Танцующие в темноте

Армянская оппозиция нашла в Ереване «майдан»

Всех, кто говорит о недостатке демократии в Армении, необходимо отвезти на стажировку в Россию -- например, на какой-нибудь "Марш несогласных". На второй день после выборов президента Армении в столице страны сохраняется революционный дух: сторонники первого президента республики Левона Тер-Петросяна по-прежнему отказываются признавать предварительные результаты голосования, согласно которым их лидер примерно вдвое уступил действующему премьер-министру Сержу Саркисяну. Оппозиция требует справедливого, по ее мнению, пересчета голосов либо новых выборов. Которые могут состояться лишь после наказания всех, кто виновен в нарушениях и фальсификациях. Вчера вечером сторонники Левона Тер-Петросяна объявили перманентным митинг на Театральной площади, и с наступлением темноты в толпе перед зданием Оперы появились первые белые грибы палаток.

К моменту сдачи репортажа в номер на площади все еще было несколько тысяч человек, которые танцевали под льющуюся из колонок народную музыку, размахивали национальными флагами и запускали фейерверки. Происходящее больше всего напоминало бы праздник, если бы не обилие снующих вокруг патрульных машин и полицейских автобусов для перевозки задержанных, ждущих своего часа на ближайшем большом перекрестке. Митинг на Театральной площади несанкционирован, и полицейская атака на палаточный городок может быть предпринята в любой момент. Один из ближайших помощников Сержа Саркисяна по Республиканской партии Эдуард Шармазанов уже пояснил, что «надо отличать демократию от массовых беспорядков».

Ранним утром в четверг с трудом можно было поверить в то, что Ереван продолжает оставаться ареной бурных политических событий. Родители провожали детей в школы, открывались кафе и офисы авиакасс, вместо колонны автобусов с ОМОНом у ограды республиканского парламента стояла одинокая полицейская машина. Подножие «Матенадарана» и площадь перед Оперой, где накануне бушевали многотысячные митинги, оставались безлюдными.

Картина восстановилась к половине третьего. Автобусы с ОМОНом снова выстроились вдоль тротуаров проспекта Баграмяна, отделяющего друг от друга здания парламента и администрации президента. На этот раз омоновцы уже не курили благодушно на улице, а в полной экипировке и с решительными лицами сидели в автобусах, готовые в любой момент отправиться подавлять «массовые беспорядки». Тут же в переулке стояли грузовики в солдатами внутренних войск и даже санитарная машина с красным крестом на защитном борту. На площадь Франции вернулись два «автозака» и несколько машин полицейского начальства, среди которых выделялся чей-то широченный «Хаммер».

У Оперы уже собирались люди. Людей поначалу было ощутимо меньше, чем накануне, а милиционеров, наоборот, существенно больше. Колонки и микрофоны митинга еще не заработали, зато вовсю работал полицейский «матюгальник» рядом с джипом с зарешеченными против булыжников и палок стеклами. Полицейский с мегафоном мерно объяснял собравшимся, что они находятся на площади незаконно. Собравшиеся презрительно лузгали семечки и уплотнялись.

В три часа дня, как и было обещано, начался митинг. К этому моменту на площади собралось около 30 тыс. человек. Лидеры заняли уже привычное место на импровизированном подиуме -- верхней площадке лестницы, опоясывающей обращенный к площади фасад здания. На этот раз по периметру подиума в толпе очень ясно выделялось оцепление -- одетые в гражданское мужчины, не особенно молодые и крепкие, как армянский коньяк. О своей поддержке Левона Тер-Петросяна еще несколько дней назад объявила «Еркрапа» -- союз добровольцев карабахской войны.

Сквозь это оцепление к лидерам пробилась группа высокопоставленных полицейских офицеров, которые, надо понимать, известили «штаб» о противозаконности проводимого мероприятия. Беседа была краткой -- под свист и улюлюканье все уплотнявшейся толпы полицейским предложили убираться. «Мы сказали им, что незаконны действия властей, а полиции следовало выполнять свою работу во время выборов 19 февраля, пресекать нарушения, а не стоять в стороне, как скромные невесты!» -- пояснил в микрофон кто-то из лидеров.

Как всегда, под «Оду к радости» Бетховена вышел Левон Тер-Петросян и пошутил, что это он со своими соратниками заказал такую солнечную погоду. Солнце действительно грело вчера по-весеннему, пока не зашло. Глава блока «Импичмент» Никол Пашинян сразу же объявил, что митинг решено сделать бессрочным, что он сам и часть лидеров останется здесь на ночь и далее, до тех пор, пока власть не сделает то, что от нее требуется, то есть не пересчитает голоса и не накажет виновных. Народ на площади стал скандировать слово «Сейчас!» -- потому что перспектива стоять на площади неделями не улыбалась никому даже среди самых отчаянных сторонников Левона Тер-Петросяна. «Мы боролись против этой власти десять лет, теперь мы готовы стоять десять лет здесь!» -- рискуя быть непонятым, прокричал г-н Пашинян, прозванный «голосом революции».

«Десять лет мы стоять не будем. Если власть не сделает положенную ей работу, мы пойдем и сделаем ее сами», -- утешил людей усач Сасун Микаэлян, один из героев войны в Карабахе, сражавшийся в отряде смертников, откликнувшихся на знаменитый призыв легендарного Вазгена Саркисяна, который позднее погиб во время расстрела армянского парламента в 1999 году. Оппозиционеры постоянно и довольно недвусмысленно связывают этот теракт с именами уходящего президента Роберта Кочаряна и Сержа Саркисяна. «Те, кто знает историю Армении, знают, что ее народу всегда приходилось воевать, -- продолжал г-н Микаэлян. -- Но всем нашим вождям, включая Вазгена Сарксияна, приходилось воевать с врагами внешними. А теперь гадости нам делает наша собственная верхушка. Мы не для того победили в Карабахе, чтобы теперь какие-то бритоголовые карабахцы били наших женщин на избирательных участках».

Площадь заклеймила позором католикоса, который поспешил поздравить Сержа Саркисяна с победой на президентских выборах, хотя с победой его поздравили не только католикос, но и президент России Владимир Путин, и группа наблюдателей ОБСЕ. Лишь госдеп США выразил беспокойство в связи с качеством выборов и похвалил оппозиционеров за их законопослушность.

Законопослушные оппозиционеры в голос смеялись, когда Никол Пашинян сличал два протокола с одного из избирательных участков: по первому победителем выходил Тер-Петросян, по второму -- Серж Саркисян, причем в первом случае у остальных семерых кандидатов оказалось по нескольку голосов, а во втором от этих голосов и вовсе почти ничего не осталось. «Они украли голоса даже у своих союзников!»

Затем на подиум неожиданно вышла заместитель председателя партии «Страна законности» Гегинэ Бишарян и объявила, что ее партия добилась пересчета голосов на сотне участков (примерно из 2000) Ее попытались засвистеть: дело в том, что лидер «Страны законности» Артур Багдасарян сначала обещал союз Тер-Петросяну, а потом отказался от него и занял на выборах третье место. Но свист был все же перекрыт многоголосым кличем: «Единение!»

Время от времени лидеры объявляли перерыв, чтобы люди могли потанцевать под народную музыку. «Эти песни, они как марши, вроде «Вставай, страна огромная!» -- наши героические военные песни, -- пояснила мне моя пожилая соседка. Марши вполне годились для танцев, которые оказались возможными даже в густой толпе перед самым подножием подиума. -- Посмотрите, как люди танцуют! Вы можете себе представить, что кто-то из них пришел сюда не по собственной воле? Или голосовал бы, как другие, за 5000 драм? (менее 20 долл. -- Ред.)» Представить было невозможно.

«Мы требуем от телевидения, чтобы оно показало наш митинг и дало возможность выступить Левону Тер-Петросяну! -- прокричал кто-то из ораторов, сменявших друг друга, как патроны в револьверном барабане. -- А то Серж уже объявил, что мы здесь озверели и потеряли человеческий облик. Звери -- это те, кто бил и похищал людей с избирательных участков!»

Наконец уже в сумерках к микрофону вышел Левон Тер-Петросян. «Эти мои слова обращены к тебе, Сержик Саркисян, -- начал он, словно говоря с билбордом оппонента, укрепленным на одной из окрестных кровель. -- Именно так по паспорту, я точно знаю, потому что это я подписывал указ о твоем назначении министром обороны (в 1993 году. -- Ред.). Хватит портить людям праздник!»

Толпа замерла в ожидании обещанного «важного события», которое вчера анонсировал г-н Тер-Петросян. «Я сообщаю вам, что заместитель министра обороны генерал-лейтенант Манвел Григорян и другой заместитель, Гагик Микаэлян, ведут переговоры с начальником генерального штаба минобороны Сейраном Оганяном. Я уверен, что военные встанут рядом со своим народом, и армия не станет вмешиваться в политику». Площадь начала скандировать произнесенные имена. Манвел Григорян после гибели Вазгена Саркисяна фактически возглавил союз добровольцев «Еркрапа» и едва не вывел его членов на улицы после расстрела парламента -- по одной из версий, в этот момент власти и предложили ему должность в министерстве. Теперь генерал фактически поддержал оппозицию. Но Сейран Оганян, который еще этой весной был министром обороны Нагорного Карабаха и теперь считается весьма вероятным кандидатом на эту должность в Армении, до сих пор был известен как уверенный сторонник Сержа Саркисяна.

Прежние митинги начинали расходиться после выступления Левона Тер-Петросяна и наступления темноты. Вчерашний митинг продолжился. На площади появились люди бизнесмена Хачатура Сукиасяна, поддерживающего оппозицию. Они принесли с собой первые палатки, которые немедленно начали устанавливать. Танцы и речи продолжались до вечера. На пятницу наметили бойкот занятий в институтах и продолжение митинга. Организаторы просили людей категорически избегать любой самодеятельности и противоправных действий, а вести себя только в соответствии с общим планом.

Общий план пока такой -- ждать до следующего дня. Неизвестно, на сколько хватит запала жителям палаточного городка и терпения властям и полиции. Неизвестно также, какими ресурсами располагает в действительности Левон Тер-Петросян на случай попытки разгона собрания на Театральной площади. Главный ресурс оппозиции -- это сам лидер: если бы не он, можно было бы уверенно предположить, что люди в конце концов устанут даже от танцев и разойдутся сами либо с помощью полицейских дубинок.

Город вокруг площади продолжает жить обычной жизнью. «Шансов все равно нет, в крайнем случае Серж привезет карабахский спецназ», -- пожимают плечами сторонники стабильности. «Левон -- слишком упертый парень, чтобы просто взять и слить все дело», -- уверены революционеры.

Иван СУХОВ, Ереван