Последний рывок приватизации

Инвестиции в энергетику -- способ застраховаться от послевыборных рисков

Реформа электроэнергетики с ликвидацией РАО «ЕЭС» на финальном этапе, судя по всему, станет одной из немногих реформ, доведенных до конца во время президентства Владимира Путина. Традиционно считалось, что реформа эта «непопулярная», и в преддверии предыдущих выборов она была фактически свернута. Не так на этот раз. В последние месяцы темпы принятия решений в рамках реструктуризации РАО «ЕЭС» резко ускорились, начались крупные продажи активов.

Это ускорение не просто итог многолетних мучений главы РАО Анатолия Чубайса. Дело в другом: к настоящему моменту в российской политической элите оформились группы инвесторов, сильно заинтересованных именно в приобретении активов РАО «ЕЭС». Эти группы, конечно, существовали и раньше. Но в центре их интересов была более «легкая» добыча -- частные компании (ЮКОС, «Сибнефть», независимые производители газа), госдолжности (т.е. рычаги влияния на крупные госхолдинги); много сил и средств было потрачено и на борьбу друг с другом за контроль в государственном бизнесе. Электроэнергетика, будучи весьма капиталоемким удовольствием, довольно долго воспринималась как объект для частных инвестиций -- российских или иностранных.

Ситуация изменилась, потому что стало понятно: реформа энергетики, во-первых, последний этап масштабной приватизации и, во-вторых, последний шанс для сформировавшихся при нынешнем президенте бизнес-групп застраховать свои риски во время президентства следующего. Мотивация эта скорее всего предельно понятна не только лицам, непосредственно заинтересованным в сохранении капитала в следующем политическом цикле, но и Владимиру Путину, и тому человеку, который займет через год его место. Но это не значит, что стороны договорились в деталях, и дальше все пойдет как по маслу. Хотя бы потому, что потенциальных инвесторов в России немало, да и иностранцы наверняка не останутся в стороне. Основными игроками этого рынка собираются стать «Норникель», структуры Олега Дерипаски, «Комплексные энергосистемы», некоторые иностранные энергоконцерны (судя по всему, в основном в партнерстве с российскими компаниями, например с группой «ЕСН» Григория Березкина), а также, возможно, структуры ЛУКОЙЛа. Фаворитом же рынка, очевидно, будет «Газпром».

Две башни

Пока, правда, в «Газпроме» нет ни четкого понимания, что делать с «электричеством», ни логичной структуры этого блока, ни даже «начальника» проекта -- менеджера, который будет отвечать за это направление. Ожидается, что ответы на эти вопросы будут даны в четверг на заседании правления концерна, посвященном стратегии в сфере электроэнергетики. В частности, будет решено, какая именно структура выкупит допэмиссию «Мосэнерго», назначен куратор и принято решение о принципе построения электроэнергетического блока внутри группы.

Экспансия «Газпрома» в энергетику дорого обошлась концерну -- фактически она привела к тому, что финансовый холдинг и ряд других активов получили корпоративную независимость.

Для перевода на свой баланс блокирующего пакета акций «Мосэнерго» и 13% акций РАО «ЕЭС России» «Газпрому» пришлось пожертвовать контрольным пакетом Газпромбанка, холдингом «Газпром-Медиа» и 100% акций «СИБУР-холдинга». Фактическим владельцем этих активов стал «Газфонд». До сих пор эти транзакции, по крайней мере с точки зрения акционеров и инвесторов, считались перекладыванием денег из одного кармана в другой, поскольку и «Газфонд», и Газпромбанк входили в группу «Газпром». Однако есть основания полагать, что концерн потерял даже формальный контроль над некогда своим пенсионным фондом, а вместе с этим и над переведенными в «Газфонд» активами. Как стало известно «Времени новостей», с конца прошлого года большинство голосов в совете фонда контролируется топ-менеджерами СОГАЗа -- страховой компании, которую два года назад «Газпром» продал структурам банка «Россия». В некоммерческом партнерстве, каким юридически является «Газфонд», этот совет выполняет функции, аналогичные возложенным в ОАО на собрание акционеров и совет директоров вместе взятые.

В феврале «Газпром» объявил о создании совместного предприятия с частной компанией СУЭК -- угольным холдингом, еще недавно претендовавшим на самостоятельную роль в электроэнергетике. СУЭК и «Газпром» намерены вместе развивать энергетический бизнес, делая основной упор на угольную генерацию. До этого скупкой энергоактивов занимался дочерний банк газового концерна -- Газпромбанк. «Активы, купленные Газпромбанком по собственной инициативе, безусловно, находятся в ситуации «внутренней конкуренции» с теми планами, которые есть у «Газпрома» по взаимодействию с СУЭК», -- считает один из близких к концерну экспертов.

Эта ситуация «внутренней конкуренции», как показывают события последних месяцев, превращается в просто конкуренцию. На рынке появились два игрока -- компании «Газпромэнерго» и «Газэнергопром». Первая напрямую входит в структуру газового концерна, а вторая, как выразился один из участников рынка, «является младшим братом» и контролируется соратниками предпринимателя Геннадия Тимченко -- совладельца швейцарской нефтетрейдерской компании Gunvor и питерского банка «Россия».

О том, что рядом с «Газпромом» растет вторая башня, стало известно на прошлой неделе, когда со скандалом прошло размещение допэмиссии акций ОГК-3. Она пока не решается на прямую конкуренцию с «основной» башней. «Газпромэнерго», говорит источник «Времени новостей» на энергорынке, не собиралось участвовать в покупке допэмиссии акций ОГК-3, так как у этой генерирующей компании практически нет электростанций, работающих на газе. Исходя из этого поучаствовать в торгах решил «Газэнергопром». Однако предложение «Газэнергопрома», как известно, «перебил» «Норильский никель». И именно это, по мнению различных источников, стало причиной быстрой отставки Михаила Прохорова со всех руководящих постов в металлургической компании.

Достояние "России"

Комбинация по выходу «Газфонда» из группы нашла косвенное подтверждение в официальных документах газового концерна. Так, в проспекте эмиссии последнего выпуска еврооблигаций «Газпрома» сообщается, что в октябре 2006 года вступили в силу изменения в устав «Газфонда». «В результате данных изменений в состав совета фонда НПФ «Газфонд» вошли третьи лица, в настоящее время участвующие в операционной деятельности НПФ «Газфонд», -- говорится в документе. -- В настоящее время руководство оценивает эффект указанного изменения на консолидированную отчетность будущих периодов». Состав совета фонда не публиковался ни на официальной странице «Газфонда», ни на сайте раскрытия ФСФР, которая регулирует деятельность пенсионных фондов. Учредителями «Газфонда» являются «Газпром», Газпромбанк, «Уренгойгазпром», «Ямбурггаздобыча» и «Югтрансгаз». Сейчас, как известно, «Газпром» уже не имеет контрольного пакета в Газпромбанке, а президент «Газфонда» Юрий Шамалов, который согласно уставу входит в совет по должности, является сыном совладельца банка «Россия» Николая Шамалова.

Несколько источников «Времени новостей» в «Газпроме» утверждают, что изменения в уставе позволили ввести в совет фонда наряду с представителями учредителей новых участников. В новой версии устава они обозначены как представители «лица, осуществившего целевой вклад (взнос) в имущество для осуществления уставной деятельности, в том числе в совокупный вклад учредителей». Как говорят источники газеты, во второй половине прошлого года ряд фирм, аффилированных с банком «Россия» и СОГАЗом, сделали вклад в имущество «Газфонда» и получили большинство в совете. Таким образом, даже в рамках подготовки отчетности группы за прошлый год встал вопрос о деконсолидации фонда.

В свое время именно Газпромбанк и «Газфонд» занимались собиранием электроэнергетических активов -- банк скупал, а на балансе фонда их затем прятали от «посторонних глаз». По слухам, в то время как банк был владельцем около 20% акций «Мосэнерго» и пятипроцентного пакета в РАО «ЕЭС России», в руководстве «Газпрома» даже не знали об этих операциях. А когда эти события стали фактом общественной жизни, глава концерна Алексей Миллер объявил электроэнергетику профильным бизнесом и дал команду перевести эти активы на материнскую компанию. Но для этого сначала пришлось пожертвовать компанией «Газпром-Медиа», а затем 75% минус одна акция «СИБУР-холдинга» (они были обменяны на 10,5% акций РАО «ЕЭС», принадлежавших Газпромбанку). В прошлом году уже крупный пакет Газпромбанка оказался в распоряжении «Газфонда». Сначала фонд выкупил 50-процентную допэмиссию банка за 34 млрд руб., а потом поменялся с «Газпромом» -- 19,67% акций «Мосэнерго» на 16% акций Газпромбанка. Параллельно СОГАЗ, к тому времени уже полностью принадлежащий банку «Россия», выкупил у «Газфонда» квалифицированное большинство в управляющей компании «Лидер».

По итогам этих транзакций «Газфонд» стал владельцем 49,8% акций Газпромбанка (из них 42,1% в номинальном держании УК «Лидер»), а у «Газпрома» осталось лишь 41,7%. Еще 8,34% принадлежат ООО «Новые финансовые технологии» -- «дочке» Газпромбанка. На балансе банка находятся и пакеты акций СИБУРа и «Газпром-Медиа». Последним штрихом в этом многоходовом обмене активами должен был стать обмен 13% акций «Мосэнерго» со стороны Газпромбанка и «Газфонда», на оставшийся у «Газпрома» блокирующий пакет «СИБУР-холдинга». Однако февральский совет директоров концерна отложил рассмотрение этой сделки на более поздний срок.

А завтра - поход

Документ, который в четверг будут обсуждать в «Газпроме», разрабатывался много месяцев. И теперь, очевидно, он должен учитывать уже состоявшиеся события (как получение «Газпромом» акций «Мосэнерго») или те намерения, которые имеют твердый характер (как сделка с СУЭК).

Как «Газпромэнерго» и «Газэнергопром» будут распределять электроэнергетические активы, которые будет в ближайшее время продавать РАО «ЕЭС», пока неизвестно. Участники рынка лишь предполагают, что структура г-на Тимченко и его соратников будет покупать лишь то, от чего откажется «Газпромэнерго». «В основном же им, судя по всему, дадут лишь поуправлять активами», -- предполагает руководитель одной из энергокомпаний. В отличие от «Газпромэнерго» «Газэнергопром» не будет получать финансирования со стороны концерна для таких сделок.

Нельзя исключать, наверное, никаких вариантов. Включая, например, что будет реализована старая идея Анатолия Чубайса -- создать в сотрудничестве с СУЭК энергоугольное объединение. В 1999 году глава РАО разработал проект создания 11 таких структур, и предполагал на первом этапе объединить Рефтинскую, Троицкую и Верхнетагильскую ГРЭС с казахскими угольными разрезами «Северный» и «Богатырь», под уголь которых были спроектированы эти электростанции. Получившаяся таким образом структура «УралТЭК», считали тогда в РАО, позволила бы сократить себестоимость угля на 7,5%, а себестоимость электричества -- на 8,6%. Другой проект 1999 года -- «БурТЭК» -- предполагал объединение Гусиноозерской ГРЭС с добывающими активами «Востсибугля» (сейчас входит в СУЭК). Но в 2000 году эта идея провалилась -- в первую очередь из-за нежелания угольщиков попадать под контроль РАО, а также из-за нежелания губернаторов отдавать контроль над угольной отраслью в руки Анатолия Чубайса. Хотя насчет экономической эффективности таких объединений особых споров не было.

Сейчас же конфигурация ОГК составлена таким образом, что все эти электростанции входят в состав разных генерирующих компаний. Поэтому чтобы добиться синергии, новым собственникам ОГК придется изменять конфигурацию отрасли. В конце прошлого года Анатолий Чубайс прямо об этом заявил инвесторам, указав, что этот процесс начнется если не в 2007--2008 годах, то точно в 2009--2010 годах. И хотя сейчас у «Газпрома» нет цели разделить электроэнергетику на энергоугольную и газоэнергетическую (или, как вариант, на европейско-уральскую, работающую преимущественно на газе, и сибирско-дальневосточную, где в основном сжигается уголь и используется энергия воды), нельзя исключать, что так получится само собой.

«Газпромэнерго», судя по всему, будет покупателем прежде всего стратегических активов -- «Мосэнерго» и северо-западной ТГК-1. Сейчас столичная энергокомпания проводит размещение своих дополнительных акций среди нынешних акционеров, этот процесс завершится 2 апреля. Затем (как это было решено в октябре прошлого года на заседании совета директоров РАО) в течение десяти дней оставшийся объем бумаг будет предоставлен структуре «Газпрома», которая в итоге должна стать контрольным акционером, заплатив за это максимум 1,9 млрд долл. Правда, концерн пока не принял никакого решения об участии в допэмиссии акций «Мосэнерго».

В ТГК-1 (в нее входят электростанции Санкт-Петербурга, Ленинградской, Карельской и Мурманской областей) изначально намеревался стать контролирующим акционером финский концерн Fortum, который уже консолидировал блокпакет акций. Однако недавно ему недвусмысленно дали понять, что на большее ему претендовать не стоит из-за «столичного статуса Санкт-Петербурга». Размещение допэмиссии акций ТГК-1 намечено на июнь этого года.

После блэкаутов в Москве в 2005 году и в Санкт-Петербурге в прошлом году звучало мнение о том, что энергокомпаниям, работающим в столицах, необходимо особенное внимание со стороны государства. РАО ограничилось подписанием договоров с руководством регионов о развитии. Однако профессиональные энергетики говорили о том, что было бы логично попросту объединить генерирующие, сбытовые и некоторые сетевые активы столичного и северо-западного регионов. Ведь они идентичны по составу и требуют одинакового управления. Так как эта идея до сих пор существует, то весьма вероятно, что она будет реализована, когда эти активы окажутся у одного владельца -- подконтрольного государству «Газпрома».

Впрочем, не только «Газпром» собирается строить вертикальную интеграцию в электроэнергетике. «Норникель» купил около 45% акций ОГК-3 (и собирается консолидировать контрольный пакет), как считают эксперты, вовсе не для того, чтобы перейти дорогу «Газэнергопрому», а для того, чтобы Харанорская ГРЭС, входящая в эту ОГК, обеспечивала электроэнергией читинские активы металлургической компании. Для этих же целей ею был купен блокпакет акций ТГК-14. И хотя электроэнергетические активы, как планируется, будут выделены из «Норникеля» в отдельную структуру, подконтрольную Михаилу Прохорову, а сам «Норникель» отойдет Владимиру Потанину, нельзя исключать, что партнеры еще длительное время будут продолжать сотрудничество в том или ином виде. А потому синергия от объединения энергетических и металлургических активов будет достигаться.

Не против приобрести одну из ОГК, по информации «Времени новостей», и структуры Олега Дерипаски. Правда, какую -- неизвестно, но более чем вероятно, что это будет компания, владеющая электростанциями недалеко от металлургических производств РУСАЛа.

Все эти планы говорят о том, что на ближайшие годы энергетике гарантирован процесс передела собственности. Вследствие того, что Анатолию Чубайсу удалось сделать отрасль привлекательной для инвесторов, в нее приходит и новое поколение олигархов, выросших на дорогой нефти и газе. Поэтому ответа на вопрос, сформируется ли в энергогенерации реальная конкуренция, а из-за этого и задумывалась реформа электроэнергетики, пока нет.

Николай ГОРЕЛОВ, Алексей ГРИВАЧ