«Убийственный эффект»

Генпрокуратура и депутаты Госдумы обвинили ЦБ в «неадекватном реагировании» на проблемы банковского надзора

Влияние правоохранительных органов на деятельность Центробанка становится все более значительным. Вчера на парламентских слушаниях по банковскому надзору первый заместитель генпрокурора Александр Буксман обрушился с резкой критикой на регулятора. Проведя проверку в Центробанке после убийства первого зампреда ЦБ Андрея Козлова, Генпрокуратура осталась очень недовольна работой главного банка страны. Поэтому ведомство намерено предложить ряд изменений в законодательство, которые заметно снизят полномочия ЦБ в части принятия решений по отзыву и выдаче лицензий. Эти предложения уже направлены президенту Путину. Присутствовавший на слушаниях глава Банка России Сергей Игнатьев оставил «обвинительное заключение» без комментариев.

Прокурорский надзор против банковского

«Негативные процессы в банковской сфере не получают со стороны ЦБ адекватного реагирования», -- заявил вчера первый заместитель генпрокурора Александр Буксман. Нормативные акты Банка России подразумевают вариативность применения, например в таких случаях, как прием в систему страхования вкладов или выдача банковских лицензий. Это создает излишние условия для коррупции. «Неоднократное применение регулятором мер предупредительного характера вместо санкций создает обстановку безнаказанности в банковской системе», -- заявил первый заместитель генпрокурора.

По словам г-на Буксмана, Генпрокуратура уже предприняла ряд шагов, способных дать положительные результаты. В частности, предложила провести ревизию всех нормативных актов ЦБ, выявление неточных формулировок. Список неотложных законодательных мер уже направлен на ознакомление президенту России. Самой интересной среди них, особенно в свете грядущего размещения допэмиссии акций Сбербанка, стало предложение запретить служащим банков владеть банковскими акциями, а руководителям ЦБ -- входить в органы управления структур, работающих на финансовых рынках страны. Нынешнее законодательство не дает таких ограничений. «Надо заложить в законе такой механизм, чтобы банковские служащие не имели возможности незаконно сочетать интересы службы с собственными коммерческими интересами», -- отметил г-н Буксман. Он привел пример -- более 1500 служащих Банка России, в том числе и его руководители, являются держателями банковских акций.

Конкретных имен г-н Буксман не назвал, однако присутствовавший на слушаниях первый зампред ЦБ Геннадий Меликьян, курирующий с недавних пор банковский надзор, признался журналистам, что является акционером «Сбера». Он не сказал, когда именно приобрел акции, но вполне возможно, что это произошло еще в то время, когда г-н Меликьян работал в Сбербанке. Как известно, среди топ-менеджеров этого банка считается хорошим тоном владеть «кусочком» кредитной организации, в которой они работают. Отметим, что о своем желании приобрести акции «Сбера» в ходе допэмиссии «Времени новостей» говорили и другие руководители ЦБ.

Еще одним предложением Генпрокуратуры стало введение правовой регламентации по подбору и одобрению руководителей банков, что особенно актуально в сфере последних инициатив по наделению ЦБ правом отстранять от управления даже средний менеджмент. «Один из поводов для отказа банку в выдаче лицензии -- несоответствие его руководителя требованиям закона. А формализованных требований нет на законодательном уровне», -- отметил г-н Буксман. Он также предложил дать ЦБ полномочия «по возбуждению и рассмотрению дел об административных правонарушениях в сфере противодействия легализации преступных доходов». Главное, чтобы это было сделано в полном соответствии с Кодексом об административных правонарушениях (КоАП), подчеркнул первый заместитель генпрокурора. Он высказался и за более четкую регламентацию приема банков в систему страхования вкладов и мер воздействия в случае нарушения закона о противодействии отмыванию средств.

Останавливаться на достигнутом Генпрокуратура, похоже, не намерена. Помимо ЦБ ведомство собирается проверить также деятельность МВД и «Росфинмониторинга», связанную с надзором за банковским бизнесом.

Депутатское "мотивированное суждение"

Г-н Буксман был далеко не единственным критиком ЦБ. Глава банковского комитета Госдумы единоросс Владислав Резник предложил вообще отделить банковский надзор от Банка России. Он отметил, что Центробанк зашел очень далеко, фактически создав параллельную относительно КоАП систему санкций за правонарушения. По словам руководителя банковского комитета, сегодня положение в надзоре таково, что правонарушение «может быть установлено ЦБ, а может и нет, санкции к банку могут применяться, а могут и не применяться». Решения же зачастую основаны на субъективных суждениях представителей банковского надзора, отмечает депутат.

Присутствовавшие на слушаниях банкиры не поддержали депутата в его намерении отделить банковский надзор от ЦБ. «Банковское сообщество против выделения надзора из функций Центробанка. Есть однозначное мнение этого не делать. Сейчас есть надзор, он усиливается, совершенствуется, и если делать сейчас резкую реструктуризацию, неизвестно, что в результате получим», -- заявил первый исполнительный вице-президент РСПП, председатель совета Ассоциации региональных банков Александр Мурычев.

Между тем г-н Резник продолжил критиковать ЦБ. Он привел в пример одно из судебных дел, когда Центробанк требовал от банка создать дополнительные резервы по ссуде, не обращая внимания на то, что к моменту разбирательства ссуда была уже погашена. «Ребенок может быть либо мальчиком, либо девочкой, но он не может быть им в зависимости от мнения надзорного органа», -- таково мнение г-на Резника о том, как ЦБ принимал решения о приеме банков в систему страхования вкладов. Он отметил, что в банковском сообществе до сих пор обсуждаются последствия приема банков в систему страхования вкладов, точнее, то, что при вынесении решения комитет банковского надзора опирался на иные факты, нежели акты проверки банков. «Центробанк, применяя мотивированные суждения, ссылается на рекомендации Базельского комитета. Но это возможно только в том случае, если суждение использовать как один из аргументов для принятия решения, а не основываться лишь на нем», -- сказал глава комитета Госдумы.

И не в последнюю очередь субъективизм проявляется в оценке регулятором исполнения банками антиотмывочного закона, заметил г-н Резник. «Это породило убийственный эффект. В 2006 году было отозвано 60 лицензий. При этом мотив отзыва -- «невыполнение требований законодательства о противодействии легализации» -- присутствовал в 100% случаев, в 80% эта причина была единственной, -- отметил г-н Резник. -- Развернутые мотивы отзывов лицензий не являются ни гласными, ни открытыми, как того требует законодательство о лицензировании. А ряд актов ЦБ вообще не опубликован, что затрудняет, например, рассмотрение дел в суде».

Поддержал критику и глава ФСФМ Виктор Зубков. «Сегодня служба получает 25--30 тыс. сообщений от банков ежедневно, но ЦБ эту информацию не пытается использовать, -- посетовал он. -- Я интересовался у руководства Центробанка тем, как используется эта возможность, но мне ответили, что не могут дать такой информации». Отзыв лицензий у банков не является решением проблемы. «Обналичивание не сократилось, «серые» схемы вывода денег за рубеж -- нет. Эффективна ли система банковского надзора?» -- задал вопрос г-н Зубков. Ответа от главы ЦБ Сергея Игнатьева он не получил.

Зато свое мнение о системе банковского надзора высказал Александр Мурычев: «ЦБ в последние годы проводит достаточно взвешенную политику, он заслужил хорошей оценки за очищение рынка».

И если г-н Зубков недоволен деятельностью ЦБ, то у банкиров есть вопросы уже к ФСФМ. «Росфинмониторинг» получает 35 тыс. сообщений в день, в итоге нашли 100 преступников, -- говорит президент -- председатель правления банка ВТБ-24 Михаил Задорнов. -- Но складывается впечатление, что это работа Сизифа, который катит, но не получает результата. Пять лет закон работает, давайте сделаем коэффициент «затраты--результат» более понятным». А председатель правления Альфа-банка Рушан Хвесюк подсчитал: «До 3% персонала выполняют в банках работу по исполнению требований закона о противодействии легализации. Это люди, которые не приносят прибыли».

Вся правда о «псевдобанках»

Председатель ЦБ, которому пришлось выслушать обрушившуюся на его ведомство критику, частично с ней согласился, особенно в отношении совершенствования законодательной базы. Но в отличие от г-на Резника он считает, что надзором должен заниматься Банк России, а не другое ведомство. В противном случае банки, основной бизнес которых фиктивные операции, будут жить вечно.

Сергей Игнатьев попытался защититься от обрушившейся на него критики, напомнив собравшимся, что регулятор просто исполняет закон, который, кстати, принимал не ЦБ. Он подчеркнул, что за нарушение закона об отмывании лицензии лишают лишь при выполнении двух условий: в случае неоднократного нарушения закона и в том случае, когда практически весь бизнес банка основывается на проведении фиктивных операций. Глава ЦБ привел также любопытную статистику, согласно которой ежегодные потери консолидированного бюджета России из-за проведения фиктивных банковских операций (обналички и псевдоэкспорта) составляет ежегодно 500--800 млрд руб. Только с 2005 года ЦБ отозвал лицензии у 70 таких «псевдобанков», отметил г-н Игнатьев. Это лишь 6% от общего числа банков, их доля в банковском бизнесе крайне незначительна: в активах банковской системы -- лишь 0,5%, в совокупном объеме вкладов -- 0,1%. В то же время наличие таких банков несет системный риск и немалый ущерб, обратил внимание председатель ЦБ: «У них выполняются все нормативы с огромным запасом, у них большие активы (правда, значительная их часть находится в кассе и на корсчетах в ЦБ) и нет реального бизнеса».

Тем не менее ужесточить закон и разрешить регулятору быстрее отзывать лицензии у таких банков г-н Игнатьев не предложил. Зато глава ЦБ выступил за то, чтобы предоставить кредитным организациям право отказывать клиентам в открытии счетов без объяснения причин. «Это соответствует мировой практике. Возможно, на первых порах можно разрешить это делать только по отношению к клиентам -- юридическим лицам», -- резюмировал Игнатьев. По мнению зампреда банковского комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Павла Медведева, эта инициатива вряд ли осуществима, поскольку противоречит российской Конституции.

Еще одна идея, которую хотел донести до присутствующих г-н Игнатьев, -- это то, что обналичка проблема не только банковской системы. Спрос на такие банковские операции стимулирует практика ухода от налогов через сети фирм-однодневок. «Федеральная налоговая служба уже подготовила изменения в законодательство о регистрации юридических лиц, согласовав их с МЭРТ, их необходимо срочно вносить в Думу», -- сказал Игнатьев.

Такого же мнения придерживается и г-н Мурычев: «Есть много случаев, когда Центробанк требует от кредитной организации досоздания резервов, а налоговые органы, напротив, требуют их снижения, усматривая в больших резервах возможность снизить налогооблагаемую базу. Поэтому необходимо согласовывать действия ЦБ и Федеральной налоговой службы».

«Судя по выступлениям, можно подумать, что ЦБ -- источник всех бед, -- резюмирует президент АРБ Гарегин Тосунян. -- Но где были мы, когда принимали закон о страховании вкладов или о противодействии легализации?» Это вопрос также можно адресовать и депутатам Госдумы, которые сегодня критиковали ЦБ. Впрочем, делить ответственность с регулятором, похоже, никто не собирается. И не исключено, что на фоне столь резких обвинений, обрушившихся на ЦБ, идея г-на Резника об отделении банковского надзора может найти своих сторонников и в более высоких эшелонах власти. По крайней мере более удобного случая разделить ЦБ у инициаторов этой идеи еще не было.

Елена ХУТОРНЫХ