Телеакадемик Владимир Познер заявил, что на Первом канале нет никакой цензуры, но есть запрещенные имена

Многие российские журналисты отмечают, что в редакциях введена внутренняя цензура, получают распространение так называемые "стоп-листы", запрещающие упоминание отдельных общественных деятелей и некоторых общественно значимых событий. Вместе с тем, по словам телеакадемика и ведущего программы "Времена" Владимира Познера, слухи о наличии жесткой цензуры на Первом канале российского телевидения сильно преувеличены. Об этом Познер заявил на конференции в Центральном Доме Журналиста, где представители прессы обсудили проблемы, связанные с защитой профессии от наступления цензуры, сообщает "Новый Регион".

Организатором мероприятия выступил молодой журналист "Новых Известий" Роман Доброхотов, пригласивший для участия в конференции мэтров отечественной журналистики – Владимира Познера (Первый Канал), Матвея Ганапольского ("Эхо Москвы"), Ирину Ясину (Клуб Региональных Журналистов), Андрея Колесникова ("Коммерсантъ").

"Пока мы планируем создать неформальный профсоюз журналистов, который будет делать публичными те эпизоды, которые сейчас замалчиваются, – отметил Роман Доброхотов. – Это организация, заточенная под конкретную цель, например, случай, произошедший с Натальей Морарь" (журналисткой The New Times, которую не пустили в Россию за статьи о выводе денег за рубеж). Доброхотов также отметил, что эта инициатива уже нашла поддержку у руководителей Союза Журналистов России, и, в частности, у генерального секретаря этой организации Игоря Яковенко, который пообещал оказывать новообразованному профсоюзу всяческую поддержку.

"Нынешнее поколение журналистов не имеет возможности сравнивать сегодняшнюю ситуацию с тем, что было в Советском Союзе, когда журналист был обязан "залитовать" каждый свой текст у профессионального цензора, – вспомнил молодость президент Академии российского телевидения. – Сейчас такого нет". Владимир Познер высказал мнение, что сегодня более актуальной является тема журналистской самоцензуры и осознания журналистом своей ответственности за собственное творчество.

"У нас многие понимают свободу слова, как волю, возможность писать все, что угодно, не осознавая своей ответственности перед обществом", – заявил телемэтр.

В частности, комментируя заявление Григория Явлинского, о том, что он находится в "стоп-листе" Первого канала, Познер заявил: "Это, мягко говоря, не соответствует действительности. Мы несколько раз приглашали на эфир программы "Времена" и Явлинского, и Никиту Белых. И оба не пришли. Явлинский просто не пришел, Белых сослался на занятость и прислал вместо себя Гозмана", – рассказал Познер.

Правда, несколько позже, Познер признался, что у него был разговор с генеральным директором Первого канала Константином Эрнстом, в котором тот попросил его не приглашать в студию трех конкретных человек. Поначалу Познер отказывался называть фамилии "запрещенной тройки", однако спустя некоторое время признался, что "если пригласить Каспарова (одного из лидеров оппозиционной коалицией "Другая Россия" - Прим. NEWSru.com), то будут неприятности". Фамилии двух других нежелательных гостей так и не были произнесены. По словам Познера, ему приходится чаще сталкиваться с цензурой "технического характера".

Оценивая личность своего непосредственного начальника, Владимир Познер назвал Константина Эрнста "профессионалом мирового класса".

"Есть только одна вещь, которую Эрнст не умеет делать очень хорошо – это новости, – заявил Владимир Познер. – Что же касается развлекательных передач, всяких шоу, то равных ему найдется немного во всем мире. Он настоящий профессионал, и, поверьте, если его с Первого уволят и вместо него поставят, к примеру, Игоря Сечина, то канал вряд ли станет лучше".

Журналист "Коммерсанта" Андрей Колесников, ставший знаменитым после издания книги "Я Путина видел", в свою очередь, отметил, что в так называемом "кремлевском пуле" тоже не ощущается засилье цезуры.

"В принципе, никто не указывает нам, что и как писать, – отметил Колесников. – Есть лишь незначительные, "технические" ограничения. Например, не рекомендуется описывать то, что происходит в самолете, на котором мы летим на место события с участием первого лица государства. Но это ограничение, в принципе, никаких неудобств не создает – ничего сенсационного там и не происходит на самом деле".

Между тем все участники мероприятия согласились, что начинание, ради которого была устроена встреча, в принципе, дело благое, но трудноосуществимое.