"Мы тоже хотим"

Исламские лидеры России решили поддержать Владимира Путина

На одном из сетевых порталов лояльных мусульман на самом видном месте вторую неделю висит призыв: «Мусульманин, давай на выборы!» За кого голосовать, вопроса не возникает -- над призывом портрет президента Владимира Путина, а под ссылкой -- рассказ о его встрече с мусульманским духовенством 8 ноября, на которой глава государства попросил в их лице всю мусульманскую общину ответственно и активно поучаствовать в судьбе страны.

Мусульманская общественность не заставила президента долго ждать ответа. В начале нынешней недели Исламский культурный центр, возглавляемый одним из самых молодых политиков-мусульман Абдул-Вахедом Ниязовым, предложил единоверцам не отставать от других сограждан и создать мусульманское движение в поддержку Путина. Которое, естественно, «найдет взаимоприемлемый формат взаимодействия и работы во всероссийском движении в поддержку Путина», -- так сказал о проектируемом движении уже глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин.

«Мы, мусульмане, не можем оставаться в стороне, когда наше общество, представители разных народов и национальностей создают такое движение, -- пояснил г-н Гайнутдин. -- Мы поддерживаем политику Путина и тоже хотим участвовать в этом движении». На своей пресс-конференции в Москве Равиль Гайнутдин выразил прочувствованную надежду, что ныне действующий президент останется национальным лидером и после выборов весной 2008 года, хотя, следуя негласным нормам политкорректности, не стал уточнять, в какой форме может быть выражено это лидерство.

Главный инициатор мусульманской поддержки действующего президента Абдул-Вахед Ниязов сообщил, что уже создана соответствующая инициативная группа. В ней есть не только мусульмане Северного Кавказа и Поволжья, но и мусульмане Севера, Дальнего Востока и Сибири. «Наша инициатива поддержана, -- уверенно сообщил г-н Ниязов и добавил не без гордости, что договорился о поддержке не только с Советом муфтиев, но и с президентом Чечни Рамзаном Кадыровым, который после своего осеннего свидания с королем Саудовской Аравии все более явно позиционирует себя как одного из лидеров российской мусульманской уммы. Возглавить движение должны Равиль Гайнутдин, Рамзан Кадыров и президент Татарстана Минтимер Шаймиев, которого Абдул-Вахед Ниязов уважительно назвал «нашим аксакалом».

Г-н Ниязов хотел бы видеть мусульманское движение за Путина надпартийным, то есть не ассоциирует его с партией «Единая Россия». В то же время он рассчитывает, что идею выступить за действующего президента поддержат Центральное духовное управление, возглавляемое Талгатом Таджутдином, и Координационный центр мусульман Северного Кавказа. Президент Владимир Путин, не забывая время от времени произносить политкорректные слова о межконфессиональном единстве и даже добившись для России статуса страны-наблюдателя в Международной исламской конференции, не раз за последние восемь лет публично подчеркивал свое православное вероисповедание. Но сплотившись вокруг него, мусульмане, видимо, рассчитывают избежать дальнейших идейных разногласий в своей среде и хотя бы попытаться продолжить традицию участия в федеральной политике.

Ведущий российский эксперт по исламу, член научного совета Московского научного центра Карнеги Алексей Малашенко не видит ничего неожиданного и экстраординарного в готовности мусульман поддерживать президента. Он полагает, что это достаточно очевидный «жест лояльности», который не будет иметь существенных последствий ни для тех, кто хочет поддерживать президента, ни для всего многоконфессионального общества в целом. «Значение исламского фактора в российской политике снизилось по сравнению с серединой и второй половиной 1990-х годов», -- сказал «Времени новостей» эксперт.

Напомним, что в Государственной думе второго созыва, избранной в 1995 году, были представлены умеренное мусульманское движение «Нур» («Свет»), а также Союз мусульман России, который возглавлял уроженец Дагестана Надиршах Хачилаев, убитый в Махачкале в 2003 году. Незадолго до гибели г-н Хачилаев как раз хотел возобновить свой депутатский мандат в намечавшейся четвертой Думе. Правда, сделать это было затруднительно после его участия в махачкалинских беспорядках в мае 1998 и, по некоторым данным, в событиях в ваххабитском анклаве Карамахи в августе--сентябре 1999 года -- разумеется, не на стороне федеральных войск. Характерно, что Союз мусульман России возглавляли вместе с Надиршахом нынешний инициатор исламской поддержки Владимира Путина Абдул-Вахед Ниязов и крупный богослов шейх Нафигулла Аширов.

В 1998 году союзу было отказано в перерегистрации, и на выборы 1999 года г-н Ниязов повел менее одиозное движение «Рефах»("Благоденствие"), которое в дальнейшем в основном слилось с «Единой Россией».

Тоскуя по крупным политическим инициативам, в 2005 году чеченские предприниматели братья Джабраиловы попытались создать исламское общественное движение «Российское исламское наследие», которое хотело предложить «площадку для цивилизованного диалога» в том числе и тем мусульманам, которые бегают по горным лесам с автоматами в руках. Но после бодрых учредительных мероприятий идея эта заглохла. Сначала после налета людей с автоматами на Нальчик и допроса в кабардино-балкарском УФСБ при невыясненных до сих пор обстоятельствах исчез северокавказский координатор «Наследия» Руслан Нахушев. Затем братья Джабраиловы резко охладели к общественной деятельности и уступили руководство этническому татарину Шавкяту Аввясову, уважаемому богослову, но не слишком яркому менеджеру. В итоге к декабрю 2007 года «Наследие» оказалось прочно забыто.

Алексей Малашенко не склонен преувеличивать значение слухов о связях Абдул-Вахеда Ниязова с исламскими радикалами. «Он не был с ними близок, но работать старался со всеми, с кем было возможно. Вполне естественно, что он назвал теперь фигуры Равиля Гайнутдина, Рамзана Кадырова и Минтимера Шаймиева. Глава Совета муфтиев сейчас сильнее главы Центрального духовного управления Талгата Таджутдина. Рамзан -- любимец Путина. А Минтимера Шаймиева, к которому я отношусь со всем возможным уважением как к очень мудрому политику, можно сравнить с Анастасом Микояном, о котором рассказывали анекдот: со Сталиным он сыграл вничью, у Хрущева выиграл, а потом продолжал играть на двух досках».

Эксперт допускает, что часть мусульман обвинит в лицемерии столь демонстративно лояльных лидеров общины. Но большинство «несогласных» будет склонно промолчать, а мнение «непримиримых» сторонников «вооруженного джихада» на сегодняшний день не имеет существенного значения. Как, впрочем, и исламский фактор на предстоящих выборах: выборы, по словам г-на Малашенко, происходят «по совсем другим каналам». Каналы эти, впрочем, работали и в 90-е годы. Эксперт напомнил, как во время решающего противостояния между Борисом Ельциным и Геннадием Зюгановым на президентских выборах 1996 года мусульманский Дагестан почти двумя третями проголосовал в первом туре за г-на Зюганова. А во втором туре ситуация переменилась зеркально, причем без публичных заявлений о поддержке «национального лидера».

Иван СУХОВ