежегодный доход корпорации составляет 40—50 млн долларов. Практически вся эта сумма укрывается от налогов, поскольку обучение налажено по двойному принципу: меньшая часть студентов обучается легально, большая — нелегально. Именно эта схема лежит в основе функционирования коммерческих вузов, определяет экономический интерес их создателей и формирует поведение людей, призванных думать об интересах общества и государства. Это поведение крайне цинично.

В реестрах не значатся

Изучение образовательного бизнеса привело к пониманию того, что корпорация Волкова — не единственная в России. Таких корпораций сформировалось несколько. И, что характерно, они возникли не только на базе коммерческих вузов. Санкт-петербургский опыт использовали и вузы государственные.

Говоря о корпорациях, следует иметь в виду, что как самостоятельные структуры они не значатся ни в одном реестре. Они объединяются общими учредителями и собственниками, внутренними связями и авторитетом руководителя. Все эти корпорации, как считают эксперты, патронируются узкой группой лиц, имевших или имеющих отношение к образовательной сфере и занимающих сегодня в структурах власти исключительно высокое положение.

По данным специалистов, в России 40 процентов предприятий бизнеса под контролем мафии. По некоторым оценкам, эта цифра вдвое больше. В образовательном бизнесе действуют те же законы, что и в любом другом предпринимательском деле. А это значит, что и здесь примерно половина вузов находится в руках определенных групп, использующих образование в корыстных интересах. Они делают бизнес на некачественном обучении, на торговле фальшивыми дипломами и научными степенями.

Правила, которые выстроило общество, порождают в умах молодых два параллельных мира. Один — теоретический, состоящий из декларируемых обществом ценностей, а другой — реальный, в котором эти ценности повсеместно попираются.

Что рождается в результате борьбы этих двух взаимоисключающих миров?

Изгои

Похоже, над этим не задумываются ни в Министерстве образования, ни в Российской академии образования, ни в Совете безопасности при президенте России. Нигде. Кроме незначительной части преподавателей вузов, пытающихся по-донкихотски противостоять разрушению образовательной системы. В итоге это заканчивается их преследованием и изгнанием из вузов. О таких примерах в редакцию написали читатели из Казани, Иркутска, Башкирии, Москвы…

Доктор экономических и юридических наук, профессор Федор Кулинцов вынужден был покинуть Московский институт международных экономических отношений (МИМЭО) потому, что не был согласен с ложью, составлявшей основу деятельности вуза. (Об этом институте наша газета уже писала. Он входит в волковскую корпорацию и является ее базовым учебным заведением.) Например, в рекламных проспектах МИМЭО сообщается: 37 процентов профессорско-преподавательского состава института — доктора наук, 62 процента — кандидаты. На самом же деле докторов было только два, кандидатов — 6. Более того, на то время, когда Кулинцов работал в институте, у деканов семи факультетов не то что ученой степени — не было высшего образования! Кафедрой бухгалтерского учета заведовал кандидат физико-математических наук, а бухгалтер без высшего образования читала ведущий предмет — бухгалтерский учет и аудит.

Мало того что в вузе лекции читали низкоквалифицированные специалисты, так, оказывается, здесь еще и студентам, как утверждает доктор Кулинцов, «недодавали» необходимого количества часов. За пять лет студент должен прослушать 8208 часов лекций, на самом же деле прослушивал не более тысячи!

Фиктивное образование влекло за собой и фиктивную сдачу экзаменов. Как рассказал бывший преподаватель вуза, очень многие студенты экзамены не сдавали вовсе. В экзаменационных ведомостях им выставляли оценки автоматически. Доктора Кулинцова постоянно вынуждали участвовать в мошенничестве, но он отказывался, из-за чего в конце концов вынужден был покинуть вуз.

Мошенничество в вузе было бы невозможно, если бы его не поддерживало Министерство образования. Здесь были прекрасно осведомлены и о качественном составе преподавателей, и об «урезанных» лекциях. Тем не менее лицензию на право образовательной деятельности выдавали регулярно. Корень зла, убежден доктор Кулинцов, — в засилье в Министерстве образования людей, способствующих процветанию криминального образовательного бизнеса. Они или входят в соучредители коммерческих вузов, или получают свой процент от «крышевания».

Именно об этом с риском для жизни писал в своих обращениях в правоохранительные органы генеральный директор «Смольного университета» Александр Мигунов. О трагической судьбе этого человека «Новая» рассказывала дважды (№ 30, 58 за 2006 г.). Генеральный директор на примере «Смольного университета» обращал внимание компетентных органов на сращивание руководителей вузов, чиновников Министерства образования, администрации Санкт-Петербурга, сотрудников правоохранительных органов. Все вместе, писал Мигунов, они создали прочную систему поруки, при которой невозможно отстоять образовательные стандарты, определенные законом.

На тревожные письма генерального директора не отреагировал никто. Точно так же, как никто не захотел всерьез разбираться и с письмами доктора Кулинцова. Он обратился в Федеральную антимонопольную службу и потребовал провести проверку соответствия рекламы вуза реальному положению дел. Ему ответили: в вузе все в порядке.

Доктор направил письмо в ГУВД Москвы: настаивал на возбуждении уголовного дела по факту некачественной подготовки специалистов, а, следовательно, и по факту незаконной выдачи дипломов. Но и на этот раз получил стандартный ответ: оснований для возбуждения уголовного дела нет.

Доктор обратился к министру внутренних дел генералу Нургалиеву — ответа не последовало. Направил телеграмму директору ФСБ генералу Патрушеву — тишина. После этого доктор вынужден был обратиться с письмом к президенту Владимиру Путину. Из канцелярии пришел ответ: письмо получили, спасибо.

Диссертации пекут как блины

Непреодолимая стена встала между обеспокоенным обществом и государством.

У этой непроницаемости одно объяснение: от образовательного бизнеса кормятся на всех этажах власти, его услугами пользуются крупные чиновники, депутаты Госдумы, губернаторы и мэры крупных городов. Лишь иногда имена таких «клиентов» всплывают в печати. Как, например, бывшего губернатора Ямало-Ненецкого округа Владимира Бутова. В прошлом несколько раз судимый, он приобрел липовый диплом об окончании одного из московских вузов и благодаря этому стал хозяином нефтяного Севера. Выяснилось, что, ни дня не обучаясь в вузе, приобрел диплом и мэр Волгограда Евгений Ищенко.

Если бы стало возможным опубликовать полные списки российских чиновников, купивших дипломы, думаю, общество испытало бы шок. Точно так же, как если бы узнало природу обретения научных степеней некоторыми публичными деятелями.

Изданный в 2002 году «Аннотированный список диссертационных работ, защищенных в Санкт-Петербургском университете МВД России в 1993—2001 годах» сообщает: за девять лет здесь защитились свыше тысячи соискателей. Среди них — видные политики, государственные деятели, крупные чиновники правоохранительной системы. Каждые два-три дня — кандидат или доктор наук!

Следует заметить, что это именно тот вуз, который в конце 1990-х — начале 2000-х возглавлял генерал Кикоть. (Сейчас он — начальник департамента кадрового обеспечения МВД России). Именно его жена — один из учредителей «Санкт-Петербургского научного центра», о котором говорят не иначе, как о центре изготовления докторских и кандидатских диссертаций. Директор именно этого центра был одним из тех, кто формировал в «Смольном университете» черную кассу. (За что и получил условный срок.) Именно в Санкт-Петербургском университете МВД защищал докторскую тогдашний прокурор города Иван Сыдорук. И именно городская прокуратура вывела из уголовного дела ряд крупных фигурантов, тесно связанных с генералом Кикотем. Один из таких фигурантов — ректор «Смольного университета» Игорь Скопылатов, организатор нелегального образовательного бизнеса, расстрелянный киллером.

Приводя эти и другие факты, связанные с запутанной криминальной историей, «Новая газета» настаивала на объективной и всесторонней их проверке, особенно на выяснении в ней роли генерала Кикотя. Вот как такую проверку проводили. В Санкт-Петербург выехали несколько высших офицеров Управления собственной безопасности МВД. Они вызывали к себе сотрудников, в той или иной степени причастных к расследованию убийства, и пытались выяснить, не от них ли в СМИ произошла утечка информации.

Где печатают фальшивые дипломы

Как мы уже говорили, некачественное образование, а фактически продажа дипломов под видом обучения — только часть проблемы. Вторая ее часть в том, что страну заполонило производство фальшивых дипломов. Их поток так велик, что левые дипломы продаются совершенно открыто. Интернет забит объявлениями: учиться не нужно, платите деньги — и вы дипломированный специалист! Именно через интернет по заданию редакции я приобрел диплом Московского института международных экономических отношений (МИМЭО). Редакция опубликовала факсимиле диплома, и генеральный директор ОАО «Перспектива» Александр Костин, проверив базу данных, сообщил редакции: диплом отпечатан Гознаком, в мае 2004 года отправлен в Южно-Российский государственный университет экономики и сервиса, расположенный в городе Шахты Ростовской области.

Каким образом диплом оказался на черном рынке Москвы? Пока мы в редакции размышляли над этим, раздался звонок из Шахт: диплом № ВСВ 0655056 вручен выпускнику их вуза, который сейчас работает в городе Талнах Красноярского края.

Выходит, какой-то из двух дипломов — липовый. Редакция обратилась в экспертно-криминалистический центр МВД России. В ЭКЦ сообщили: диплом, приобретенный «Новой газетой» через интернет, — фальшивый. Качество его изготовления оказалось столь высоко, что поразило экспертов.

Где могут печатать дипломы, качество которых не уступает качеству документов, изготавливаемых Гознаком? Ведь прежде чем приступить к изготовлению дипломов, нужно приобрести специальную бумагу строжайшей отчетности с несколькими степенями защиты. Во-вторых, необходимо иметь дорогостоящее типографское оборудование. В-третьих, нужно знать серии и номера дипломов, изготавливаемых в Гознаке, чтобы проставить их на подделанных документах. А в том, что производство фальшивых дипломов поставлено на поток, сомневаться не приходится. Редакция получила информацию о том, что оперативники с Житной заинтересовались происхождением диплома из той же партии, которую ОАО «Перспектива» направила в шахтинский университет.

Очевидно, что наладить массовое производство высококачественных дипломов могут лишь там, где печатают высококачественную легальную продукцию. Бывший генеральный директор «Смольного университета» Александр Мигунов рассказал такой эпизод. В июне 2002 года университет все еще не мог получить дипломы для вручения выпускникам. За содействием Мигунов обратился в Министерство образования. В коридоре встретил давнего знакомого — важного чиновника — и поведал ему о своей проблеме.

— А зачем тебе Гознак? — сказал знакомый. — Давай отпечатаем дипломы в типографии администрации президента. Сколько тебе нужно? Завтра будет готово.

Из сказанного ясно, что в типографии администрации президента могли выполнить неразовый заказ — изготовление дипломов здесь, похоже, было поставлено на поток. В этой связи обретает особое значение информация, полученная «Новой газетой», о том, что к криминальному бизнесу имеют прямое отношение офицеры ФСО, о чем газета уже подробно писала.

Десять лет назад мне довелось соприкоснуться с делом чрезвычайно серьезным и сложным. Сотрудники РУБОПа Хабаровского края обнаружили подложные векселя Сбербанка России и Финансового энергетического союза. Им удалось выяснить, что фальшивых акций отпечатано на 250 млрд неденоминированных рублей. Операция по превращению ценных бумаг в деньги должна была проводиться в масштабах России. Только в Хабаровском крае предполагалось обналичить векселей на 7,16 млрд рублей. Управлялась операция из офиса на Зубовском бульваре людьми ГРУ. К сожалению, сотрудникам РУБОПа не удалось доподлинно установить типографию, в которой печатались фальшивые векселя. Но один из оперативников высказал весьма любопытную версию. Он не исключает, что фальшивые векселя могли быть изготовлены в закрытой типографии МВД, которая печатала так называемые документы прикрытия: паспорта, военные билеты, удостоверения и прочие бумаги, которыми пользуются оперативные службы для ведения оперативной работы.

Понятно, что документы прикрытия ничем не должны отличаться от документов, отпечатанных в типографиях Гознака. Вот почему подделанные векселя оказались настолько высокого качества, что обнаружили их только благодаря оперативной информации и новому современному оборудованию.

Расследование дела закончилось арестом нескольких мелких исполнителей.

Если версия о том, что фальшивые векселя отпечатаны в секретной типографии МВД, верна, то можно лишь догадываться о размахе подпольного бизнеса, налаженного под крышей правоохранительного ведомства. Трудно представить, что сложнейшую акцию задумали и реализовали рабочие типографии втайне от своего руководства. Неслучайно в деле мелькают имена офицеров спецслужб, а также факты, что к реализации векселей были подключены люди из криминального мира — лидеры преступных сообществ, в частности солнцевской ОПГ. Специалисты из компетентных органов, с которыми я обсуждал эту тему, утверждают: проведение такой акции невозможно без участия кого-то из высшего руководства МВД.

Согласитесь, лучшего места для печатания фальшивок, чем закрытая типография МВД, трудно придумать. Сюда никогда не нагрянет ни налоговая полиция, ни оперативники ФСБ, ни следователи Генпрокуратуры.

Если вчера здесь могли печатать фальшивые векселя, то почему сегодня не могут печатать фальшивые дипломы?

Выводы

Подводя итог многомесячному журналистскому расследованию, можно сделать несколько выводов.

Первый. Качество образования в России стремительно падает. Согласно исследованиям, проведенным британской газетой «Таймс», из всех российских вузов лишь МГУ попал в список качественных высших учебных заведений мира. Он на 93-м месте.

Второй. Громкие заказные убийства и серийные покушения на жизнь руководителей вузов в 2002—2004 годах, сопровождавшиеся демонстративным бездействием правоохранительных органов, региональных и федеральных властей, подвели черту под завершением процесса формирования крупных преступных сообществ в сфере образования.

Третий. В криминальном образовательном бизнесе активно участвуют сотрудники правоохранительных органов.

Четвертый. На сегодня в стране нет институтов власти, на которые можно было бы возложить надежду, что проблема «черных дипломов» в ближайшие годы будет решена.