«Несговорчивое» министерство

Двести лет и финансовая пятилетка

Пять лет назад, в сентябре 2002 года, сразу восемь российских министерств решили отметить свое 200-летие. Официально эти юбилеи были приурочены к выходу манифеста императора Александра I "Об учреждении министерств" от 8 сентября 1802 года, когда и были созданы в России восемь министерств: военно-сухопутных сил, морских сил, иностранных дел, юстиции, внутренних дел, финансов, коммерции и народного просвещения. Но надо думать, что такое широкое празднование было связано не столько с событиями двухсотлетней давности, сколько с формировавшейся в начале 2000-х вертикалью власти и административной реформой, должной, по замыслу авторов, возвысить роль министерств.

Как бы то ни было, но у Министерства финансов в ту пору было совсем не юбилейное настроение. И если мы посмотрим сегодня тогдашние выступления министра финансов Алексея Кудрина, то скорее всего поймем, что цитированием его известных предшественников глава финансового ведомства использовал для утверждения позиции Минфина в вечном споре с другими министерствами, а то и с главами правительства. Хотим мы того или нет, но хорошим министром финансов всегда считался тот, кто исходя из высших государственных интересов был способен возразить главе государства или правительства, кто «придерживал» деньги на черный день и требовал обоснованных заявок на каждый государственный рубль. Естественно, что это вызывало споры, конфликты, отставки...

Кстати, в сравнительно небольшой истории независимой России сменилось больше десяти министров финансов, хотя такая "министерская чехарда" не лучшим образом влияла на работу с финансами. Боюсь, что сейчас далеко не каждый вспомнит, что именно должность министра финансов занимали в свое время Борис Федоров, Егор Гайдар, Сергей Дубинин, Владимир Пансков, Александр Лившиц, Михаил Задорнов... В этом смысле Алексею Кудрину, заступившему на пост в 2000 году, повезло больше других. Возможно, его доводы оказались более убедительными.

Вспомним, какие фундаментальные проблемы, вызванные дефолтом 1998 года, пришлось решать Министерству финансов в те юбилейные дни. В первую очередь речь шла об утверждении позиции России на международном финансовом рынке. Тогда-то и были предприняты попытки создать стабилизационный фонд. Впрочем, в то время еще и названия такого не было, говорилось лишь о финансовом резерве, не превышающем 200 млрд руб. Но, как ни странно, уже тогда начались и дискуссии о его... разделе. Предложение Алексея Кудрина направить резерв на погашение внешних долгов (а на 2003 год как раз приходился пик выплат) наткнулось на сопротивление в парламенте и правительстве, в прессе можно было встретить заголовки «Экономика России работает на долги».

Пять лет -- достаточный срок, чтобы оценить и критику тех лет, и результаты самого этого предложения. Стабфонд, который с 2008 года разделится на фонд национального благосостояния и резервный фонд, достиг почти 5 трлн руб., обеспечив стабильность экономики и страховку от рисков резких колебаний цен на нефть, внешние долги России (а также и СССР) в основном погашены. Все это дает возможность на равных разговаривать с крупнейшими государствами мира и по праву входить в так называемую «большую восьмерку».

В тот же год стали проводиться меры по валютной либерализации, по достижению конвертируемости рубля. Отменили обязательный обмен валютной выручки на рубли нашими экспортерами, позволили предприятиям и гражданам менять большие суммы, заводить счета в зарубежных банках, а сейчас -- и выводить деньги в другие страны на приобретение собственности, акций и так далее. Кстати, доллар в то время стоил около 32 руб., тогда как теперь чуть больше 25. А рубль в результате либерализации и мер по его укреплению стал теперь процентов на 20 дороже.

Конечно, далеко не все финансовые проблемы были решены за прошедшую с 2002 года пятилетку. Осталась нерешенной самая острая проблема, на которую и тогда, и сейчас указывает министр финансов, -- зависимость российской экономики от сырья, в первую очередь от нефти и газа. Но пока на рынке складывается благоприятная конъюнктура, естественно, что проблема формирования нефтегазового бюджета, который Минфин предлагает уже в течение трех лет, не стала приоритетной для парламента и правительства. Хотя большинство экономистов постепенно склоняются к тому, что появление такого бюджета лишь вопрос времени.

Нынешний год тоже оказался весьма нелегким. Грядущие выборы в Думу, а за ними и президентские требуют особого, «электорального» подхода к распределению государственных средств. И можно представить себе, какой нажим пришлось испытать министерству и министру финансов. Хотя увеличение расходных статей в социальных главах бюджета, конечно, произошло. Но сделано это было в максимальной мере рационально через внедрение трехлетнего бюджета, который поможет охладить аппетиты лоббистов в 2009--2010 годах, поскольку основные бюджетные параметры уже согласованы.

Но и этого еще, разумеется, недостаточно. Учитывая, что никакие реформы не пойдут, если они не получат всеобщей поддержки, Минфин в этом году начал работу по борьбе с финансовой безграмотностью. Соответствующая программа уже подготовлена в недрах ведомства и согласуется в правительстве. Задача сделать всех брокерами или, на худой конец, держателями акций, естественно, не стоит. Но помочь людям сориентироваться в новых экономических реалиях и объяснить смысл происходящего вполне возможно. А заодно и предостеречь от лохотронов и современных аналогов «МММ». Отдельной строкой в программе предусмотрено повышение квалификации журналистов, занимающихся темой финансов и рынков.

Владимир МЫТАРЕВ