Original Material
Просто бандит
Участника нападения на Беслан освободили от обвинения в терроризме
Верховный суд России вчера оставил в силе приговор единственному выжившему участнику нападения на школу в Беслане в сентябре 2004 года Нурпаше Кулаеву, осужденному на пожизненное заключение в колонии особого режима. Наказание ему оставили прежним, но в формулировку приговора были внесены обвинения. Из списка обвинений, в которых Кулаев 16 мая этого года был признан виновным Верховным судом Северной Осетии, «изъяли» ст. 205 УК РФ (терроризм). Кроме того, ВС вынес Генпрокуратуре частное определение о допущенных в ходе расследования этого дела нарушениях закона. О чем именно идет речь, вчера осталось неясно, поскольку кассационная инстанция огласила только резолютивную часть своего решения. Однако со вчерашнего дня приговор Кулаеву окончательно вступил в силу.Что касается снятия с Кулаева обвинения в терроризме, то, как объяснила уже после заседания прокурор Ирина Хорлина, это было сугубо техническое решение. Дело в том, что 27 июля этого года из формулировки ст. 205 УК РФ был исключен признак преступления «в целях нарушения общественной безопасности». И, учитывая обстоятельства дела Кулаева, в новом «виде» эту статью ему вменять уже было нельзя. Впрочем, на судьбе Кулаева это никак отразиться не могло. Ранее он был признан виновным по восьми статьям УК РФ, в том числе таким, как убийство, захват заложников, бандитизм, похищение людей, посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов и т.д. Также суд установил, что осужденный «добровольно, а не по принуждению» участвовал в вооруженном бандформировании с определенной целью «совершения актов терроризма, оказания давления на государство и захвата заложников». Суд также посчитал доказанным, что Кулаев за все время пребывания в школе неоднократно применял насилие в отношении заложников и использовал оружие.
Главной же новостью стало вынесение ВС частного определения на имя генпрокурора Юрия Чайки о нарушении закона во время следствия бывшим замгенпрокурора Николаем Шепелем, курировавшим это дело. По всей видимости, судьи прислушались к жалобам потерпевших, недовольных ходом расследования дела Кулаева, выделенным из «общего» дела по бесланской трагедии. Но, несмотря на это, потерпевшие из «Голоса Беслана» по-прежнему остались недовольны приговором, и после получения определения ВС намерены обратиться в Европейский суд по правам человека.
На пересмотре приговора Кулаева, до недавнего времени считавшегося единственным выжившим участником нападения на бесланскую школу, настаивали и его адвокат Альберт Плиев, и часть потерпевших из комитета «Голос Беслана». Так, в своей жалобе г-н Плиев отмечал, что причастность его подзащитного к теракту не была доказана, и просил направить дело на новое рассмотрение. Родственники погибших настаивали на отмене приговора Кулаеву, требуя более тщательного расследования.
Потерявшая всю семью -- двух сыновей и мужа -- Эмма Тагаева, специально приехавшая в ВС, говорила, что не уверена, что «ввиду своего морального и физического состояния» доживет до судебного рассмотрения основного дела по бесланской трагедии. А Эмилия Бзарова, потерявшая в школе сына, возмущалась, почему эксперты не дали ей четкого ответа, по какой причине погиб ее ребенок. «Почему я должна верить экспертам, что он не сгорел живым? -- возмущалась женщина. -- И почему члены оперативного штаба, и другие представители власти лгали нам, что в школе находится всего 354 человека? Ведь из-за этой неточности многие заложники, после того как их вытащили из школы, просто погибли. Именно благодаря этой мифической цифре не было оказано должной медицинской помощи, не хватало ни техники -- карет «скорой помощи», ни коек в больницах».
Бывшая заложница Светлана Маргиева, у которой в школе на руках умерла единственная дочь, с трудом вспоминала те страшные три дня, и председательствующий предложил женщине сесть и выпить воды. «Когда боевики услышали по телевизору, что в заложниках всего 354 человека, то сразу сказали, что российские власти не собираются обсуждать с ними выдвинутые требования о выводе всех федеральных войск из Чечни, -- рассказала г-жа Маргиева. -- Тогда боевики пообещали довести число заложников, а нас было больше тысячи человек, до 354, раз мы никому не нужны. А моя погибшая дочка все шептала: «Мамочка, Путин нам поможет. Он нас спасет». Но в итоге мой ребенок умер». По словам г-жи Маргиевой, не все показания, которые заложники озвучивали на суде, были занесены в протоколы. Потерпевшие до сих пор не согласны с тем, что в школе было всего 32 боевика. «Я своими глазами видела, я там была, -- говорила Светлана Маргиева, -- их было не 32, как нам пытаются внушить, а в два раза больше».
Два часа судьи ВС совещались и в итоге пришли к выводу, что приговор Кулаеву, вынесенный председателем ВС РСО Алания Тамерланом Агузаровым в мае этого года, обоснован, и отказали в удовлетворении жалоб обеих сторон.
«Состоялось правосудие, -- сказала после оглашения решения лидер "Голоса Беслана" Элла Кесаева, -- но справедливость не восторжествовала. Весь мир знает, что в этом деле кроме террористов виноваты и силовики, которых уже два года покрывает наше правительство. Мы все равно добьемся правды, не будем опускать руки. И следующий наш шаг -- это Страсбург».