Original Material
Модернизационный рывок России
Между тем успешные экономики в качестве основы своей торговой политики провозглашают стратегию «конкурентной либерализации». Анализу этой стратегии, ее применимости в России посвящена только что вышедшая книга главного экономиста российского Deutsche bank Ярослава Лисоволика «Конкурентная Россия в мире «конкурентной либерализации». Суть стратегии -- в сочетании глобализма, регионализма и двусторонних соглашений в торговой политике. Россия делает шаги во всех этих направлениях, вступая в ВТО, создавая региональные экономические альянсы (ЕврАзЭС) и заключая индивидуальные соглашения. Однако, как подчеркивает автор книги, в современных условиях акцент необходимо делать именно на поиске оптимальной комбинации этих инструментов. И Россия неизбежно пойдет по этому пути, поскольку, пишет Ярослав Лисоволик, не сможет комфортно существовать в тени какого-либо регионального или мирового лидера. Но путь не обещает быть легким. Г-н Лисоволик приводит строчки поэта Плещеева, который писал, что таким странам, как Россия, «нет отдыха на жизненном пути -- кто раз пошел тернистою дорогой, тому на ней лугов цветущих не найти».
В написанной для «Времени новостей» статье Ярослав Лисоволик размышляет о том, как Россия могла бы плодотворно применить стратегию «конкурентной либерализации».
Долгие годы застоя и упадка в 90-х не прошли для России бесследно и привели к существенному обострению геополитических рисков. На западном направлении основной проблемой является экономическое отставание России от стран ЕС, что приводит к оттоку квалифицированных трудовых ресурсов и потере торговых потоков. На юге ключевой проблемой является угроза политической нестабильности и экстремизма. На востоке основной угрозой являются депопуляция и экономический спад дальневосточных регионов и отставание в развитии от Китая и Японии. В свете возросших геополитических рисков для России промедление в ответе на вопросы, которые выдвигает глобализация, сопряжено со значительными экономическими потерями.
Конкуренция внутри страны -- конкурентоспособность в мире
В процессе построения российской модели модернизации либерализация, интеграция или инвестиции не самоцель. Цель -- это конкурентная Россия, это такая экономическая система, в которой интенсивно протекает конкуренция внутри страны, что, в свою очередь, является непременным условием успешной конкуренции предприятий за рубежом. Без конкуренции внутри страны конкуренция на внешних рынках нежизнеспособна -- таков главный тезис теории конкурентоспособности Портера, который выдерживает испытание практикой. Если Россия сегодня ставит задачу завоевать внешние рынки, то начинать надо с себя, без надежд на субсидии или слабый рубль. Необходимы отлаженная конкурентная политика на уровне государства, совершенствование корпоративного управления на уровне предприятий, дебюрократизация на уровне регионов. Во внешнеполитической сфере России необходима стратегия построения двусторонних и региональных торговых альянсов, а также альянсов в рамках ВТО после вступления в эту организацию.
Ответ о том, сумеет ли Россия успешно провести модернизацию экономики в ближайшие 5--10 лет, во многом определит региональную и геополитическую роль России в мировом хозяйстве. Как показывает зарубежный опыт, успешная модернизация экономики -- единственный способ активизировать интеграционные процессы на региональном уровне, а также двусторонние торговые соглашения. Соответственно, чем выше будет экономический рост в России, тем больший импульс будет придаваться интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Это, в свою очередь, является ключом к трансформации СНГ в региональный центр интенсивного экономического развития в рамках мирового хозяйства. Наконец, по мере роста экономической мощи СНГ будут расти возможности для стран евразийского региона по построению стратегических альянсов с другими региональными группировками. Таким образом, строится цепочка от укрепления экономики России за счет модернизации к трансформации ее роли в международных экономических отношениях.
Осознать себя Евразией
Исторически наиболее плодотворные и интенсивные дебаты о роли России в мире велись между западниками и славянофилами. С одной стороны, чрезвычайно плодотворны изыскания западников в области взаимодействия реформирования и модернизации экономического уклада России, а также интеграции ее экономики с экономикой западных стран. Вместе с тем значительным ограничением западничества была ставка на приоритетность региональной интеграции с западными странами без должного учета особенностей взаимодействия глобализма и России. С другой стороны, важным достоинством «славянофильской» доктрины был именно поиск отличительных особенностей и глобальной миссии России, в то время как ставка на сохранение экономического уклада и изоляционизм не являлись адекватными ответами на глобальные вызовы.
В то же время в экономической сфере дебаты славянофилов и западников ставили Россию перед ограниченным выбором между изоляционизмом и исключительной ориентацией на региональное сближение с Европой. В условиях ускорения и расширения масштабов глобализации в России возникал кризис самоидентификации. На смену старым парадигмам «западничества» и «славянофильства» в России должны прийти концепции, которые в большей степени учитывают глобальный характер вызовов, с которыми сталкиваются страны.
Одной из таких теорий, которая вбирает в себя как особенности российской геополитики, так и неумолимость процесса глобализации в мировом хозяйстве, следует признать евразийство. С точки зрения евразийцев, Россия -- образование, которое не принадлежит полностью ни Азии, ни Европе, это самостоятельное и естественное образование, которое обладает собственной географией, экономикой и историей. В то же время для евразийцев, которые создавали учение о континенте Евразии в двадцатых годах прошлого века, была также очевидна необходимость поиска ответов на вызовы мирового хозяйства, или, как его именовали евразийцы, «мирового океана».
Следует отметить, что ответ на вызовы глобализации евразийцы искали в усилении роли государства, в том числе в области планирования. В условиях обострения конкуренции в мировом хозяйстве одна надежда на лидерство государства вряд ли может быть плодотворной. С этой точки зрения модернизированная версия евразийства должна совмещать в себе большую роль рыночных сил в процессе модернизации, а также поиск глобальной роли России, которая бы учитывала ее географические и социально-экономические особенности.
С точки зрения приоритетов в процессе глобализации евразийство ставит вопрос о невозможности полномасштабной интеграции России в какую-либо одну региональную группировку. В этих условиях Россия просто вынуждена искать пути активизации многостороннего регулирования мировой торговли, что, в свою очередь, позволит России использовать весь арсенал средств «конкурентной либерализации». В этом случае российская география станет не ограничителем активизации внешней торговли, а средством активного привлечения торговых потоков из Азии и Европы. Россия тогда сможет реализовать потенциал своей уникальности, став мостом между Азией и трансатлантическим союзом Америки и Европы, между крупнейшими группировками регионализма и глобализмом.
Однако если российская экономика не будет интенсивно развиваться, то уделом нашей страны может стать не рост конкурентоспособности, а двойное бремя периферийности -- на Западе по отношению к ЕС, на Востоке по отношению к Китаю, Японии и другим странам Азии. Единственный способ избежать этого -- увеличивать темпы роста экономики, насыщать ее рыночной инфраструктурой и торговыми потоками. Соответственно, чем выше торговые потоки, тем больше теряет Азия или Европа от неучастия в интеграционных процессах с Россией. Регионализм в рамках СНГ в этом отношении является чрезвычайно важным для России -- именно построение регионализма на постсоветском пространстве на рыночных началах может внести наиболее существенный вклад в увеличение экономического веса России на евразийском пространстве.
В рамках внешнеторговой стратегии в отношении стран дальнего зарубежья интенсификация экономического взаимодействия с ЕС на Западе (которое в то же время ограничено в сфере построения двусторонних соглашений о свободной торговле) должна быть дополнена развитием двусторонних альянсов с азиатскими странами, а также с участием России в региональной интеграции в рамках АТЭС. Увеличение рыночного пространства, развитие инфраструктуры, региональная интеграция в рамках СНГ должны повысить вес России на евразийском пространстве и активизировать конкуренцию между Азией и Европой за торговые потоки постсоветского региона. Только в этих условиях складывается круг факторов, которые кумулятивно укрепляют торговые позиции России в мировом хозяйстве и позволяют нашей стране стать ключевым геополитическим фактором приближения регионализма к глобальному хозяйству.
ВТО: пароль в сеть торговых альянсов
Для России вступление в ВТО занимает особое место в иерархии инструментов внешнеэкономической либерализации. Такой гигантской трансконтинентальной стране, как Россия, полноценная интеграция в региональную группировку (будь то на Западе или на Востоке) является чрезвычайно проблематичной. Неразделимость Востока и Запада и глобальный характер России отмечали евразийцы, а британский историк Арнольд Тойнби считал, что Россия состоит из такого множества народов, разговаривающих на стольких языках и унаследовавших столько различных культур, что представляет собой модель мира в целом. Для такой огромной и разнородной страны, как Россия, регионализм и двусторонние соглашения в торгово-экономической сфере неизбежно упираются в ограничения. В этих условиях больший вес в продвижении отечественной продукции за рубеж приходится на фактор многосторонней либерализации торговли в рамках ВТО.
Исследования возможного эффекта вступления России в ВТО свидетельствуют о том, что российский внешнеторговый оборот в долгосрочной перспективе может существенно возрасти. Помимо этого возможен также рост притока прямых иностранных инвестиций, которые будут ориентироваться на улучшение делового климата в стране после присоединения России к ВТО. Однако не все так просто. Все эти "золотые горы" в виде увеличения торгового оборота и притока инвестиций России достанутся только в том случае, если ее предприятия и деловая элита будут готовы к большей открытости во взаимоотношениях с остальным миром, в том числе к усилению конкуренции (как в России, так и за рубежом) и активизации сотрудничества с западными компаниями (в форме СП, альянсов и т.п.). Без должной подготовки со стороны бизнес-сообщества (в том числе и в сфере корпоративного управления) дивиденды от вступления нашей страны в ВТО (особенно в инвестиционной сфере) окажутся незначительными.
Помимо этого существует ряд факторов, которые существенно ограничивают возможности исключительной ориентации внешней политики России на глобализм. Прежде всего это слабость международных институтов, в том числе и ВТО, о чем свидетельствует провал попыток реанимировать очередной раунд торговых переговоров организации (так называемый раунд развития). В этих условиях ставка исключительно на международные институты во внешнеэкономической стратегии России чревата потерями на международной арене. Кроме того, принятие на себя значительных обязательств при вступлении в данную организацию и их неисполнение в дальнейшем могут обернуться претензиями по отношению к России в органе урегулирования споров ВТО.
Несмотря на эти риски, со стратегической точки зрения затягивание переговоров по вступлению в ВТО может негативно сказаться на перспективах двусторонней и региональной интеграции России. По мере того, как Россия остается в стороне от процесса либерализации торговли, потери от изоляционизма растут -- в то время как другие национальные экономические системы интегрируются, России приходится довольствоваться односторонней либерализацией без торговых уступок со стороны основных контрагентов.
Только после того как Россия пройдет через испытание вступления в ВТО, может наступить следующая стадия взаимодействия со странами ВТО, когда в обмен на свои торговые уступки Россия уже сможет претендовать на встречные уступки своих партнеров по двусторонним или региональным интеграционным группировкам. Для того чтобы войти в сеть этих торговых альянсов, России нужен своего рода пароль, который призван символизировать равноправный доступ России к интеграционным процессам в мировой экономике. Для России сегодня пароль для вхождения в сеть двусторонних и региональных альянсов -- это ВТО.
Открытость как тест на прочность для «промышленной политики»
Начиная с 2006 года Россия входит в новую фазу экономического развития. Если на протяжении предыдущих нескольких лет экономика работала в режиме сбережения средств, то начиная с 2006 года после выплаты долга Парижскому клубу объем внешнего долга был сведен к минимуму (всего 5% ВВП) и российская экономика стала переключаться на режим увеличения расходов. В этих условиях именно в 2006 году Россия предпринимает очередную попытку реализации «промышленной политики» -- только в 2006 году был создан целый набор инструментов для финансирования проектов в реальном секторе экономики, в том числе инвестиционный фонд, особые экономические зоны, венчурный фонд. Формирование этих платформ финансирования отдельных секторов экономики во многом направлено на отраслевую и региональную диверсификацию экономического развития российской экономики.
В отличие от предыдущих попыток финансирования отдельных секторов экономики акцент на этот раз делается на активизации роли частного сектора в данных проектах посредством частно-государственного партнерства. Таким образом, основным лейтмотивом новой волны «индустриальной политики» России являются качественные преобразования в экономической системе, направленные на рост конкурентоспособности экономики.
Однако сама по себе «промышленная политика» недостаточна для реализации амбициозного проекта модернизации российской экономики -- государственным инициативам стимулирования развития отдельных секторов необходима проверка на прочность конкуренцией и частным сектором. Без торговой либерализации и роста открытости тепличные условия развития отдельных отраслей грозят обернуться потерей конкурентоспособности экономики. Опыт модернизации «азиатских тигров», а также другие «экономические чудеса» в мировой экономике свидетельствуют о том, что проведение «промышленной политики», как правило, сочеталось с адресной либерализацией торговли. Такого рода либерализация экономики могла бы служить не только экзаменом для плодов «промышленной политики», но также могла бы способствовать интенсификации развития частно-государственного партнерства в рамках модернизационного рывка России.
Роль адресной внешнеторговой либерализации во многом схожа с «промышленной политикой» в том, что акцент делается именно на качественном, а не количественном аспекте преобразований. Однако основным инструментом реализации данной стратегии выступает не рост государственных расходов, а рост открытости экономики. Стратегия внешнеторговой либерализации является во многом логическим продолжением новой волны «индустриальной политики» -- если в рамках последней большая роль будет отводиться частному сектору, то рост открытости российской экономики открывает поле для государства для переориентации основного акцента своей деятельности с внутриэкономического интервенционизма в пользу стимулирования российского экспорта за рубежом.
Для ответа на возникающие сегодня глобальные вызовы России необходимо стать конкурентоспособной, современной экономикой. Экономическое чудо Китая, Южной Кореи, Чили, Ирландии и ряда других стран -- продукт не только и не столько стихии мирового рынка и капризов глобализации, а прежде всего упорной работы этих стран над повышением своего конкурентного потенциала. Российская история свидетельствует о том, что только лишь осознав главный императив своего развития, наша страна способна «перекрыть» экономические чудеса ирландских, азиатских и других "тигров".
Группировка стран в зависимости от соотношения потенциала и реальных потоков в торговле с Россией
| США | Австрия |
| Канада | Греция |
| Австралия | Нидерланды |
| Япония | Вьетнам |
| Франция | Белоруссия |
| Германия | Венгрия |
| Норвегия | Кипр |
| Китай | Чехия |
| Индонезия | Латвия |
| Пакистан | Литва |
| Мексика | Румыния |
| Тайвань | Израиль |
Боливия
Источник: расчеты автора