Российские правозащитники попросили Дмитрия Медведева помиловать 14 человек

Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Карэн Агамиров.

Кирилл Кобрин: Российские правозащитники представили обращение к президенту Дмитрию Медведеву с просьбой освободить людей, которых называют российскими политзаключенными. Письмо подписали председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, глава Фонда Андрея Сахарова Сергей Ковалев, директор движения "За права человека" Лев Пономарев и другие.

Карэн Агамиров: В обращении - список из 14 человек. Это так называемые «ученые-шпионы» Валентин Данилов, Игорь Сутягин, Игорь Решетин, Александр Рожкин, Сергей Визир, Михаил Иванов; пять фигурантов «дела ЮКОСА» - Михаил Ходорковский, Платон Лебедев, Алексей Пичугин, Василий Алексанян, Светлана Бахмина; а также приговоренный по делу «Исламского джамаата» Рустем Шайдуллин; уроженка Чечни Зара Муртазалиева, осужденная за якобы попытку совершить теракт в Москве, и Заурбек Талхигов, он осужден за пособничество террористам, выразившееся в попытке помочь в освобождении заложников из Театрального центра на Дубровке.

Но почему же правозащитники в обращении к президенту России призвали к помилованию только этих людей? У микрофона - лидер общероссийского движения "За права человека" Лев Пономарев.

Лев Пономарев: Если мы пытаемся даже примерно оценить, сколько политических заключенных в России, то по разным оценкам мы можем спокойно сказать, что это больше 100 человек очевидно. На Кавказе работает "эскадрон смерти", где людей просто похищают. Поэтому после долгих и довольно мучительных консультаций был выбран этот первый список, и мы вам его представляем. Дмитрий Анатольевич каждый день сейчас практически делает заявления о несовершенстве судебной системы. Президент России позавчера признал, что в России есть политические заключенные, когда он сказал, что судебные процессы идут по звонкам. Он наш сторонник, как можно предположить. Обращаясь к нему, мы надеемся на какую-то реакцию. Вот первый список наиболее известных людей и наиболее вопиющих сроков. Помилуйте их.

Карэн Агамиров: Да, политзаключенных значительно больше, но правозащитники, подписавшие обращение к президенту, выбрали тех из них, которые имеют наибольшие сроки и преследование которых получило наибольший общественный резонанс.

Председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева.

Людмила Алексеева: Люди, которые перечислены в этом списке, это просто люди, вообще ни в чем не виноватые. Очень важно, чтобы эти люди, которые имеют огромные сроки, будучи не виноватыми, чтобы они оказались на свободе, чтобы их освободили. А дальше мы будем добиваться, конечно, чтобы их признали невиновными. У нас гораздо больше политических заключенных, чем указано в этом списке, и это вызвало дискуссию среди правозащитников: нравственно ли обращаться по поводу какой-то части политзаключенных, не говоря в этом обращении об остальных. Но здесь сказано: "В качестве первого шага мы просим вас помиловать именно этих людей". И именно так, потому что, конечно, мы обязаны добиваться освобождения всех политических заключенных. Оппоненты, которые возражали против такого укороченного списка, выдвигают, в общем, разумное соображение, что любой отбор субъективен.

Карэн Агамиров: Среди оппонентов - председатель Совета правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов.

Олег Орлов: У нас серьезные разногласия внутри, большие споры по поводу и текста, и концепции этого письма, альтернативные концепции. И внутри правозащитного центра, и с нашими коллегами вовне правозащитного центра довольно большие споры идут, разные очень точки зрения. У нас ни у кого, по большому счету, не вызывает сомнения сам факт обращения к президенту. Именно потому, что это вопрос помилования, это вопрос милосердия. И это нормально, имеет право. А дальше возникает вопрос. Концепция, которую я поддерживал, или, по крайней мере, значительная часть моих коллег, мы говорим о необходимости пересмотра дел. Товарищ Медведев заявлял там о неправосудных решениях судов, вот их масса и их надо пересматривать, надо снова возвращаться к этим делам. Но господина Медведева из этого громадного количества неправосудных решений надо просить помиловать наиболее уязвимую часть: женщин, больных, чьи жизнь и здоровье под угрозой, а также если люди были осуждены несовершеннолетние. Мы выбираем не самых известных, не самых громких. Почему из десятков людей, которые сидят там, выбирается какой-то набор, с которым обращаются к Медведеву?

Карэн Агамиров: Член Совета правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов.

Александр Черкасов: Сам факт такого обращения - это дело нормальное, ведь, в конце концов, исстари правозащитники апеллировали именно к власти. Действительно, кто же еще может освободить людей, смягчить им наказание? Если Бастилию не сносят, то очевидным образом речь идет об апелляции к власти, которая действует. Апелляция может быть разная, и в отношении разных людей. Можно обращаться о помиловании, и это компетенции президента. Кстати, при Ельцине достаточно эффективно действовала комиссии по помилованию, но при Путине она была реорганизована, и по сути дела, процесс помилования прекратился. Можно говорить об амнистии, но амнистия, по закону, это дело Государственной Думы. Можно говорить о пересмотре дел, но это дело судебной системы, которая у нас, как в последнее время Медведев подчеркивает, должна быть независимой. И непонятно, как апеллировать, например, к президенту, говоря о пересмотре дел.

Очевидным образом и сама тема политзаключенных, она известна обществу под некоторым узким углом зрения. Есть люди, о которых много слышали, о которых говорит пресса. Вот о Михаиле Ходорковском говорят чаще, и слава богу, чем чаще будут о Ходорковском говорить, чем чаще, будет известно, что сам Ходорковский говорит, тем лучше. Не только потому, что он несправедливо осужден, осужден, по нашему мнению, по политическим мотивам, но потому что это умный человек, мнение которого должно быть интересно всей стране. Но вот, например, об идущей массово фабрикации уголовных дел об исламском экстремизме в различных регионах России - в Поволжье, в Сибири - об этом известно меньше. Люди, арестованные и осужденные за участие в сепаратистских движениях на Северном Кавказе, они тоже осуждены по политическим мотивам, но о них в этом контексте совершенно не говорят

Карэн Агамиров: Тем не менее, обращение принято и сегодня уйдет с курьером по адресу: Москва, Кремль, президенту России Дмитрию Медведеву. Но что дальше? Председатель Фонда Андрея Сахарова Сергей Ковалев.

Сергей Ковалев: С большой вероятностью эта акция останется тем, чем чаще всего остаются такие обращения к власти, то есть очередным разоблачением властного лицемерия. Тем не менее, сделать это было необходимо.

Карэн Агамиров: Открытое обращение правозащитников к президенту России об освобождении группы политзаключенных.