| Путин пообещал в Лахти не мешать Грузии строить общее государство с Абхазией и Южной Осетией Ужин с Путиным в Лахти вечером 20 октября ожидали с напряжением, а потому готовились к нему особенно тщательно. Причем все без исключения -- главы государств 25 стран Евросоюза, собравшиеся на свою неформальную встречу в Финляндии, журналисты и финская свободолюбивая публика. Представители последней, размахивая разнообразными флагами, толпились у самого входа в конгресс-центр «Дом Сибелиуса». Развевавшийся кумач с серпом и молотом соседствовал здесь с флагом Ичкерии, грузинский флаг реял на фоне бородатого Че... Отдельная группа людей стояла с портретами Анны Политковской и горящими свечами в руках. Еще один пикет выделялся большим транспарантом «Путин, Карелия принадлежит Финляндии!».
Российский президент интересовал всех. «Что вы скажете Путину?» -- кричали журналисты, встречавшие прибывавших на саммит евролидеров. Те в ответ молча улыбались и делали «привет» ладошкой. Очевидно, если бы не Путин, не рванула бы в Лахти такая армада прессы со всего континента. Репортеры готовились к политической корриде, где респектабельная Европа будет терзать хозяина Кремля. Ведь именно жесткий разговор с Путиным предрекал за несколько дней до саммита председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу. Он обещал спросить с него за притеснения грузин в России, за убийство Политковской, за отказ от ратификации Энергохартии для Европы...
А тут еще странный привет через израильского премьера Путин передал накануне президенту Израиля Моше Кацаву, оказавшемуся в центре сексуального скандала. С вопроса об этом привете началась пресс-конференция трех руководителей европейских руководителей -- г-на Баррозу, верховного представителя Евросоюза Хавьера Соланы и финского премьера Матти Ванханена.
«Как вы можете иметь дело с человеком, восхищающимся насильником?!» -- с возмущением бросил им корреспондент британской «Гардиан». Председатель Еврокомиссии в ответ даже бровью не повел. «Мы нуждаемся в прозрачных отношениях с Россией и намерены вести с ней честный, откровенный диалог», -- сказал Баррозу. При этом имя ни российского, ни израильского президента названо не было.
А Солана и Ванханен сочли интерес не оценившего по достоинству кремлевский юмор британца и вовсе исчерпанным. Им пришлось отвечать на другие связанные с Путиным вопросы -- российско-грузинский конфликт и угрозы Москвы распространить косовский прецедент, если краю будет предоставлена независимость, на сепаратистские образования на постсоветском пространстве. Их комментарии были более чем политкорректны. Представитель ЕС и финский премьер ясно дали понять: за час до ужина с московским гостем высокие еврочиновники были настроены уже почему-то гораздо более миролюбиво, чем еще пару дней назад.
Что произошло за это время, сказать трудно. Не исключено, что на Брюссель произвела впечатление та небрежность, с которой в Москве отнеслись к выдержанной в жестких тонах резолюции Совета ЕС от 17 октября, осуждающей грузинскую политику России. Это отношение, отвечая на вопрос корреспондента «Времени новостей», выразил перед вылетом в Лахти помощник российского президента Сергей Ястржембский: «Резолюция ЕС принята, чтобы удовлетворить общественное мнение Европы». А посол России в ЕС Владимир Чижов и вовсе, как утверждает агентство UPI, «поверг европейцев в шок, ответив на заявление ЕС предупреждением, что президент Путин будет недоволен, если европейские лидеры в Финляндии захотят прочитать ему лекцию о правах человека, в то время как этнические русские в Эстонии и Латвии имеют статус неграждан».
«Европейцы едут в Финляндию стиснув зубы и нахмурив брови: они все больше опасаются действий России и при этом боятся, что энергетическая зависимость от России дает им мало козырей», -- указывало UPI. Похоже, что Путин представлял себе смену настроений среди лидеров ЕС, решив, к полной неожиданности для них, спутать карты. Вместо того чтобы начать, как предполагалось, свое выступление на ужине с десятиминутной речи о перспективах энергетического сотрудничества России и Европы, он попросил задать ему сначала все вопросы, которые есть у коллег. Разумеется, спросили про Грузию и Политковскую. Как в точности Путин ответил, неизвестно. Однако, очевидно, очень близко к тому, как отвечал на эти вопросы затем на пресс-конференции. Ведь если бы было иначе, ориентированные «на общественное мнение Европы» евролидеры его тут же бы дополнили.
Отвечал же Путин так, как будто и не слышал ни о какой «озабоченности» ЕС по поводу экономической блокады Грузии со стороны России, притеснений грузин на российской территории... Видимо, к этим темам относилось его замечание о создавшемся у него впечатлении: «Нас сознательно уводят в другую сторону дискуссии». Проблема же «не в отношениях между Россией и Грузией», «проблема в отношениях между Грузией и Южной Осетией, между Грузией и Абхазией», заявил Путин. И «вопрос совсем не в каких-то зловредных кознях России». Российский президент предупредил, что «бояться надо кровопролития в регионе», потому что «грузинское руководство стремится к восстановлению территориальной целостности силовым путем, о чем оно практически в открытую заявляет».
Выступившая на следующий день в Мадриде спикер грузинского парламента Нино Бурджанадзе назвала это «попыткой сместить акцент проблемы». «Я впервые узнала, что между Россией и Грузией не существует проблем», -- не без иронии заметила она. А президент Грузии Михаил Саакашвили и вовсе не нашел разницы между «лахтинскими» заявлениями Путина и словами российского экс-министра обороны Павла Грачева, сказанными в 1992 году в разгар грузино-абхазской войны: «Грузины перекрасили свои самолеты и сами бомбят свои города в Абхазии, а мы тут ни при чем...»
Между тем Путин произнес в Лахти и другую фразу, которая, как стало известно, не слишком понравилась теперь уже в Абхазии и Южной Осетии: «Нужно набраться терпения, нужно аккуратно возвращать доверие друг к другу и строить общее государство». Путинские слова про «общее государство», не оставляющие надежд на признание независимости Абхазии и Южной Осетии, как и замечание про «удовлетворение сигналами, говорящими о желании грузинского руководства двигаться в обратную сторону, -- улучшения межгосударственных (российско-грузинских. -- Ред.) отношений», должны были понравиться европейцам. Говорил же перед встречей с Путиным г-н Солана о стремлении подтолкнуть Москву и Тбилиси к возобновлению прямых переговоров на высшем уровне.
Президент Грузии ответил в субботу. Он тоже не обманул ожиданий верховного представителя ЕС. «Мы готовы к диалогу с российским руководством. Захотят говорить сегодня -- будем говорить сегодня, для разговора многое накопилось», -- заявил г-н Саакашвили. Теперь становится ясно, какие цели среди прочего преследовало неожиданное решение о переносе саммита СНГ с середины октября на ноябрь. Как заметил «Времени новостей» информированный источник в российском МИДе, более удобную «площадку» для рандеву Владимира Путина и Михаила Саакашвили найти будет в ближайшее время сложно.
Результаты энергодиалога в Лахти сюрпризов не принесли. С этой точки зрения, по выражению помощника Путина г-на Ястржембского, ужин в «Доме Сибелиуса» оказался успешным. Путин анонсировал начало работы в ближайшее время над новым базовым документом, который должен заменить действующее до конца 2007 года соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС) России и ЕС. Российский президент уже и название ему предложил -- договор о стратегическом партнерстве. Стороны активно подискутировали, много или мало, детально или нет в этом документе должны быть прописаны вопросы экономики и энергетики. Председатель Еврокомиссии трижды повторял журналистам о «важности принципов открытости, транспарентности рынка, отсутствии дискриминации, верховенстве права в отношениях с Россией, это применимо не только к энергетике». Жозе Мануэль Баррозу был эмоционален и убедителен: «Мы не должны допустить политизации энергетических вопросов, того, чтобы они раскололи Россию и Европу, как это в свое время сделал коммунизм».
Что касается Владимира Путина, то уровень его эмоциональности и убедительности приводимых аргументов уже в который раз резко возрос, как только речь зашла о конкретных газовых проектах, осуществляемых в России, -- освоении Штокмановского месторождения и "Сахалине-2". Такую возможность ему предоставил корреспондент немецкого издания «Файнэншл таймс», поделившийся с Путиным опасениями западных компаний, что их уже не ждут в России. Путин подробнейшим образом изложил суть проблем, «которые остаются за скобками скандалов, которыми пытаются прикрыться те, кто защищает свои коммерческие интересы» на "Сахалине-2", -- вплоть до цифр, характеризующих «увеличение командировочных расходов иностранного персонала». Из чего стало ясно: ситуация с "Сахалином-2" разрешится не скоро. А вот у потенциальных иностранных инвесторов, возможно, создалось впечатление, что и они в России должны будут отчитываться за командировочные в самых высоких инстанциях. Аркадий ДУБНОВ, Лахти--Москва | |
