Три политика - четыре политики

По данным социологических опросов, россияне, как известно, не доверяют абсолютному большинству

того общества, в котором живут. Особенно институтам относительно новым, представительским, хотя бы по названию и видимости – демократическим, скажем, политическим партиям, парламенту, общественным объединениям, профессиональным союзам и т.п. Куда больше наши соотечественники доверяют

и прежде всего, ясное дело, первому лицу. В этом смысле свежие данные Левада-Центра о рейтингах доверия и недоверия основным фигурам российского политического истеблишмента выглядят достаточно привычно, сюрпризов тут нет.

Понятна и наметившаяся за последнее время тенденция: на фоне весьма существенного, из месяца в месяц, роста доверия двум сравнительно недавно выдвинувшимся на авансцену фигурам, которых теперь с утра до вечера пропагандируют наиболее популярные каналы масс-медиа (Сергей Иванов и Дмитрий Медведев), уровень декларируемого доверия остальным, начиная даже с первого лица, несколько сократился. Как будто бы новички оттягивают на себя часть внимания, которое россияне проявляли прежде к другим политикам. Но никаких сколько-нибудь заметных, принципиальных перегруппировок политического поля при этом не происходит. Так среди лидеров доверия по-прежнему нет представителей демократических партий; зато не один из них фигурирует в списке тех, кому россияне сегодня в наибольшей степени не доверяют.

Любопытно сравнить, какими качествами россияне сегодня наделяют трех политиков, которым доверяют в наибольшей степени и двое из которых так или иначе могут стать лидерами предстоящей в 2008 году электоральной гонки (впрочем, готовность и в третий раз признать Путина президентом выразили в конце 2006 года свыше 60% россиян). Список ведущих качеств у всех трех политиков одинаков — это энергичность, образованность, интеллигентность, ум, ответственность. Но если у Путина и Медведева на первом месте энергичность, то у Иванова образованность и интеллигентность. Равны они и по части ума - у всех он стоит на четвертом месте.

Очевидно, что Сергей Иванов и Дмитрий Медведев для россиян сегодня выглядят как двойники, бледные копии Владимира Путина — ведь никаких отличных от президентских качеств в них не замечено. Однако если, скажем, энергичность Путина отмечают чуть больше 60% россиян, то это же качество у двух других – от одной пятой до одной четверти опрошенных и т.д. Но главное позитивное качество Иванова и Медведева для россиян сегодня – даже не перечисленные черты, сближающие их в сознании россиян с образом президента, а реальная

, его

.

Образуется такая мысленная цепочка: мы из всех политиков максимально доверяем президенту, он же из всех максимально доверяет этим двоим, следовательно… У Иванова данное ценное качество отметили 26% опрошенных, у Медведева и вовсе 30%. И чаще других эту черту выделяют представители социальной периферии – менее образованные и обеспеченные, жители средних и, особенно, малых городов. Так или иначе, эта близость значительно важней, чем деловитость, образованность и прочие качества, которые чаще выделяют, напротив, образованные жители городов крупных.

Подчеркну: собственно

стоит для россиян сегодня на одном из последних мест среди качеств виднейших нынешних

. А это значит, что, строго говоря, опрошенные портретируют в данном случае не политиков, а государственных деятелей, еще точнее — людей управленческого корпуса. Понятно, что самым важным их качеством выступает лояльность по отношению к сложившейся системе и к ее главной символической фигуре, ведущему звену – президенту. В этом же смысле стоит, видимо, толковать и такую характеристику, как наличие у названных лиц «политического, государственного опыта» – и по этой линии позиция С. Иванова выглядит в глазах населения более сильной, чем у Медведева. Однако никакой конкуренции политических программ, борьбы кандидатов за широкую поддержку и проч. подобных представлений, конечно, не предусматривается. Мы имеем дело с результатами последовательной

масс при одновременном

их сознания.

Показательно, что слабые стороны перечисленных политиков массовым сознанием почти не выделяются. Это сознание не критично: от 65 до 70% наших опрошенных вообще затруднились назвать таковые черты. И максимально бледно они выражены у «двойников» президента, в портретах которых, как помним, и позитивные характеристики выделялись в два-три раза менее отчетливо, чем в их «исходной модели». И все же замечу, что иерархия негативных качеств Иванова и Медведева опять-таки повторяет набор соответствующих президентских черт. «Много говорит – мало делает» в отношении Путина отметили 12% опрошенных, в отношении Иванова и Медведева — соответственно 8 и 5%; «недостаточно самостоятельный, управляемый, зависимый» отнесли к Путину 9%, к Иванову и Медведеву — 8 и 7%; «не имеет четкой политической линии» — 7, 5 и 4%.

Характерно, что несамостоятельность, зависимость Иванова и Медведева (нужно понимать – их зависимость от Путина) как слабую сторону чаще выделяют образованные жители крупных городов. Об этой подгруппе речь уже шла. Однако большинство россиян – в том числе и электоральное большинство – составляют, понятно, жители совсем других типов поселений. И они за последние годы деполитизированы максимально, так же как максимально зависимы от телевизионной «иглы», на которую посажены.

Можно сказать, что в России сейчас существуют как бы три «политики» или три грани политики. Одна — патерналистская внутренняя, ее при всем брюзжании, массы воспринимают наиболее благодарно, не зря президентское обещание единовременного пособия женщинам на рождение ребенка было сочтено крупнейшим событием прошедшего года.

Вторая политика – защитно-компенсаторная внешняя, по формуле «мы им показали», подобные акты символической агрессивности по отношению к миру, США, окружающим странам тоже принимаются большинством россиян с одобрением.

Третья политика – цинично-агрессивная закулисная, это борьба за власть, место, кормушку. Она не вызывает массового одобрения, но ожидаема и понятна большинству: дескать, по-другому не бывает (вариант: в России по-другому не бывает).

Все три дополняются сегодня символической политикой огосударствленных аудиовизуальных медиа – это четвертая, симулятивная телевизионная политика. Причем вся эта конструкция предстает публике как узнаваемая, всегдашняя и неизменная, что, в свою очередь, опознается ею как долгожданная «стабилизация», улучшение и порядок. Добавлю одно: политика во всех этих четырех ее проекциях – это то, чем занята

. Но никогда не то, что делают сами опрошенные и что давно уже было бы пора делать взрослым людям, которые ведь должны же отвечать за собственную жизнь. Так нет, отвечают они социологам. И пока дело обстоит именно таким образом, ответственно говорить о политике и рассчитывать на серьезные изменения в этой сфере не приходится: кто, почему, под чьим давлением, в расчете на кого, какими силами станет тут что-нибудь менять? А от этого политического паралича проигрывают

.