О мишках и людях

Вообще-то уже не очень, прямо скажем, смешно. Мягко говоря.

Когда читаешь, что они "потребовали отставки посла Великобритании в России Энтони Брентона за то, что он поддерживает оппозицию из "Другой России", - это смешно. Когда читаешь о том, что "у здания посольства Великобритании в Москве выстроилось около 50 активистов с плакатами "Королева должна знать, куда тратятся деньги английских налогоплательщиков", - еще смешнее.

Или натыкаешься на сообщение про акцию "нового молодежного движения "Мишки", основанного активистами движения "Наши", где собрались более тысячи детей в возрасте от 8 до 15 лет с лозунгом "Спасибо Путину за наше стабильное будущее". Поняли? За будущее уже благодарят. Товарищ Сталин недотянул - его благодарили только за счастливое детство. Смешно? Смешно. А когда "более 1 тыс. активистов с буквами в руках составят обращение к Путину, в котором попросят его стать лидером движения "Мишки", так как он самый главный "мишка" России", вам не смешно? Мне что-то уже не очень.

У нас теперь есть просто "мишки", и это уже не шоколадные конфеты с вафельной начинкой, а живые дети, которых ждет, как было сказано, "стабильное будущее". И есть у нас теперь главный мишка.

А мелкие мишки, мошки, блошки и вошки, при поддержке разного калибра пешек и руководимые прошедшими в дамки шашками дружно пошли к британскому посольству, чтобы на манер репинских запорожцев отправить письмо британской королеве по поводу предосудительного поведения одного из ее подданных. А чего, дело благородное. Они ведь не шакалят у посольств, как это может показаться человеку неподготовленному и политически незрелому. Шакалят совсем другие - вам ведь объяснили уже. У них, чтобы вы поняли, "акция". Патриотическая, между прочим. Антифашистская, если кто еще не понял. Кто не понял - объяснят.

К тому же нетрудно себе представить, как заждалась венценосная Елизавета Георгиевна писем от своих юных корреспондентов, таких милых, искренних и непосредственных. Маленьких таких непосед и почемучек. Вот ночей-то не спит, все думает: "Давно что-то нет весточек от маленьких российских чушек и ряшек. А без них как мне разобраться в вечных вопросах добра и зла? Неужто забыли старуху?" Все время вспоминается из записной книжки Ильфа про то, как "Иванов решает нанести визит королю. Узнав об этом, король отрекся от престола".

Ну, не сами же они все это придумывают? Есть же где-то какие-то дядьки в кабинетах, сочиняющие всю эту немыслимую байду и посылающие толпы альтернативно одаренных подростков, и без того ничем друг от друга не отличающихся, а для пущего неразличения еще и покрытых одинаковыми попонами с изображением главного мишки, то к одному посольству, то к другому, то поорать, то поскандировать, то похлопать в ладоши, то пошлепать губами?

И чего больше в этих дядьках или тетках - тупости или подлости? Полной социальной безответственности, полного забвения родной и мировой истории - или холодного расчета? Хрен их знает. Неинтересно.

А интересно то, что по улицам моего родного города становится просто небезопасно ходить законопослушному человеку. Не далее как сегодня моя жена подверглась нападению этой шпаны, наглеющей все больше и больше.

И что, теперь эти мишки, сошки, букашки и какашки будут за меня решать, где мне ходить, а где нет. На что мне смотреть, а на что нет. Что мне фотографировать, а что нет. А может быть, им захочется поинтересоваться, о чем я думаю? Так я и сейчас могу сказать. Я и говорю. Я говорю: "Эй вы! Запомните. Москва - мой родной город. И я сам буду решать, где мне ходить, где мне не ходить и как мне на что реагировать. И так будет до тех пор, пока ваши крупные мишки не напишут новый закон, по которому у вас больше прав, чем у меня. Тогда и поговорим. А пока знайте свое место".

Войну, как известно, легко начать, но очень трудно закончить. Особенно войну при фактическом отсутствии противника. Ужасно обидно, когда ты с хриплыми криками "ура" врываешься в населенный пункт, а там никого нет. Очень обидно выглядеть еще большим идиотом, чем ты есть. Если враг не сдается, его уничтожают. А если врага нет, его придумывают. Или назначают. Это дело не новое. Собственно, великая созидательная деятельность той организации, из темных недр которой вышли все наши главные и второстепенные мишки, во все времена в этом и состояла. И всегда имела огромный успех и горячую поддержку широких патриотических слоев охраняемого от врагов общества. Патриотический человек, как правило, горячо одобряет и поддерживает любые шевеления родных органов - ровно до того момента, пока во враги не попадает он сам.

Нет, воевать так воевать. На войне как на войне. А то что же получается? Мы что, зря, что ли? А сколько материалу на лозунги пошло? А сколько красок? А речевки сколько репетировали? У нас же память сами знаете какая! А бабок сколько вбухано, наконец, на сопротивление оранжевой заразе? А они взяли да попрятались куда-то. Ну нет, так дело не пойдет. Все равно будем воевать.

Ладно, чтобы не получилось все же так мрачно и патетично, закончу анекдотом. Был такой в семидесятые годы. О том, как якобы в Москве открыли официальный публичный дом. Там, как это и положено в любом советском учреждении, создали комсомольскую организацию. И вот на общем собрании директриса говорит: "Девочки. Среди нас есть одна некомсомолка, Люся Петрова. Давайте примем ее в комсомол. Хочешь, Люся, вступить в комсомол?" "Нет, - говорит Люся, - я не могу. Мама не разрешит. Она и сюда-то не хотела меня отпускать".