Original Material
"Кому это понравится?"
Владимир Путин в Мюнхене призвал Запад к ответу
Канцлер Германии Ангела Меркель вправе испытывать особое удовлетворение: выступивший по ее приглашению 10 февраля в Мюнхене на 43-й конференции по безопасности Владимир Путин превратил это мероприятие в событие действительно международного масштаба. На это обстоятельство еще в ходе выступления российского президента обратил внимание главный редактор швейцарской газеты «Тан». Задавая вопрос Путину, он выразил надежду, что «историки не напишут в один прекрасный день, что во время мюнхенской конференции была объявлена вторая «холодная война». «А могли бы», -- добавил журналист.Во всяком случае, крайне жесткая речь Путина, произнесенная им в стенах одной из исторических достопримечательностей Мюнхена, отеле «Байеришер Хоф», может оказаться подведением некоторых итогов достижений, но также -- и разочарований российской внешней политики начала ХХI века. С другой стороны, есть основания считать сказанное Владимиром Путиным в Мюнхене как часть его внешнеполитического кредо, программы, которые он оставляет России и после 2008 года. Если изложить это тезисно, то суть сводится к следующему.
Попытки построить однополярный мир, предпринятые после окончания «холодной войны», «не удались». А «все, что происходит сегодня в мире, -- это следствие попыток внедрения этой концепции в мировые дела. А дела эти идут гораздо хуже, чем раньше». «Войн и локальных конфликтов меньше не стало, -- настаивает Путин, -- а людей в этих конфликтах гибнет даже больше, чем раньше». «Значительно больше, значительно больше!» -- усиливает этот тезис российский президент.
Владимир Путин говорит об «односторонних, нелегитимных действиях, не решивших ни одной проблемы», о пренебрежении основополагающими принципами международного права. Он прямо обвиняет США в «навязывании своей системы права, в экономике, политике, в гуманитарной сфере, -- другим государствам». И снова он, обращаясь к залу, бросает туда дважды: «Ну кому это понравится? Кому это понравится?!». А в первом ряду, прямо перед президентом России, сидят влиятельные американские сенаторы Джозеф Либерман и Джон Маккейн, бывший и нынешний кандидаты в президенты США.
Путин напоминает о растущей экономической мощи Китая, Индии, Бразилии и России и предупреждает, что это неизбежно конвертируется в политическое влияние и укрепит многополярность. Уже в ходе речи он вступает в полемику с «нашим коллегой», министром обороны Италии, заметившим, что «легитимным применением силы может считаться, только если оно было принято НАТО, ЕС или ООН». «Если я не ослышался, -- заметил Путин, -- у нас с ним разные точки зрения», для нас легитимным является «только то решение, что принято в рамках ООН».
Дальше Владимир Путин предрекает возможную дестабилизацию в мире ввиду «очевидного застоя» в области разоружений. Он откровенно дал понять, что Москва сомневается в искренности намерений США по соблюдению договоренностей о сокращении стратегических ядерных вооружений до 1700--2200 боезарядов к 2012 году. И предлагает находящемуся в зале конференции новому министру обороны США Роберту Гейтсу здесь же, прямо сейчас, объявить, что Вашингтон «не будет прятать лишнюю пару сотен боезарядов «на черный день». Путин призывает слушателей встретить аплодисментами такое заявление, буде оно сделано.
Президент России держит паузу, телекамеры крупным планом наезжают на главу Пентагона, но ни один мускул не дрогнул на его лице. Бывший американский разведчик не поддался на полемический прием своего бывшего коллеги с другой стороны «железного занавеса». (Вчера, на следующий день после выступления Путина, Гейтс так и скажет про себя: «бывший шпион, посланный на переподготовку»...)
После этого Владимир Путин переходит к одному из двух главных пунктов своей критики в адрес США. Это планы развертывания системы ПРО в Чехии и Польше и военных баз НАТО в Румынии и Болгарии. Он спрашивает: «Против кого это расширение?». И напоминает о гарантиях, данных западными партнерами после роспуска Варшавского договора, приводя слова генсека НАТО Манфреда Вернера от 17 мая 1990 года: «Сам факт, что мы готовы не размещать войска НАТО за пределами территории ФРГ дает Советскому Союзу твердые гарантии безопасности». «Где эти гарантии?» -- снова бросает в зал Путин.
Ему никто не отвечает. Возможно, потому, что вразумительного ответа действительно нет. А может быть, оттого, что здесь все политкорректны и не хотят напоминать, что фактически карт-бланш на расширение НАТО на восток дал еще в середине 90-х годов первый президент России Борис Ельцин. Это было, когда в НАТО просились Польша и Чехия... Впрочем, существует еще и принципиально иная трактовка причин расширения НАТО, которая принята на Западе. О ней напомнил в своем вопросе сразу после выступления Путина один из депутатов немецкого бундестага: «Вы признаете, что расширение -- это практически не расширение, а самоопределение демократических государств, которые захотели пойти таким путем? Почему вы боитесь демократии? Ведь это стабилизирует (ваших. -- Ред.) соседей?»
Следующим объектом путинской атаки стала ОБСЕ. Эта организация была буквально пригвождена к позорному столбу как «вульгарный инструмент обеспечения внешнеполитических интересов одной или группы стран в отношении других стран». Здесь же досталось и «так называемым «неправительственным организациям». По Путину, они лишь «формально независимы», на самом же деле «целенаправленно финансируемы», а значит -- «подконтрольны».
Под конец своей в высшей степени темпераментной речи российский президент напомнил о тысячелетней истории своей страны, которая «практически всегда пользовалась привилегией проводить независимую внешнюю политику». Путин пообещал не изменять этой традиции и выразил пожелание иметь дело также с «ответственными и самостоятельными партнерами, обеспечивая безопасность и процветание не для избранных, а для всех».
Этот намек, сделанный в европейской аудитории в присутствии «тяжеловесов» американской политики, выглядел более чем прозрачным -- очевидно, что «самостоятельность» в устах Путина предполагала отстаивание независимости от США. Между тем выступавшая перед Путиным федеральный канцлер Германии г-жа Меркель настоятельно подчеркивала нерушимость общих атлантических ценностей, объединяющих в НАТО США, Канаду и Западную Европу.
Не менее значимой выглядела и дискуссия, начавшаяся в результате вопросов, заданных Путину и его пространного ответа на них. Среди сделанных российским президентом заявлений стоит выделить два, имеющих отношение к Ближнему Востоку. Во-первых, это разделяемая с Западом озабоченность в отношении «качества» иранской ядерной программы. А во-вторых, что «в Ливане, действительно были замечены ящики из-под наших противотанковых систем, это правда...». Оказывается, они «остались» в Ливане после ухода оттуда сирийской армии. Путин поделился деталями той работы, что была проведена после этого Москвой с Дамаском.
Пожалуй, явным диссонансом в той предельно, как представляется, искренней риторике российского президента звучали его рассуждения в ответ на едкое замечание руководителя международной правозащитной организации «Хьюман Райтс Вотч» г-на Рота о несовместимости многополярного мира, на котором настаивает Путин, и «однополярного правительства» в России. Может ли быть такое однополярное правительство, «подчиняющееся одной партийной линии», надежным партнером, спросил Путина известный правозащитник. В ответ российский президент стал рассказывать, что в российском парламенте представлены компартия, «Единая Россия», ЛДПР и другие политические силы. Чтобы убедиться в том, насколько разнятся их позиции, Путин пригласил интересующихся приехать в Москву. В отличие от сделанного пару лет приглашения приехать в Москву на обрезание тем, у кого есть вопросы к антитеррористическим мероприятиям России, это приглашение из Мюнхена выглядело вполне безобидным.
Вчера стали известны первые реакции Запада на путинский «Мюнхен». Генсек НАТО Яап Де Хооп Схеффер сказал, что «не может скрыть своего разочарования». «Речь (Путина. -- Ред.) ничем не помогла делу, я вижу несогласованность между партнерством НАТО с Россией, как оно развивалось до сих пор, и речью Путина», -- заявил г-н Схеффер. В Белом Доме также «удивлены и разочарованы высказываниями Путина». «Его обвинения неверны», -- заявил пресс-секретарь Белого Дома по вопросам национальной безопасности Гордон Джондроу.
Министр обороны России Сергей Иванов, выступавший на мюнхенской конференции вчера, развил тезисы своего президента. Он посоветовал США разместить свои системы ПРО не в Чехии и Польше, а в Турции или в Афганистане. «Это было бы логичнее», -- сказал Сергей Иванов, имею в виду цели, которые преследуют США, пытающиеся обезопасить себя и своих союзников по НАТО от иранских ракетных атак. «Аргументы о необходимости таких систем в Польше и Чехии нас не устраивают, мы не можем купить это объяснение», -- сказал российский вице-премьер. Тем не менее он дал понять, что Москва готова еще поторговаться с Вашингтоном, пригласив в российскую столицу своего американского коллегу Роберта Гейтса.