Обращение дочери Льва Толстого к коммунистам и комсомольцам
День 7 ноября сейчас уже почти никто, кроме коммунистов, не отмечает. Хотя эта дата заслуживает того, чтобы стать днем поминовения жертв коммунизма. Никогда нелишне напомнить, чем обернулись для страны десятилетия существования советской власти. The New Times публикует (в сокращении) обращение «К коммунистам и комсомольцам» дочери Льва Толстого Александры Толстой, прочитанное в эфире «Радио «Освобождение» 9 сентября 1953 года
Партийцы, коммунисты, комсомольцы! Мне не хочется вам говорить подготовленную антикоммунистическую речь, а просто я хочу вам сказать то, что выльется из сердца, побеседовать с вами по душам. Я уже старая женщина, некоторым из вас не то что в матери, а и в бабушки гожусь. Многое увидела я в жизни. С детства судьба баловала меня. В доме отца моего Льва Николаевича Толстого мне пришлось встречать выдающихся людей из мира искусства, науки, литературы, которых дал нам богатый период расцвета русской культуры. Я воспиталась в уважении к трудящемуся народу, который так любил мой отец.<...>
Пережила я и революцию, прожила в советской России 12 лет и счастлива, что смогла отдать эти годы служению народу путем организации в Ясной Поляне школ, больниц, кооперативов. Побывала я и в тюрьме, и в лагере. К счастью для себя, оказалась не на стороне угнетателей, а на стороне угнетаемых. Объехала вокруг света, познакомилась с жизнью различных народностей — японцев, американцев, европейцев, других свободных демократических стран, но забыть родину я не могу. Хотелось бы видеть ее свободной, как другие страны, где каждый гражданин может строить свою жизнь как хочет, выбирать работу, которая ему подходит, жить где вздумается, не подчиняясь решительно во всем партийной указке.<...>
Вы все, партийцы, живете только по чужой указке, по приказу сверху по партийной линии. Вас назовут саботажником, изменником, предателем, шпионом, и вы пропали. Вчерашний товарищ ваш свернет вам шею так же, как он или вы в свое время сворачивали шеи другим. А по правде сказать, кому нужна эта ваша коммунистическая партия, эта т.н. диктатура пролетариата? Ради чего вы все это делаете? Не для того ли, чтобы упиваться грубой физической властью над беспартийными гражданами, стоящими неизмеримо выше вас, хотя бы по одному тому, что они не участвуют в ваших зверствах, а лишь молча переносят страдания? Подумали ли вы, какую колоссальную ответственность вы несете перед этими людьми?<...> А разве вы не ответственные перед родиной, которую вы превратили в концентрационный лагерь?
Товарищи! Неужели среди вас еще есть наивные люди, сохранившие мечты о мировой революции, о неслыханных достижениях пятилеток, об уравнении масс? Не верится, что после 36-летнего опыта нашлись бы еще в России такие наивные люди. А тогда на что вы надеетесь? Вы верите, что избегнете судьбы тысяч партийцев, расстрелянных своими же?<...> 15 лет заточал, ссылал на каторгу миллионы, пытал, казнил ближайший приспешник Сталина Берия. Пришла и его очередь. Арестован. Может быть, уже казнен. А может быть, еще будет каяться. Назначили нового палача. И его, и многих еще постигнет та же участь. Коли уйдут от кары людской, верите вы или нет, товарищи, но от кары божией не уйти.
А может быть, некоторые из вас, партийцы, все же будут защищать идею. А в чем она? В следовании учению устаревшего Карла Маркса? Недаром социалисты и рабочие демократических стран уже отошли от марксизма. Но если даже вы хотите придерживаться теории марксизма, перечтите внимательно «Капитал», хотя согласна с вами — ужасно скучно. И вы убедитесь, как далеко разошлась советская власть с марксизмом. В чем же идея? В отсутствии применения к жизни примитивных свобод в России, которыми пользуются все т.н. капиталистические страны, где люди могут что угодно говорить, печатать, где могут свободно собираться, исповедовать любую веру? Может быть, идея заключается в порабощении миллионов народа, прикреплении рабочих к определенным городам и фабрикам и крестьян к колхозам? Может быть, идея заключается в запрещении общения русских граждан с гражданами других стран? А помнится мне, что одно из главных средств пропаганды, которое употреблялось товарищем Лениным, было братание между людьми разных народов. Почему советское правительство так рьяно охраняет свои границы? Не потому ли, что, открой Россия свои границы, русские люди толпами уходили бы из «советского рая».<...>
Товарищи! Я могла бы вам часами рассказывать о том, как даже вас, партийцев, обманывают ваши кремлевские властители. Скажу только еще несколько слов новому поколению молодежи, на которую мы, старики, возлагаем всю нашу надежду на спасение и возрождение нашей несчастной родины. Я очень надеюсь, что слова мои не пропадут даром, что вы своими чуткими, еще не испорченными душами прислушаетесь ко мне, поймете, как искренно и тепло я отношусь к вам, памятую мою работу и мои отношения с молодежью в яснополянской школе. Припоминаю одного юношу-комсомольца, секретаря замнаркома по просвещению. Мне пришлось несколько раз беседовать с ним. Он почему-то поверил мне и рассказывал мне о своих переживаниях. Он был глубоко разочарован партийной работой. Передержкой фактов, ложью, бюрократизмом, жестокостью. Он просил меня взять его в яснополянскую школу секретарем комсомольской ячейки. Но партия не отпустила его. С каждым разом, что мне приходилось с ним разговаривать, сомнения его росли, настроение делалось все мрачнее и мрачнее. Он не хотел больше состоять комсомольцем, а уйти он не мог. Казалось, исхода не было. Один раз я пришла в Наркомпрос, хотела пройти к замнаркому, но меня не пустили. По коридору бегали, суетились люди, о чем-то шептались. «В чем дело?» — спрашиваю. «Проходите, гражданка, не мешайтесь тут!» Вижу, бежит знакомая мне сотрудница. «Знаете, — говорит, — что случилось? Секретарь замнаркома застрелился 10 минут тому назад. Как сидел у письменного стола, так и сидит. В висок выстрелил. Весь стол залит кровью. Что поделаешь? Несознательный элемент…»
Товарищи! Кто несознательный элемент? С моей точки зрения, «несознательные элементы» — это те, которые сознают, что носят в себе величайшую силу, силу духа божьего, или назовите это как-нибудь иначе, коли сумеете, которая двигается всем, что есть ценного на свете. Эта божественная сила дала нам разум. А зачем, спрошу я вас? Неужели только для того, чтобы жить по чужой указке людей, руководимых самыми низменными материалистическими побуждениями? Дала нам совесть. Зачем? Неужели для того, чтобы заглушать ее ложью, фальшью, обманом? Дала нам силу творчества. Зачем? Неужели для того, чтобы мы эту силу атрофировали рабским послушанием? Нет, товарищи! Жизнь послана людям на радость. А радость достигается только исполнением воли того, кто послал нас в жизнь! Радость в свободе, в любви, в доброжелательности ко всем людям! И верьте мне, друзья, в достижении этого идеала, этой идеи свободы и счастья русских людей вы не одни!..
Александра Львовна Толстая (1884–1979) — младшая дочь Л.Н. Толстого. С 16 лет выполняла при нем секретарскую работу. По завещанию отца получила авторские права на литературное наследие. Во время Первой мировой войны окончила курсы сестер милосердия и ушла добровольно на фронт, была награждена Георгиевскими медалями. После войны посвятила себя сохранению и распространению духовного наследия отца. В 1920 году была арестована ГПУ и приговорена к трем годам заключения в лагере Новоспасского монастыря. Благодаря ходатайству крестьян Ясной Поляны в 1921 году ее освободили, она вернулась в родную усадьбу, а после декрета ВЦИК стала хранителем музея. В 1929 году покинула Россию. В 1939 году в США организовала и возглавила Толстовский фонд помощи русским беженцам. Автор нескольких книг о Л.Н. Толстом.
1 марта 1953 года в эфир впервые вышла на русском языке радиостанция «Освобождение», через 6 лет переименованная в «Радио Свобода». Финансирование осуществлял Конгресс США. Передачи велись из Мюнхена. Радио было задумано как информационный источник, восполняющий отсутствующую в СССР свободу слова и информации. К работе на радио были привлечены звезды русской культурной эмиграции: писатели Гайто Газданов, Александр Бахрах, поэт и искусствовед Владимир Вейдле. В передачах принимали участие Александр Керенский, писатель Борис Зайцев, меньшевик Ираклий Церетели и другие.
